Трофей наглеца (СИ) - Пиратова Лана

Мне опять надо было уехать и, когда вернулся, Аля куда-то пропала. Телефон не отвечал. Я нигде не мог ее найти. Никто не знал, где она.

Я с ума сходил. Поднял на уши всех знакомых в полиции. Взял отпуск на работе и в университете не появлялся.

В один из вечеров я сидел у себя дома, на полу, и пил прямо из бутылки, уткнувшись взглядом в стенку. Все было бесполезно. Я не мог найти Алю.

Раздался звонок в дверь. Я как ошпаренный бросился в надежде, что это Аля. Но пришла мама. Я даже разочарованно выдохнул.

- Влад, - мама чуть встряхнула меня за плечо. – Ты что? Пьешь? Влад?

- Мам, оставь. Что-то срочное? Если нет, то я хочу один побыть. Мне надо пораньше лечь спать. Завтра я поеду в Алин город. Может, она…

- Нашлась Аля, - вдруг произнесла мама и я впился в нее взглядом. Хмель как рукой сняло. Я отбросил почти пустую бутылку и схватил маму за плечи.

- Где она? Она к тебе пришла? Мама? Скажи мне!

- Влад, что же ты наделал? – неожиданно проговорила мама, покачав головой. – Зачем?

- Что? О чем ты говоришь?

- Аля…

- Что с ней? Что с ней, мам?! – я готов был кричать.

- На кафедру пришел запрос из полиции. Аля написала заявление об изнасиловании.

Меня словно в прорубь окунули. Мне кажется, я перестал дышать тогда. Сердце словно остановилось. Я собрал последние силы, чтобы произнести:

- Кто это сделал?

Я был готов убить его. Кем бы он ни оказался.

- Она написала, что ты, Влад… - слова мамы на мгновение вернули меня к жизни, но потом убили окончательно. Сейчас я понимаю, что вот именно в тот момент я умер. Умер прежний Влад.

Но тогда я не мог поверить в ее слова. Что за бред?

- Влад, зачем? Я не верю, что ты мог… - мама говорила тихо и все качала и качала головой.

- Где она?

- Я не знаю, сынок. Ты же женишься на ней? Тогда дела не будет. Наверное. Сынок, я не переживу, если тебя посадят. Влад…

И мама заплакала. Уткнулась мне в грудь и заплакала.

А я стоял и ничего не понимал. Ничего.

Успокоив маму, я сразу же связался со своим приятелем из полиции. Я знал, что действовать надо быстро. Пока меня не арестовали. Кое-как, с помощью денег и знакомств, я нашел-таки адрес Али. Но переговорить с ней так и не получилось.

На следующий день меня вызвал ректор и попросил уйти самому. Задним числом. Дабы «не осквернять честь университета». Дословно.

Я и не спорил. Смысл?

Потом потянулось следствие. С меня взяли подписку о невыезде и запретили приближаться к жертве преступления.

В тот момент мне нужна была поддержка. Нужна. Но с мамой я поделиться всем не мог. Берег ее. А Корень… Он просто пропал. На все мои предложения встретиться у него находились отмазки. Это уже позже я узнал, что он благополучно занял место завкафедрой, на которое звал ректор меня. Да и плевать.

Мне было на все плевать. Потому что в тот момент в моей душе творилось такое… Мне хотелось разорвать на груди рубашку и выдрать к чертовой матери все, что гнобило меня. Всю обиду, разочарование и боль. Боль от предательства.

Ведь я любил Алю. Любил ее! Как она могла такое наговорить на меня?! Как?! я притронуться к ней боялся! Какое изнасилование?!

Злость переполняла меня и я ехал в бар. Тащил первую попавшуюся девку в туалет и ставил на колени. И каждый раз пытался доказать, что они ничего не значат в моей жизни. Просто девки для получения удовольствия. Никто.

Я не знаю, чем бы все это закончилось, но однажды я так напился, что просто послал нахуй все запреты и поехал к дому Али. Я терпеливо ждал ее в подъезде, подпитывая свою злость виски.

Прошло дохрена времени, прежде чем я услышал знакомый голос. Она, сука, смеялась! Ей было весело. А еще я услышал еще один голос. Тоже знакомый. Сука.

Они весело что-то обсуждали. Потом пошли чмоканья. Я стоял, сжав кулаки. Из последних сил останавливал себя.

Мне нужна была Аля. Одна. Я хотел переговорить с ней наедине.

Наконец, я услышал стук каблуков. Это были ее шаги. За эти месяцы я научился узнавать их. Сука! ЯФ так ее любил, что узнавал по шагам!

