Трофей наглеца (СИ) - Пиратова Лана

Я напрягаюсь еще больше.

- На аборт отправит, - уже без ухмылки говорит Корнев. – Он так постоянно делает.

И я не выдерживаю. Резко встаю, отбрасываю ручку и сжимаю кулаки. Поднимаю, наконец, взгляд на Корнева.

- Жалко мне тебя, Огнева, жалко, - вздыхает он. – Дурочка ты малолетняя. Нравишься ты мне. Поэтому и жалко.

Тянет ко мне руку, но я отдергиваюсь. Он усмехается, качает головой.

- Влюбилась, что ли? Огнева? – спрашивает с издевкой. – Точно дура. Про аборт еще Владик не говорил, смотрю? Ну, иди давай, будет сейчас тебе лапшу на уши вешать. Он уже следующую себе присмотрел тут.

Сердце стучит так, что я каждой клеточкой ощущаю его. Но главное – не подать вида. Я спокойна. Он врет. Пытаюсь выровнять дыхание, а у самой в горле все пересохло. И я слова произнести не могу.

В памяти всплывает вчерашняя картинка.

Нет! Это неправда!

- Быстро ему надоедают, - Корнев впивается в меня взглядом. Мне кажется, он все равно видит мою реакцию, несмотря на все мои старания. Прищуривается. – Ты, Огнева, в следующий раз таблетки принимай.

Я дергаюсь. Хочу убежать. Но Корнев хватает меня за локоть. Удерживает. Пытаюсь вырваться.

- Пусти, - шепчу, но не слышно. Я сама себя не слышу. Только губами шевелю. И руку выворачиваю.

- Спроси у него про Алю, - эти слова окончательно добивают меня.

Я замираю. Смотрю на Корнева, а потом моргаю и ощущаю, как слезы стекают по щекам.

Сильнее дергаю руку, вырываюсь и, наконец, убегаю, задевая плечом за шкаф. Но боли не чувствую. Ничего не чувствую. Кроме имени, которое стучит в виски. Аля. Опять она.

Выбегаю из здания университета и падаю на скамейку в парке рядом. Руками закрываю голову. Почему так? Почему мне так плохо?

А вместо ответа – «Аля. Аля. Аля».

Трясу головой.

- Девушка, с вами все в порядке? – чей-то голос выдергивает меня в реальность.

Поднимаю затуманенный взгляд. Какая-то женщина.

- Да, все нормально, - произношу тихо. Это мои первые слова с момента разговора с Корневым. Откашливаюсь, потому что голос хриплый.

Встаю и иду к метро.

К счастью, Юли дома нет и я зарываюсь под плед прямо в одежде. Мне хочется плакать, но слезы как будто кончились. Я лишь пристально смотрю в стену перед собой.

Я просто дура. Одна из. У Влада есть какая-то Аля. А вдруг у него и ребенок есть от нее? Ааааааа. Как перестать думать?!

Не хочу. Нет.

Домой хочу. К папе и маме.

Да. Именно домой я и поеду завтра!

53. Огонек

Но билеты оказываются только на сегодня. На завтра уже нет. Это, наверное, даже лучше.

Вещей и нет у меня. Они все у Влада остались. Потом как-нибудь заберу. Не сама, нет. Попрошу кого-нибудь. Юлю, например. Ну, не будет же он мои вещи удерживать.

- Так, пятнадцатое место! Сбоку там! – горланит мне проводница, проверив билет, и я вскарабкиваюсь в вагон.

Билет был только в купе, но зато там, кроме меня, еще одна женщина и все. У меня хоть и верхнее место, но можно будет внизу лечь. Нас же двое в купе.

Моя соседка уже на месте.

- Здравствуйте, - говорю я и сажусь у окна. Вздыхаю.

- А вещей-то нет, что ли? – спрашивает она. – Меня Валентина зовут.

- Очень приятно, - отвечаю неохотно. У меня сейчас совсем нет желания разговаривать с кем-либо, но ради приличия отвечу. – Я Александра.

- Куда едешь? – ну, началось. – Есть будешь?

Мотаю головой.

- Да ты не стесняйся! Чего ты? Давай, двигайся к столу! Я домой еду. Хватит, погостила в столице. Шумно очень.

- Я тоже домой, - вздыхаю. – Тоже, можно сказать, погостила.

- Ну и правильно. Нечего в этой Москве делать! У нас лучше! На вот, яичко съешь, - и она протягивает мне яйцо.

Отказываться, вроде как, неудобно. Но и есть я не особо хочу. Поэтому яйцо беру. Купе как раз заполняется таким привычным ароматом – смесь запаха вареного яйца, огурца и курицы. Уверена, что, когда завтра выйду из вагона, то мои волосы точно пропахнут этим самым ароматом. Все как раньше.

