Шумел Камыш (СИ) - Лучезар Ольга

Но зато он готов к тому, что я буду разыскивать Кару. Уверен, он вёл за ней неусыпную слежку. Об этом говорила, к примеру, его информированность о местонахождении мальков. А следовательно, он в курсе нашего сожительства и имеет полное представление о моём чине.

17:30

Короткий, но уверенный стук в дверь кабинета, прервал мои раздумья. Дверь распахнулась, и в проёме показалась крупная фигура Сомова.

– А Кирилл, присаживайся, – пригласил я. Следом за ним вошёл майор Вавилов.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться? – по уставному громыхнул он.

– Что там, Игнат?

– К отелю со стороны заднего двора подъехал серебристый седан. Стёкла затемнённые. Номера пробили: всё тот же Артамонов Сергей Васильевич.

– Пусть продолжают наблюдение. При попытке покинуть отель – остановить и задержать. Я выезжаю.

– Есть! Разрешите идти?

– Свободен.

– Что происходит, полковник? – спросил Кирилл.

– Поехали! По дороге поговорим! – размашистым шагом направился на выход.

17:45

– Ты оглушил меня, полковник: ты отец Славы? Повтори ещё раз, – с неверием попросил Сомов, находящийся в понятном ошеломлении.

Притормозив на светофоре, я повернул к нему голову:

– Совершенно верно. Я – отец Радонежского.

– И в его могиле лежит абсолютно другой человек… – продолжил он, на что я кивнул. – Из чего ты сделал вывод, что он обнулился, инсценировав свою смерть?

Светофор переключился на зелёный, и автомобильный поток пришёл в движение, призывая последовать за ним. Мы тронулись с места.

– Да, Кирилл. У тебя ствол с собой?

– Думаешь?

– Прислушайся, Сомов, – бросил на него короткий взгляд, сильно сжимая руль. – Что тебе подсказывает твоя знаменитая чуйка? – После чего, сделав небольшую паузу, добавил: – И расскажи-ка о том дне, когда ты его подстрелил. Меня интересуют все детали.

Оставшуюся часть пути мы провели за разговорами и воспоминаниями.

– Как будем действовать? – уточнил Кирилл, когда мы проехали мимо наших ребят, устроившихся неподалёку от мини-отеля в белой Skoda Octavia.

Зарулив на стоянку перед «Вояж», я ответил:

– Действовать? Не рыпайся, Кирилл. Я знаю, ты за своё глотку перегрызёшь, но у нас нет права на ошибку, – заглушил двигатель и вперил в него тяжёлый взгляд. – Поэтому: я говорю, ты осматриваешься. Понял?

– Так точно, полковник, – с неохотой согласился он, отстёгивая ремень безопасности.

Покинув тачку, мы быстро поднялись по ступеням и наткнулись на запертую дверь. Воспользовавшись звонком, что ещё этим утром был отключен, прислушались – тишина.

Сомову опять пришлось нажать на звонок.

– Есть кто?! – гаркнул я в сторону приоткрытого окна и с силой загремел кулаком по металлу двери. Замки громко защёлкали, и на пороге появился скуластый брюнет лет тридцати пяти, достаточно крепкого телосложения, высокого роста с настороженным взглядом – тот самый, который целовал Кару возле японского ресторанчика.

– Здравствуйте, – поприветствовал он первым и покосился на Кирилла. Выражение его лица изменилось. Вновь посмотрев на меня, он улыбнулся так скупо, будто его мимика была скована искусной маской. – Отель не работает, – оповестил брюнет, а я испытал дикое желания заживо содрать с него кожу, чтобы узреть его истинную суть.

– Добрый вечер. А вы меня не узнали? – спросил прямо, всматриваясь в голубые глаза напротив.

– Нет, – вполне уверенно сказал он.

– Я – муж Радонежской Карины, – сообщил, наблюдая за его лицом. – Она говорила, что вы с ней коллеги.

– Да, всё так, – качнул головой. – Но я вас никогда не видел, чтобы узнать. Так что вы хотели? – поторопил он, удостаивая Сомова мимолётным взглядом. – Я заехал сюда буквально на час и, честно сказать, уже спешу.

Честно сказать…

– Мы можем войти, чтобы не говорить на улице? – я неопределённо обвёл глазами пространство.