Я затаился и, как только увидел спину Али, схватил ее и затащил в темный закуток, рядом с почтовыми ящиками. Она не успела ничего выкрикнуть, потому что я закрыл ей рот рукой.

- Тихо, Аля, - прошептал я. – Это же я, Влад.

Во мне вдруг затеплилась надежда, что все будет как прежде, что я ошибался. До сих пор ненавижу себя за ту минутную слабость.

- Аля, зачем ты сделала это? Зачем? – я развернул ее к себе и попытался посмотреть ей в глаза.

Она долго отворачивалась. Но не кричала. Хотя я готов был опять закрыть ей рот ладонью и утащить. К себе утащить. Чтобы поговорить. Может, все можно было еще вернуть?

Какой же я был придурок!

- Я жду ребенка, Влад, - Аля вдруг подняла на меня взгляд своих когда-то так любимых мною глаз и я понял, что она не врет.

Изнасилование… ребенок… что это? Это как ночной кошмар? Разве может это быть реальностью? Разве может?!

Я схватил ее за плечи и встряхнул. Сильно встряхнул. Так, что она ойкнула и в глазах опять появился испуг.

- Не бей меня, Влад, - вдруг прошептала она, прикрываясь рукой.

- Ты что? – я сам испугался ее слов. – Разве я когда-нибудь хоть словом обижал тебя? Что ты такое говоришь, Аля?

- Отпусти меня, Влад, - прошептала Аля. – Пусти.

- Какого хера, Аля? Какое изнасилование?! У нас ведь не было ничего! Не было!

Аля вся сжалась. Я видел, что она боится. Но как она могла такое написать? Как?! И почему она меня боялась?

- Я жду ребенка, - вдруг произнесла она. И эти ее слова заставила меня замереть. Мне, наверное, послышалось? Как? Ее что? и, правда изнасиловали? Но когда? – У меня будет ребенок, Влад, - Аля, видимо, поняла, что я в шоке и произнесла эту фразу еще раз. Уже глядя мне в глаза.

- Кто это сделал? – спросил я каким-то незнакомым голосом. – Кто, Аля?! – я схватил ее за плечи и тряс. – Я убью его! Кто?!

- Нет, Влад! – она тоже кричала. – Нет! Он отец моего ребенка! И я… я люблю его…

Услышав это, я отпустил ее. Отпустил и на шаг отступил. Смотрел на нее стеклянными глазами и не понимал. Ничего не понимал. Разве это моя Аля?

- Возьми, - Аля порылась в сумке и достала что-то. Протянула мне. Кольцо. Мое кольцо, которое я подарил ей.

Я смотрел на нее исподлобья. Кольцо не брал.

- Я выйду замуж за Сергея, - она словно хотела добить меня.

- Какого еще нахрен Сергея?

- Корнева.

Третий удар за вечер. Я не знаю, как я выстоял тогда.

- Аля! – я опять схватил ее за плечи и тряс. – Скажи, что это неправда? Скажи! Ты это все придумала, да? Какой Сергей? Какой ребенок? Мы же… Ты ведь…

- Не было нас, Влад. Я все это время с Сергеем встречалась.

- И трахалась с ним, - обреченно, глядя куда-то в стену, проговорил я.

Аля фыркнула и развернулась, чтобы уйти. Но я схватил ее за локоть и дернул на себя.

- Заявление, - рычал я. – Какого хрена ты написала заявление? Я тебя не трогал! Нахрена?!

- Я знаю, - вполне себе спокойно ответила она. – Я заберу его, Влад, не волнуйся.

- Не волнуйся?! Ты серьезно? Ты обвинила меня в изнасиловании. Аля! Ты в своем уме?!

- Но тебя же не посадили, - пожала она плечами. – И не посадят. Я заберу заявление. Завтра.

- А нахрена?! Нахрена ты это сделала?!

- Сергей попросил… Пусти меня, Влад. Мне плохо.

Я тут же отпустил ее. Она прислонилась к стене и медленно сползла вниз.

- Аля, - я присел перед ней. Аля была бледная и глаза были закрыты. Да, сука. Еще не хватало, чтобы меня обвинили в чем-то еще! Хмель как рукой сняло.

Я вызвал «скорую».

После того, как Алю забрали, я поехал к Корню. А его, сука, дома не оказалось. Уехал.

На следующий день меня вызвали к следователю. Я был готов к самому плохому. С мамой, правда, не прощался, чтобы не расстраивать ее.

Но следователь сказал, что заявление забрали и я имею право обратиться в суд за компенсацией. А мне ничего не надо было.