Ева Модиньяни - Миланская роза

— Соланж, — торжественно заявил Санджи, — я сделаю тебя королевой.

— Не знаю, можешь ли ты сделать то, что обещаешь, — ответила по-испански Соланж, — но Рауль, думаю, знает наверняка. Я поступлю так, как он скажет.

Рауль покраснел от удовольствия. Впервые в жизни женщина доверяла ему свое будущее.

— Из нее получится необыкновенная модель. Любой кутюрье о такой мечтает. — Санджи, похоже, уже считал, что и Соланж и Рауль согласны принять его предложение.

— Всевышний придумал фиговый листок, вся остальная одежда — творение Санджи, — с иронией сказал Рауль. — Его комплиментами можно гордиться.

— Спасибо, — улыбнулась Соланж.

— Это я должен быть благодарен тебе, — ответил Сильвано, заглядывая в огромные блестящие глаза девушки.

Он протянул руку и провел пальцами по длинной гибкой шее Соланж.

Она резко отодвинулась.

— Не делай так!

— Я не хотел тебя обидеть.

— Знаю, но больше так не делай. Я не люблю, когда меня трогают, если мне самой этого не хочется.

— Она всегда так? — спросил Санджи у Рауля.

— Не знаю…

— Хочешь стать топ-моделью? — обратился к девушке Сильвано.

— Как это?

— Хочешь стать звездой?

— Настоящей звездой?

— Да, как Софи Лорен, только не в кино.

Соланж вопросительно взглянула на Рауля.

— По-моему, он тебе это предлагает вполне искренне, — заметил юноша.

— Конечно, — поспешил заверить Сильвано.

В этой странной девушке уживалось что-то древнее и современное. Она казалась покорной, но взгляд был диким и неукротимым.

— А я не знаю, правду ли он говорит, — заметила Соланж.

— То есть как? — разозлился Санджи.

Он не верил собственным ушам. Самые знаменитые модели пришли бы в восторг от его предложения.

— Ты думаешь, что ты искренен, потому что тебе кажется, будто ты нашел чудо, — сказала Соланж.

Рауль рассмеялся.

— Ее слова стоит запомнить!

— Зачем мне лгать? — возразил Санджи.

Он умел разговаривать с начинающими манекенщицами, но тут рядом был еще и Рауль, и Сильвано старался сохранить хладнокровие.

— Я ведь сделал тебе предложение, Соланж!

— Что ты об этом думаешь, Рауль? — спросила девушка. — У тебя, несомненно, есть талант. Может, Санджи дает тебе шанс…

— Вот видишь, — улыбнулся Сильвано. — Рауль не против.

— Кроме того, если Соланж появится в модных журналах, я буду горд. Ведь нашел ее я…

— Значит, договорились, — обрадовался Санджи.

— Но это не так-то легко, — заметил Рауль.

— Что нелегко? — встревожился Сильвано.

— Нелегко добиться успеха, — пояснил Рауль. — Я часто видел, как циничные, наглые фотографы обращают человека в марионетку.

— Общие слова… — пробормотал Санджи.

Соланж внимательно слушала и чувствовала, что обоих мужчин связывает нечто сокровенное.

— Я видел, как моделей используют, пока нужны, а потом выбрасывают, — сказал Рауль.

— Не тебе бы об этом говорить, — горько заметил Сильвано.

— Я же не говорю о твоих коллегах, которые сгорают от зависти и готовы предложить при первых признаках усталости пакетик или шприц с наркотиками.

— Много же ты о нас знаешь, — рассмеялся Санжди.

— Достаточно, чтобы помешать этой девушке ринуться в мир моды.

— Надеюсь, она поймет, что ты лишаешь ее уникального шанса, — с натянутой улыбкой произнес Санджи.

— Она достаточно умна, чтобы довериться мне, — с гордой улыбкой напомнил ему Рауль. — И Соланж не выйдет на помост ради того, чтобы ты мог утолить свое тщеславие. Или ради того, чтобы воплотить мечты твоих идиотов-покупателей, на которых ты наживаешься.

— Ты глупый, испорченный мальчишка, — выкрикнул раздосадованный Сильвано.

Юноша не удостоил его ответом. Он встал, взял за руку Соланж и сказал:

— Пошли. Думаю, нашему другу стоит подумать в одиночестве.

Сильвано Санджорджо снова почувствовал себя игрушкой, которую забыли на пыльном чердаке, но сумел скрыть свои чувства.

— Я хотел только дать тебе шанс, — с улыбкой произнес он. — И позволь, Соланж, мне надеяться…

Он сумел удержать себя в руках, но это противоборство измотало его. Если бы Рауль лучше знал Сильвано, он не стал бы радоваться раньше времени. Санджи был не из тех, кто позволяет безнаказанно оскорблять себя.

Глава 7

Консалво пребывал в сладкой дреме, чувствуя себя то ли облаком, то ли волной, как вдруг зазвонил телефон, стоявший на ночном столике. Монотонный сигнал нарушил сон, он дотянулся до аппарата и поднял трубку. — Кто это? — спросил князь сонным голосом.

— Это я, Роберта, — отозвался голос на другом конце провода.

Консалво взглянул на светящийся циферблат будильника — было три часа. Ночи или дня? Он никак не мог до конца проснуться.

— Какая Роберта? — сердито спросил Консалво.

Как и любой человек, разбуженный посреди ночи, он чувствовал раздражение.

— Роберта Летициа.

— Так уже три часа дня? Ты что, вернулась в Италию?

— Нет, сейчас три ночи. Я звоню из Лос-Анджелеса.

— Тебе захотелось узнать, не страдаю ли я бессонницей? — усмехнулся Консалво.

— Мне надо поговорить с Глорией! — безапелляционно заявила Роберта.

Нахалка, как и вся семья Летициа, — даже не подумала извиниться!

— Подождите, пожалуйста, я посмотрю, дома ли синьора, — иронически произнес Консалво, подражая прислуге.

Он сам виноват в этом ночном звонке: накануне вечером переключил телефон в гостиной на свой аппарат. Он нажал на кнопку переговорного устройства и услышал голос Глории. Консалво наконец проснулся окончательно.

— Это Роберта из Лос-Анджелеса, спрашивает тебя, — холодно сказал он.

— Алло! — заспанным голосом произнесла Глория.

Консалво не стал класть трубку. Ему почему-то захотелось послушать, тем более что представился удобный случай. Он услышал, как после обычного обмена любезностями Роберта сказала:

— У Рауля серьезные неприятности. Нужна твоя помощь, Глория!

— Что случилось? — спокойно спросила Глория.

— Его арестовали.

— За что?

— Наркотики. Грязное дело… Хранение и распространение наркотиков.

— Глупости! — возмутилась Глория. — Ты знаешь Рауля лучше, чем я, и прекрасно понимаешь, обвинять его абсурдно.

— У него в машине нашли наркотики.

— Что именно?

— Кое-что серьезное. Даже не сигаретки с марихуаной.

— А ты откуда знаешь?

— Он позвонил мне из полицейского участка на Мичиган-стрит.