– Проходите, – без колебаний пригласил брюнет, и повернулся к нам спиной, ступая внутрь. Мы зашли следом, захлопывая за собой дверь.

– Вчера вечером Карина ушла из дома и, как сквозь землю провалилась, – выложил я, обводя взглядом пустой ресепшен. – Скажите, Назар… Вас ведь так зовут, если мне не изменяет память? – вернул внимание на мужчину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Да, а вас?

– Ах да, Вячеслав Алексеевич, – отмахнулся я и не отвлекаясь поинтересовался: – Назар, когда вы в последний раз виделись с Кариной? Или, может, созванивались?

– Вчера она позвонила и попросила сдать ей номер на одну ночь.

– Подождите, – я непонимающе тряхнул головой. – Вы же сказали, что отель не работает.

– Не мог же я ей отказать, Вячеслав Алексеевич? Тем более, мне показалось, что она была чем-то расстроена. Думаю, вдруг что-то случилось, а пойти ей больше некуда…

Мразь ничтожная!

– Кстати, а почему не работаете? – полюбопытствовал, чтобы переключиться.

– Готовлю отель к продаже.

– Что так? Не пошёл бизнес? – подал голос Кирилл.

Назар неожиданно раздул ноздри, но затем объяснил:

– Да как-то вяло. Решил, что лучше на эти деньги приобрести несколько квартир под сдачу и купить себе дом. А то всё мечусь по съёмным квартирам.

Я заинтересованно окинул взглядом помещение и приметил впереди лестницу на второй этаж.

– Да вы можете и здесь жить, – усмехнулся. – Чем не дом? Сделаете перепланировку, косметический ремонт, и порядок! – посмотрел ему прямо в глаза.

– Хорошая идея! – подхватил он, расплываясь в улыбке. – Признаться, я тоже подумываю об этом.

Признаться…

– Назар, а во сколько Карина приехала, вы говорите? – резко перешёл на главную тему.

– Где-то около восьми вечера, плюс-минус, – не растерялся он.

– А уехала?

– Около девяти утра.

Ах ты ублюдок!

Неужели я прав, и именно в его жилах струится моя отравленная кровь?.. Неужели именно его гнилое сердце перегоняет эту отраву и туманит больную голову?..

– Вы здесь оставались вдвоём? Или кто-то ещё видел Карину? – получилось жёстче, чем хотелось бы.

– Никто её больше не видел, – он сунул ладони в карманы брюк. – Но я не ночевал тут. Заселил её, попили чай, поговорили немного и я уехал. Вернулся около восьми утра.

Придушить. И одним рывком сломать хребет.

Однако вместо этого я лишь понимающе кивнул:

– Значит уехала…

– Да.

– На такси? – вскинул взгляд.

– При мне она такси не вызывала. Карина сказала, что за ней приедут.

– А мы можем осмотреть комнату, в которой она ночевала? – снова встрял Сомов.

– Да, конечно, – не стал противиться мужчина и отошёл в сторону, пропуская нас вперёд.

Краткий осмотр не дал нам никаких результатов. Всё убрано и стерильно, как в реанимации. При нынешних обстоятельствах это несомненное достоинство Карины, было скорее недостатком. Поэтому нам ничего не оставалось, как, извинившись за беспокойство, покинуть отель.

– Это он, ­полковник. Я чувствую, – процедил Кирилл, застывая перед капотом.

Я закурил.

– Сомов, у нас ни одной дельной зацепки. Даже время это… плюс-минус… В принципе, и он, и Кара действительно могли проскочить между моим приездом и ребятами… – стрельнул взглядом в направлении Skoda.

– Пока мы будем ждать твои зацепки!.. – зарычал Сомов. – Давай пробьём по охранному агентству: когда он поставил на охрану и...

– Постой-ка, – перебил его и вслушался.

И в тот же миг моё сердце, будто оплели тысячи незримых огненных нитей.

– Кто-то свистит… – пробормотал Кирилл, нахмурившись.

– Твою ж мать... мальки... – я небрежно отбросил окурок в траву.

Глава 34

Чуть ранее

Ресницы дрожат… но свинцовые веки никак не желают поддаваться моей воле…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В состоянии полной дезориентации я пытаюсь пошевелиться – всё без толку… Сил хватает лишь на то, чтобы немного поднять правую руку… Вот только и она подводит, в ту же секунду падая обратно на кровать.