До последней строки - Юлия Обрывина

их обоих, но за этим последовали дни полнейшего молчания и нежелания покидать пределы своей комнаты. Все, кроме этого уголка, мне стало абсолютно чужим: места, вещи, люди… Этот дом всегда было двуличным и жестоким к моим чувствам, безжалостным и холодным ко всему, что находится за пределами его стен, но только теперь я по-настоящему вижу это.

В первую ночь я лежала в кровати и все время плакала. Смотрела в потолок и никак не могла смириться, что Эван где-то там, за милями дорог и волнами океана, возможно, тоже думает обо мне. А может, проводит время с кем-то еще, освободившись от договора.

К утру мои мысли превратились в тугой клубок и, казалось, заслонили собой блеклое пятно света, пробравшееся сквозь шторы большого окна. Чтобы не видеть наступления нового дня и не чувствовать одиночества, которое оно несет, я накрылась одеялом и плотнее прижала его к себе. А вскоре заснула, представляя, что все еще лежу в том номере, и когда снова открою глаза, Эван будет стоять на пороге и любоваться мной.

Ближе к обеду меня разбудили еле слышные шаги Габи, нашей домработницы. Много лет эта немолодая женщина, приехавшая из Бразилии со своей семьей, работала в нашем доме, поэтому забеспокоилась, увидев мое безжизненное тело, обернутое одеялом.

Однако она не стала говорить что-либо, а просто открыла сумку, которую передали мне через Лекса, и начала тихо доставать вещи, чтобы отправить их в химчистку. Несколько минут Габи внимательно раскладывала содержимое по стопкам, но, увидев, что я открыла глаза, с пониманием присела на край кровати и протянула блокнот. Она не знала, куда положить его, поэтому решила спросить меня.

Поняв, что все случившееся — правда, и вскоре меня ждет очередная ночь в темноте и одиночестве, я схватила его и швырнула в угол. Потому что сама не знала, чего хочу больше: выбросить блокнот или снова окунуться в миг, когда мы ехали в машине Эвана и, казалось, были так счастливы.

Габи не стала поднимать его и быстро ушла. Я же погрузилась в сон и окончательно пришла в себя только поздним вечером. Рядом с кроватью меня уже ждал поднос с обедом, а вскоре, Габи снова появилась на пороге и заменила его на блюда, приготовленные к ужину. Я не притронулась к ним, подняла блакнот и начала читать то, что успела записать.

“Идеальный Эван” — такой была первая строчка и мое наивное представление о нем.

В тот день я обещала написать роман о двух людях из разных миров, сумевших найти друг друга и стать целым, несмотря на противоречия и перипетии судьбы. Только наша история закончилась не этим, и Эван точно знал, что ждет нас впереди! Знал и все равно вез меня в порт, говорил о любви и нашем будущем. А оказался всего лишь куклой в руках отца, который хотел показать мне мир, а в итоге сбросил в бездну.

Я помню, что схватила ноутбук и начала описывать мерзкого лжеца по имени Эван, который не умеет ценить то, что у него есть, не верит в любовь и отвергает любые условности. Но волей судьбы сталкивается с Вивьен, которая безжалостно ломает его крылья и сбрасывает мерзавца прямиком в ад.

Я была так зла и обижена, что решила мучить его прототип вечность. Испытывать и не оставлять в покое ни на миг! Скидывать на плечи все новые препятствия, чтобы ввергнуть в пустоту его прекрасные светло-карие глаза! Я хотела заставить его страдать так же, как сделал он, но первое же предложение застряло в голове, не желая складываться в буквы. И тогда я поняла, что причиненная ему боль, отзывается во мне сильнее и становится только больше, а Вивьен, как и я, не способна стать монстром в угоду мести.

Я не могу причинить ему боль!

Эта фраза крутилась в голове и днем и ночью, пока не показала, насколько я люблю Эвана. Когда же завеса ненависти окончательно развеялась, ко мне пришло единственное решение собрать все силы и вновь погрузиться в нашу историю, прожить ее вместе с другим Эваном и Вивьен. Дать им то, чего они не получили в реальности, и отпустить вместе с последней строчкой.

Так и появились очертания романа, который мог бы стать бестселлером, если бы я издала его. Но появился, чтобы спасти меня от боли и навсегда остаться в памяти ноутбука.

Я писала его следующие одиннадцать дней. Почти без сна и перерыва на еду. В нем я представила Эвана успешным бизнесменом, который всего добился сам и забрался очень высоко. А, познакомившись с Вивьен, не врал, не скрывал свое прошлое и был только с ней, а не в объятиях посторонних женщин.

Такой я хотела видеть свою историю! Она была почти нереальной и скорее походила на детскую сказку со счастливым началом и таким же концом, но когда я добралась до пышной свадьбы, в комнату уверенно вошла мама и рассказала мне совсем о другой.

Той, что ждет меня через месяц.

Решение о ней отец принял очень давно и все это время ждал, пока я приду в себя после невинного приключения, как мама называла мою поездку. Правда, она не догадывалась, что я провела все это время не с Тиной, а с мужчиной, который разбил меня на тысячи осколков, поэтому удивленно рассматривала мое бледное лицо.

Странно, но подруга, которая была со мной все эти годы, ни разу не позвонила мне, и ее поведение вызывало все новые вопросы. Возможно, она боялась признаться в сговоре с отцом, поэтому я решила тоже не звонить ей и подождать, пока она первой объявится на пороге.

Но самой ужасной новостью стала даже не скорая свадьба с Максом Уолдером, а наша помолвка, назначенная на следующий день.

Сначала я пребывала в шоке, но все же не стала спорить, потому что знала, что этим ничего не изменю, и решила использовать эту возможность уйти из опостылевшего дома и как можно реже видеть родителей.

Забыть об Эване и заменить страстную любовь к нему на жесты вежливости и милые улыбки в сторону чопорного и скучного мужчины.

Тогда мне казалось, что этим я делаю назло ему, потому что он явно недолюбливал Макса, но сейчас понимаю, насколько глупо это выглядит. Очевидно, что этому мерзавцу все равно с кем я и где, раз он, как и Тина, не сделал ни одной попытки связаться со мной!

Мне уже пора спускаться. Сегодня тот самый день…

Впереди традиционный прием