Эх! Съесть, что ли, яичко?

И вот только собираюсь стукнуть им о стол, как дверь купе открывается. Без стука!

Мы с соседкой поворачиваем головы туда.

- Гражданка Огнева кто? – в проходе стоит полицейский. В форме. Строго смотрит на нас.

Валентина переводит взгляд на меня. Блин, придется признаться.

- Я, - отвечаю несмело. Чего ему надо-то? – У меня билет есть, - начинаю заранее.

- Так, - он заходит, осматривается. – Вас я попрошу пока в тамбуре подождать, - обращается он к Валентине.

- Но как же? – спрашивает она.

- Это ненадолго, - отвечает полицейский и всем своим видом показывает, что это не обсуждается. Поэтому Валентина выходит.

Я вообще ничего не понимаю. Что ему от меня надо? Внимательно наблюдаю за ним.

Он садится за стол и отодвигает разложенную еду. Достает какие-то бумаги.

- А что случилось? – не выдерживаю я.

- Протокол будем оформлять, - невозмутимо отвечает он.

- Что? Какой протокол? У меня билет есть! – вскакиваю, чтобы из сумки достать билет и показать ему.

- Сядьте! – рявкает он. – До билета потом дойдем. Пока другое.

- Что еще? Я ничего не совершала. Это другая Огнева! Не я! – ну точно! Он путает же!

- Проживаете по адресу, - и он называет мой адрес.

- Ну, допустим, - отвечаю я.

- Не «допустим», а «да» или «нет», - строго смотрит.

- Да! – я начинаю злиться.

- Сегодня в 14.15 вы перешли дорогу на красный сигнал светофора, - выдает он с таким серьезным лицом, как будто меня, как минимум, обвиняют в госизмене.

Ну, бред же. Какой еще красный сигнал светофора? О чем он? Это шутка, да? Мы вообще-то в поезде!

Трясу головой.

- Не понимаю, - шепчу. – Что за бред?

- В смысле «бред»?! Что за выражения? Еще один протокол составим? – полицейский хмурит брови.

- На что?! Вам больше заняться нечем? Вы в поезд с вертолета попали, я надеюсь? А то как-то не достает антуража! Скажите, что вы шутите. Да? Вы же шутите?

Он лишь ухмыляется и начинает что-то заполнять. Да блин. Это что вообще?

- Бред какой-то, - повторяю я. – Ерунда. А что дальше-то? Ну, оформите вы протокол. Дальше что? На голубом вертолете назад улетите? За следующим нарушителем? Боже! Даже и не думала, что наша полиция стала настолько мобильной!

- Зачем же вертолет? – он отвечает без тени улыбки. – Просто сойдем на следующей станции и в отделение.

Вот эта его серьезность уже не смешит меня, а пугает. Мамочки. Это что такое-то? Я, наверное, попала в какую-то спецоперацию. Обучение.

Так. Главное с ним не спорить.

- А что мне грозит за это вот? – осторожно интересуюсь.

- За что?

- Ну, за красный сигнал светофора.

- Суд решит.

- Суд? Вы что?! – выдержки все же не хватает. – Какой суд?! Так все ходят! Я сколько раз так перебегала!

- Сколько? – вдруг интересуется он.

Ой, блин. Как все плохо-то. Сейчас наговорю себе на реальный срок, блин.

- Мне нужен адвокат! – я тоже решаю играть по-взрослому.

Он усмехается. Опять что-то пишет.

- Я серьезно, - настаиваю я. – Без адвоката не пойду никуда! Вы не имеете права! Я буду жаловаться! Мне положен адвокат! По закону! Я знаю! Я, между прочим, на юриста учусь!

- Помолчите, - просто произносит он, не отрываясь от бумажки своей.

Ага. Сейчас. Тут вам не 37-ой год!

- Без адвоката не пойду! За руки тащите меня. Как хотите. Сама не пойду!

- Замучила, - рычит он. – Из-за тебя, вон, ошибку допустил. Помолчи просто. Будет тебе адвокат.

- Ага. Так я и поверила! Я буду кричать! Аааа! Произвол!

Полицейский вдруг вскидывает на меня испуганный взгляд.

- Ты чего?

- Полицейский произвол! – как можно громче кричу я. – Беззаконие!

- Да замолчи ты! – он дергается ко мне, а я от него. К двери. Хватаюсь за ручку, дергаю ее и спиной во что-то утыкаюсь.

- Я!

- А вот и адвокат твой, - с ухмылкой произносит полицейский. – Фух, блять. Весь мозг съела, - произносит как-то облегченно. – Должен ты мне, Соболь. Сильно должен.