Верю-не-верю. Я тебя люблю - Зоя Анишкина

сюда стремительно, не отрывая взгляда от человека, жизнь которого стала для меня слишком важной. Мне сейчас казалось, что без него я не справлюсь за пределами игры.

А в том, что мы выйдем, я ни капли не сомневалась. Потому любое зерно неуверенности могло запросто расшатать и без того хлипкую психику. Я не знала, когда рванет, но свято верила, что после того, как мы покинем это место. Вдвоём.

А пока приходилось наблюдать, как Игорь без конца машет головой, отрицая что-то. Они мучали его, и сомневаюсь, что в ноздрях мужчины были самодельные фильтры.

Я подошла к стеклу. Осмотрела его и прощупала стены возле. Справа нашлась дверь, но, естественно, она была заперта. Мои шаги отражались эхом от холодных стен.

Здесь было холодно. Теперь это ощущалось очень явственно. До этого таких проблем у меня не было, я бы сказала, что в других коридорах скорее ощущалась духота.

После напряженного осмотра снова вернулась к двери. Сейчас очень жалела, что попросту не было сил попробовать выломать ее. Снять с петель тоже было сложно, она явно сделана заподлицо со стеной.

Вернулась к окну, с ужасом пробегая взглядом по его нижней части. Вся она была измазана чем-то. Я отчетливо различала следы рук. Словно тут, внизу, стенали и пытались прорваться…

Боже… Сколько же таких, как мы, прошло через этот ад? Скольких людей вскрыли, как консервные банки, вытряхивая все содержимое под ноги? Если у меня будут силы, то я непременно сделаю все возможное, чтобы прикрыть игры для взрослых.

Навсегда.

Словно насмехаясь над этими мыслями, над головой разлилась странная мелодия. Сперва нежная и светлая, она перетекала во что-то совершенно иное. Унылое и напряженное.

Началось. Они сейчас предпримут ещё одну попытку. Попробуют забраться ко мне в голову и сделать так, чтобы я так же, как и Игорь, свалилась вниз и умоляла их замолчать.

Я ждала. Ждала, что же они придумают, чем перекроют мою карту. Мне уже хотелось, чтобы все началось. Чем скорее они предпримут ещё одну попытку, тем ближе мы к выходу.

Молчала. Сосредоточилась, пытаясь не поддаваться музыке. Кроме того, свою роль играла и усталость. Невозможно потратить столько сил и эмоций и не выдохнуться. Вот и я понимала, что скоро может настать точка невозврата, и я просто рухну.

Вскоре музыка преобразилась снова. Мелодия раздражала, заставляла тревогу усиливаться. Подборка у них здесь просто идеальная для таких случаев.

– Ты молодец, Ева, а вот он нет.

Замерла, вслушиваясь в каждое слово. Зажимать уши нет никакого смысла. Они сделают громче, сделают так, что слова будут обволакивать меня, проникая в каждую клеточку.

– Он не справился с нашими испытаниями. Как видишь, он жалко жмётся к стене. Скулит от ужаса и просит это прекратить.

Голос был не мужской и не женский. Неопределенный. Зато он отражался эхом от стен пустой чёрной комнаты. Такому хочется верить, но я знала, что все не то, чем кажется.

– А знаешь, что привело его в такой ужас? Скажем сразу, это не связано с гибелью его сестренки.

Они мастерски играли на нервах. Подводили к финалу. Эпично заканчивали то, что не смогли раньше. А я должна была выслушать и справиться с этим.

– Вина перед сестрой ни в какое сравнение не идёт с тем, что он испытывает к тебе. Мы достали его тобой, Ева.

Лёд внутри расползался по коже, сливался вниз по венам, и мне стало не просто холодно. Я словно сама превратилась в айсберг. Ледяной и безжизненный, но по-прежнему прекрасный.

– Он не смог справиться с тем, что ты больше не ангел. Существо, рождённое демонами и вскормленное бездушным человеком. Ты больше не ангел, Ева. Ты оказалась такой же испорченной внутри. Гнилой…

Меня стало колотить. Каждое слово отпечатывалось в голове сотнями повторов. Словно эхо впитывалось мною и продолжалось внутри бесконечным «гнилой, гнилой, гнилой»…

– Он больше не любит тебя, Ева. Не любит и не знает, как сказать. Как предать то доверие, что вскормил в тебе… ТЫ погубила его.

Я пустыми глазами смотрела на скорчившегося в углу человека. Он сказал мне недавно, что мы сами определяем свою судьбу. Сами решаем, быть нам вместе или нет.

Зажмурилась и несколько раз глубоко вздохнула ртом. Разъедающий отвратительный запах снова попал в мои лёгкие. Но это была небольшая плата за спокойствие.

Потому что я точно знала, что сделаю дальше…

Глава 60. Ева

Ещё секунда, другая… С закрытыми глазами приводить мысли в порядок было куда проще. А ещё принимать. Принимать себя, своё прошлое, решения и волю другого человека…

Если он не хочет, то так тому и быть. Если я стала ему не нужна – он имеет на это право. И хоть меня бил озноб от этой мысли…

Взглянула на Игоря. Он все ещё сидел немного сбоку от меня в той же позе. Ему было плохо, они давили на него, вскрывая голову. Любила ли я его?

Не могла ответить на этот вопрос. Он стал мне чём-то большим, чем просто мужчиной. Он показал мне путь к самой себе, начал открывать меня. Он первый, кому я действительно стала верить.

Это что-то большее, чем любовь. Чувство глубже, и даже если оно перестанет быть взаимным… Даже тогда оно никогда не потеряет своей сути. Даже если будет больно.

– Он не любит тебя, ты ему не нужна, ты…

В голове словно лампочка зажглась. Стоп. Что я творю? Неужели я забыла, где нахожусь? Или это разъедающие галлюциногены, будь они прокляты, затуманили мои мозги?

Расправила плечи и стала искать их. Глазки камер, которые должны были наблюдать за мной. Естественно, в такой кромешной тьме их видно не было.

Я усмехнулась. А потом спокойно ответила:

– Закончили? А теперь откройте дверь. Вы проиграли. Я вам не верю.

Воцарилась тишина. Даже давящая на меня сверху музыка прекратилась. Где-то сбоку забрезжил свет. Точнее, это кто-то прибавил яркости на одном из светильников, вмонтированных в