Марина Елькина - Задачи из учебника

«Александр Данилин. Не знаете такого?»

Игорь не верил всему этому бреду, но на всякий случай перебрал в памяти имена знакомых и малознакомых. Александра Данилина среди них он не нашел.

– Папа! Уже пять часов! Пора идти к маме! – весело прокричала Женька. – Ты собрал кроватку?

– Нет еще. – Игорь натянуто улыбнулся. – Потом соберу. Пойдем. Не забудь яблоки в холодильнике.

Женька шла рядом, без конца задавала какие-то вопросы, дергала его за руку, смеялась и подпрыгивала. Тяжелое ощущение недавнего разговора понемногу рассеивалось.

Почему нужно верить этому приторному голосу? Что за недоверие к Татьяне?

Он еще никогда не испытывал к жене недоверия. Что же произошло теперь?

И теперь ничего. Ничего не произошло. Недоверия нет. Только в голове невольно крутилось одно и то же имя: Александр Данилин.

Это имя возвращалось и на следующий день, и три дня спустя, когда Татьяну с сынишкой выписали из роддома. Игорь с каким-то противным пошлым чувством внимательно вглядывался в лицо новорожденного.

Почему пошлым? Что необычного в том, что отец пытается отыскать в сыне свои черты?

Или все-таки не свои? Чужие?

Он ни словом не обмолвился Татьяне о том странном разговоре. В его поведении не было даже намека на какие-то подозрения. Он радовался вместе со всеми и вместе со всеми хлопотал вокруг мальчугана.

– Ну, деточки, как называть ребенка думаете? – Отец Татьяны всегда ставил нужные и конкретные вопросы.

Татьяна и Игорь переглянулись. Честно говоря, они об этом еще не думали. Точнее, после возвращения Татьяны просто не успели посоветоваться. А заранее, до рождения ребенка, Татьяна и слышать об этом не хотела. Из суеверия.

– Может, Игорьком?

– Нет, мама, – тут же ответила Татьяна. – Двух Игорей будет много. Правда?

Игорь улыбнулся и кивнул. Он не очень любил свое имя.

– Тогда Юрием, в честь отца Игоря. Отцу будет очень приятно. Да, Игорь?

Татьяна поморщилась:

– Извини, папа, но не надо называть ребенка в честь кого-то.

– Не кого-то, а дедушки, – обиженно перебил ее отец.

– Достаточно того, что дочь назвали в твою честь, – немножко резковато возразила Татьяна.

Она вспомнила, как отец сокрушался тогда, что родилась девчонка, потому что решил дать внуку свое имя, и в конце концов все-таки настоял на том, что если не Евгений, то хотя бы Евгения.

Отец замолчал, и Игорь укоризненно посмотрел на Татьяну.

– Мне не нравится имя Юрий, – поспешил он спасти положение.

– Имя выберу я, – сказала Татьяна. – Завтра.

Заплакал ребенок, и она вышла из комнаты.

Игорь не понимал, что с ней. Раздражительность? Она всегда так спокойна и уравновешенна.

– Чего она заводится? – Отец пожал плечами. – Важный вопрос – имя ребенка. Игорь, неужели вы этого не обсуждали?

– Обсуждали, – соврал Игорь. – Но наши мнения не очень сходятся. Пусть выбирает она. Женщины лучше разбираются в красоте мужских имен.

Последняя острота получилась какой-то жалкой и неуклюжей, и никто, кроме самого Игоря, ей не улыбнулся. Татьянин отец обиженно сопел, раскуривая трубку. Он никогда не понимал уступчивости и либерализма зятя. По его понятиям, мужчина – значит, безусловный хозяин, и важнее его мнения в доме ничего быть не могло.

– Не нужно дергать Танечку, Евгений, – упрекнула его жена. – Она еще не совсем пришла в себя после родов, нервы расшалились. Она сама все решит. Правда, Игорь?

– Да, конечно.

Татьяна склонилась над кроваткой сына.

Нужно извиниться перед отцом. Да, наверное, и перед Игорем тоже.

Татьяна усмехнулась, глядя на мальчика. Он похож на нее. Ни черточки от Алика. Это хорошая примета: если сын похож на мать, будет счастливым. А ведь она первое, что сделала, увидев ребенка, – попробовала найти сходство его с Аликом. Подсознательно. И так же подсознательно ждала чуда – звонка или приезда Алика. Она сказала Леше Кременецкому «никогда», а сама втайне, втайне даже от себя, надеялась, что он все-таки написал письмо и все сообщил Алику.

Но Лешка приходил с Верой к ней в роддом, носил цветы и фрукты и добросовестно исполнял свое обещание. Он даже ни разу не произнес при ней имени Алика. «Тупица!» – иногда в порыве отчаяния думала о нем Татьяна, но уже в следующее мгновение приходила в себя и мысленно благодарила Лешку за его тупость.

Вопрос об имени ребенка Татьяна решила давно и тоже подсознательно. Она хотела назвать его Аликом, но сейчас вдруг вспомнила свою обиду и подумала – слишком много чести! Поэтому и разозлилась там, в гостиной. Не на отца и не на Игоря, а на себя. Выбранное ею имя отпадало окончательно. Аликом она сына не назовет.

Но тогда как? Она заявила, что придумает имя до завтра. Как же назвать? Не Игорем же? И не Юрием, в конце концов.

И фамилии Шуркиной у сына не будет. Данилин, Даниил, Данька. Эта цепочка вызвала мрачноватую улыбку. Даниил Данилин – мог получиться неплохой каламбур, но ведь у малыша не будет этой фамилии.

Не будет фамилии, зато будет имя.

Она стремительно вошла в гостиную и решительно объявила:

– Ребенка зовут Даниилом.

– Данькой? – презрительно фыркнул отец, но тут же умолк под укоризненным взглядом жены.

– Данькой, – кивнула Татьяна. – Никто не против? Игорь?

Данька, Даниил, Данилин… Это имя вспыхнуло у Игоря, и он пристально посмотрел на жену. Неужели она называет так сына из-за какой-то дурацкой фамилии? Или это простое совпадение?

– Ты не против, Игорь? – переспросила Татьяна, безмятежно выдержав его взгляд.

Чего ей стоила эта безмятежность!

– Нет, я не против, – медленно ответил Игорь и отвел глаза. – Лишь бы тебе нравилось, – добавил он.

– Хорошее имя – Данечка, – торопливо заговорила мать. – Очень хорошее имя. Немножко забытое, но это не беда. Зато оригинальное. Правильно, Евгений?

– Оригинальности хоть отбавляй! – саркастически усмехнулся отец. – Не имя, а просто верх оригинальности.

Но Татьяна не обращала внимания на его сарказм. В этот момент она выдерживала другой взгляд – Игоря, тайный, изучающий. Она почувствовала его позвонками, лопатками, затылком.

– Хорошее имя, – подтвердил Игорь. – Я согласен. Даниил Игоревич – совсем как какой-нибудь древнерусский князь.

Глава 3

– Домой, Алик? – Кит широким хвастливым жестом распахнул перед ним дверцу недавно купленного «опеля».

Алик улыбнулся, кивнул и с удовольствием плюхнулся на переднее сиденье машины.

– Цвет мокрого асфальта! – Кит гордо похлопал рукой по капоту.