Невозможный. Нахальный. Любимый - Ульяна Николаевна Романова

провозились до вечера, пока я не глянул на часы, отбросил инструменты и приказал:

– По домам.

Переоделся, запер дверь, включил сигнализацию и поспешил домой. Теперь я всегда спешил туда, где меня ждала моя жена. По дороге, как обычно, набрал ей:

– Привет, – пропела Рори.

– Ты дома?

– Да, я жду тебя.

– Мне в магазин заезжать?

– Нет, прошу, нигде не задерживайся, сразу домой, – попросила она.

– Лечу, моя королева.

– Жду…

Ее «жду» отдавалось прямо в сердце. Потому что всегда ждала, я знал это. А я всегда летел к ней. К нам домой.

Припарковал машину рядом с тачкой жены, поправил куртку и вошел в подъезд.

Поднялся на свой этаж, поднял руку, чтобы позвонить в звонок, но Рори уже распахнула передо мной дверь.

– Ого! У нас праздник? – обалдел я, заметив, что она в нарядном платье и, кажется, в чулочках.

– Сюрприз, – загадочно улыбнулась Аврора, схватила меня за футболку и втянула в прихожую.

– Это я люблю, – мурлыкнул я, – повод есть?

– Есть. У меня для тебя подарок.

– Мне надеть фрак или так сойдет? – сердце сжималось от любви и нежности к этой женщине.

– Сойдет.

Она встала на носочки и провела губами по моей шее. Я все забыл. Про сюрприз, фрак и даже про предполагаемые чулочки. Встал в стойку и собирался закончить вечер так, как мы обычно это делали, – в постели.

Но Рори остановила. Помогла снять куртку, забрала и повесила на плечики. Взяла меня за руку и повела в кухню. На плите что-то очень вкусно пахло мясом, а на столе сгорели свечи и лежала маленькая коробочка.

– Это мой ужин? – развеселился я.

– Это твой сюрприз. Открой.

– Что там?

Сердце забилось в горле, а колени ослабли. Мысль промелькнула и исчезла, а я медленно открыл коробочку и широко распахнул глаза.

Внутри лежали две вязанные пинетки. Розовая и голубая. Крохотные и такие милые. Трясущимися руками я достал обе и смотрел на электронный тест на беременность. На дисплее было надпись «беременность 8–9 недель», которая странно расплывалась перед глазами.

– Рори, – выдавил я.

Она подошла ко мне, доверчиво прижалась к груди и посмотрела снизу вверх:

– Готов стать папочкой?

– Я… – голос пропал и не возвращался.

– Роберт, тебе плохо? – забеспокоилась моя жена.

– Мне так хорошо не было никогда, – признался я.

Вернул коробочку на стол и осторожно положил ладонь на плоский живот своей жены:

– Ну привет, Багров-младший.

Аврора засмеялась, положила ладошки на мои плечи, не мешая мне говорить с наследником. Или наследницей. Давая время осознать и договориться с сердечным приступом об отсрочке.

Я прикрыл глаза на мгновение и выдохнул:

– Спасибо, родная.

И ее «я люблю тебя» окончательно убедило, что я самый счастливый человек в этом мире…

Эпилог

Шесть лет спустя

Я припарковал машину у кофейни своей жены, вышел на улицу и снял темные очки. Соскучился, сил нет.

Последние три месяца я готовил своих тигров к чемпионату, а потом уехал с ними на две недели. Две чертовых недели без моих девочек и главного тигра… А теперь я пытался наверстать упущенное и все свободное время был с женой и детьми.

Я вошел в помещение, вдохнул прохладный воздух и просто смотрел, как моя жена что-то поправляла за стойкой.

Такая же красивая, как и шесть лет назад, но другая. Старше. Мудрее. Умиротвореннее.

Заводила так же, как и в первую встречу, казалось, как будто не прошло столько времени и мы познакомились только вчера. Я заслужил ее полное и безоговорочное доверие в тот день, когда она впервые сказала, что беременна.

В тот день в ней что-то изменилось. Моя жена стала мягче, чувствительней. Мгновенно приняла свое положение и всю беременность выполняла все рекомендации, что дал ей доктор. Вектор ее внимания сместился на нашу семью. Было тяжело открывать вторую кофейню, но Аврора с округлившимся животом в белом платье выглядела как принцесса из волшебной сказки, доверив все организационные моменты мне и моей харизме.

Ночь, когда родился Герман, я помню по минутам. Как Аврора разбудила меня в полночь, сообщив, что началось. Как мы ехали в роддом и как я несколько часов наматывал километры в ожидании рождения своего сына. Первенца. Наследника.

Когда взял его в руки, то долго не мог поверить, что все правда, а я не сплю. Целовал лобик своего новорожденного сына и не скрывал слез радости. Как снова и снова благодарил свою жену за то счастье, которое она мне подарила, и за ее мужество и силу.

Помнил, как забирал их домой из роддома. Как приехали все наши друзья и родственники. Дава привез наших родителей познакомиться со вторым внуком. Юлька так и не решилась на второго ребенка, но подружилась с Авророй и Ингой и с удовольствием помогала обеим. Инга с Рори тоже нашли общий язык и вместе ходили по детским магазинчикам покупать вещи для сыновей.

Первый год Герман поражал нас своим спокойствием. Настоящий суровый мужик, он редко плакал и давал нам с Рори выспаться ночью.

А вот Аринка давала стране угля с самого рождения. Рори забеременела спустя восемь месяцев после рождения Германа, и во вторые роды я нервничал едва ли не сильнее, чем в первые. Потому что родилась наша принцесса.

С двумя детьми было сложнее, но Рори отлично справлялась, делегировав большую часть работы Диночке, которую повысила до своего заместителя.

– Папа!

Из подсобки вышли две одинаково виноватые моськи, как две капли воды похожие на меня. У старшего на лбу красовался синяк, у младшей сбились и растрепались обе косички.

– Папа, мы больше так не будем! – в два голоса пообещали сорванцы.

– Что именно вы в этот раз не будете? – сурово поинтересовался я, садясь на корточки.

Я растаял, но вида не подавал.

– Ничего не будем, папочка!

Младшая Багрова умела вить из меня веревки с самого рождения. Она просто подошла, обхватила крошечными ладошками мое лицо и сморщила курносый носик.

– Герман!

– Я больше не буду рисовать на стенах в садике, – выпалил сын.

– А я больше не буду выходить замуж, – тихонько призналась Аришка.

– Чего? – обалдел я и, кажется, схватился за сердце.

– Арина сегодня поженилась с Елисеем, – сдал ее Герман, – и хотела его к нам забрать, а мама не разрешила.

– А-а-а-а, – многозначительно выдал я. – Арина, зачем нам Елисей?

Получилось жалобно.

– Надо! – отрезала дочь.

– Не, ну, надо так надо… Да и гены пальцем не сотрешь, конечно, – задумчиво выдал я.

– Роберт, – кашлянула Аврора, которая успела незаметно подойти к нам.

– Арина, никаких браков до тех пор,