Его наглый друг (СИ) - Оливия Лоран

Лучше пообщаюсь с коллегами в ресторане, может отвлекусь немного.

В общем-то, в компании девчонок из рабочего персонала мне действительно становится чуточку легче. Даже учитывая то, что они не задерживаются надолго около меня, обслуживая столики, мне все равно есть с кем поболтать, и я не остаюсь одна на один со своими мыслями.

Пока отрабатываю по своей программе, постоянно выискиваю взглядом знакомое лицо. И к ночи, когда уже заканчиваю, успеваю расстроиться, разозлиться и принять предложение девчонок пойти в соседний бар после смены.

Но как только мы занимаем места около барной стойки, мое сердце дает сбой. Вздрагиваю, ощущая крепкую хватку на талии со спины, и улавливаю аромат знакомых мужских духов с примесью табака.

— Тебя совсем нельзя оставлять одну? — низкий голос на ухо вызывает нервный озноб. А последующий за этим поцелуй на шее — полчище мурашек по коже. — Пахнешь, пиздец, вкусно.

Жмурясь и кусая губы, судорожно перевожу дыхание и разворачиваюсь к нему лицом.

— Что ты здесь делаешь?

Браво… Где мой «Оскар» за лучшую эмоцию безразличия и натурального удивления? Ах, да… такой же роли нет.

— За тобой приехал, — игнорируя мое показное равнодушие, абсолютно спокойно заявляет Макс. А затем добавляет с игривой улыбкой: — Стоило задержаться, и ты во все тяжкие пустилась. Приключений ищешь?

Забываю о том, что совершенно спонтанно решила объявить ему эмоциональный бойкот, и впиваюсь злобным взглядом в самодовольное лицо.

Но потом… одним кивком прощаюсь с коллегами и следую за ним, когда он тянет меня за руку к выходу. Лишь на улице останавливаюсь и упрямо задираю подбородок.

— Вообще-то… у меня на сегодняшнюю ночь уже есть планы.

До последнего пристально смотрю в глаза напротив, пока его напряженный взгляд не превращается в плотоядный, и к нему не добавляется нахальная ухмылка.

— Знаю. Провести ее со мной.

47

— Считаю, теперь я просто обязан оставить тебе побольше впечатлений…

Макс

Я, конечно, предполагал, что Алина может расстроиться из-за моего суточного выпада из ее жизни, но не ожидал, что взбунтуется до такой степени.

Упрямится, злится, психует, обижается — хмельной коктейль из ее эмоций, как дорогой алкоголь, за который готов выписать чек с пустой графой суммы. Это не просто реакции, здесь что-то больше.

Только сейчас понимаю, что и ревность ее какая-то особенная. Не раздражает, как это бывало с другими. Вспоминаю, как она смотрела на девку, подсевшую ко мне в ресторане, или на ту же Юлю еще на пляже, а потом и у меня дома, и словно распирает изнутри приятным чувством.

Перекрывают их в кратном размере лишь те, с которыми столкнулся вчера, когда провели ночь на пляже. Им вообще нереально дать объяснение, но однозначно хочу вкусить повторно.

Один день итак ушел в минус. Не хотелось бы его множить.

Сегодня пришлось удалено разруливать инцидент в клубе, что не так давно открыли с другом. Прикрытая торговля запрещенкой нехеровая предъява. Но откуда растут ноги, несложно догадаться…

Моя гребаная семейка, по всей видимости, вконец отчаялась. Задето достоинство главы развратного притона, иными словами — отца. После выдвинутого им не особо лестного предложения примкнуть к стае предков и расширить горизонты их сферы, внедряя тем самым в свой бизнес, я, конечно, немного перегнул с эмоциями и напутствиями в адрес родственничков, когда посылал всех к чертям. Но не думал, что отец может опуститься до подобного — полезет в дела.

И все же зря я тогда оставил все на друга, укатив сюда, в теплые края, на месяц. Не уверен, что смогу задержаться здесь, даже несмотря на то, что сегодняшняя проблема уже решена. Не факт, что не нарисуется новая. Но несколько дней я себе выделил. И планирую их провести не один.

Достаточно быстро добираемся с Алиной до дома Славика, где уже стихает веселье. Эта посиделка явно отличается от тех, что обычно проходят на моей территории. Как минимум здесь нет лишних и незнакомых лиц.

— Какие люди! — трубит с ходу хозяин дома, отрываясь от своей девчонки. — Всё же почтили нас своим присутствием! — кланяется подпивший друг, сворачиваясь перед нами в три погибели.

Алина здоровается с Настей и улыбается Славику, пока подруга ей что-то нашептывает.

— Развеять тухляк — дело чести, — прикладываю руку к груди, польщенный реверансом друга. — Кого хороните? — стебусь в ответ, окидывая взглядом лениво развалившихся в креслах друзей с их девчонками.

— Твое одиночество, — подхватывает Саня, стискивая Иру под боком, и салютует мне жестянкой пива. — Не чокаясь.

— До дна! — вторит ему Славик, опрокидывая в себя свою бутылку.

— Тебе че там, скучно одному в подземелье? Славика на то же дно потащил, — оцениваю поведение остепенившегося друга, что когда-то каждую телку на районе знал. — А если не выползет на свет? — усмехаюсь, наблюдая, как тот загребущими движениями вырывает Настю из объятий Алины и приземляет к себе на колени.

Притягиваю свою Русалку ближе, когда делает шаг в мою сторону и вскидывает обеспокоенный взгляд.

— Макс! — шепчет она, почти касаясь губами моего уха. Оглядывается на ржущих пацанов и оценивает их реакцию, очевидно, не понимая таких приколов.

Улыбаюсь ей, стискивая узкую талию, взглядом успокаиваю.

— Не переживай, тебе мы там тоже местечко припасли, — не остается в долгу Славик.

— Бля-я-я, — словно прозревши, протягивает Саня. — Забьемся? Твоя свадьба по списку первая. Славян, разбей!

Невольно напрягаюсь, крепче сжимая Алину. Осознаю, что это бредовый стеб, но один хрен нутро в спираль скручивает.

— Хах, мальчишник нам организует Тоха, — бомбит подхвативший его Славик. — Уже вижу, как просыпаемся в Вегасе и ищем Макса, а Саня без зубов[1].

— Ты сейчас своих не досчитаешься, — швыряет тот в ржущего Славика свою допитую жестянку. — Я лучше спизжу тигра или, на крайняк, женюсь на стриптизерше[1]. Черт… — кривится он, получая в ребро от своей девчонки. — Ладно, спизжу тигра…

— Я тогда организую Алинке девичник в Вегасе… — не остается без ответа Ира, ехидно улыбаясь Сане.

Блядь… А ведь однажды Алина станет чьей-то женой. Стоит представить ее с кем-то — мгновенно покрываюсь холодным потом. Сука! Какого хера я вообще об этом сейчас думаю?

— Придурки, блядь… — выругавшись, прихожу, наконец, в себя. — Мы прогуляемся, — тяну ошарашенную Алину в дом.

— Верхнюю спальню справа не занимать! — догоняет словами Славик. — Битый час возился с простынями…

Заходим в дом и первым делом двигаемся на кухню.

— Не обращай внимания, — стискиваю Алину, коротко целуя в висок. — Они уже в умате.

— Я, наверное, вообще не буду это комментировать…

— И правильно, — усмехаюсь я, доставая из холодильника сок. Ставлю его на стол и смотрю на все