Робин Доналд - Слезы в раю

— Зачем тратить время, стоя у этих безделушек? Они, конечно, миленькие и неплохо сделаны, но почему бы тебе не купить в качестве сувенира несколько черных жемчужин?

Стефани подняла на нее взгляд спокойных глаз и сказала:

— Сол не любит, когда молодые девушки носят дорогие украшения.

— Что же ты не можешь уговорить его? — и в холодном тоне, с которым были произнесены эти слова, послышались нотки то ли зависти, то ли алчности.

Яркие глаза Стефани на мгновение остановились на хорошеньком лице своей спутницы, и в них мелькнуло что-то похожее на презрение.

— Боюсь, что мне его не так-то просто уговорить, — сказала она сухо. — Уж скорее, он послушает тебя. Ты могла бы попробовать.

Рыжеволосая вспыхнула и с неприязнью, которую, видимо, сумела тотчас же подавить, посмотрела на Стефани. Стефани слегка пожала плечами и снова повернулась к прилавку с бусами.

Сколько же светскости и аристократизма было в этой маленькой Джеррард! Наверное, это неудивительно, когда живешь, окруженная привилегиями и богатством.

— Ты же прекрасно знаешь, Стеф, что твоего брата не может уговорить никто. Он сам знает, как надо поступать и что делать, и уговаривать его все равно что упрашивать гранитную стену, — сказала со смехом рыжеволосая. По всему было видно, что к ней снова вернулось прекрасное расположение духа.

Стеф! Так странно было слышать подтверждение всем своим надеждам, мечтам, своим самым сокровенным желаниям в этом одном, вскользь брошенном слове.

У Кэндис перехватило дыхание, а из груди вырвался странный тихий стон. Глаза телохранителя смотрели на нее в упор, и взгляд их был тяжел и подозрителен. Охваченная паникой и страшным волнением, она лихорадочно старалась придумать хоть что-то, чтобы отвести от себя подозрения. Приложив руку ко лбу, она сделала вид, что ей нехорошо.

— Скорее сядьте и голову в колени! — услышала она голос за своей спиной. Он звучал жестко и властно и не допускал возражения. И сейчас же чья-то рука взяла ее за плечи.

Она послушно опустилась на землю, положила голову на колени и подождала, пока пройдет достаточно времени, чтобы ее обморок выглядел правдоподобно. Когда она подняла глаза, то увидела, что прямо на нее были устремлены глаза Сола Джеррарда.

Они были так холодны, что в сердце ей словно впились сотни маленьких острых льдинок. Она побледнела, ее била нервная дрожь. Терзаемая виной за только что разыгранный спектакль и желая в эту минуту только одного — поскорее уйти, убежать, скрыться от этого невыносимого взгляда, она хрипло, заикаясь пробормотала:

— Я… Это, должно быть, жара… Я ПОЙДУ. Благодарю вас.

— Постойте, — услышала она его властный голос. Лицо его было непроницаемо.

От испуга глаза ее потемнели. Не в силах выдержать его изучающий взгляд, она опустила ресницы, беспомощно задержавшись на его длинных смуглых пальцах, повелительный жест которых предназначался телохранителю. Тот повернулся к собравшейся толпе, что-то сказал, и люди немедленно стали расходиться.

— Вы все еще очень бледны, — наклоняясь к ней, встревожено произнесла Стефани. — Сол, что же мы будем делать?

— Отведем ее туда, где немного прохладнее, — последовал краткий и уверенный ответ.

И когда взгляды их вновь встретились, Кэндис поняла, что способность властвовать и повелевать людьми дана Джеррарду от природы и, будь он молодым юношей или стариком, это будет в нем неизменно. Печать его сильной личности лежит на всем, что происходит вокруг него, думала она, чувствуя легкое головокружение.

— Вам лучше? Может быть, вы уже можете встать? — вдруг резко спросил он, и взгляд его стал напряженным.

Она утвердительно кивнула и слабо улыбнулась бледными губами.

— Мне очень неловко. Я прошу прощения. Мне будет лучше, если я посижу в тени.

— Мы, конечно же, пойдем вместе, — с сочувствием произнесла Стефани. — Почему бы нам не отвести мисс…

— Хьюм.

— …да, мисс Хьюм в тень?

Рука на ее плече напряглась.

— Разумеется, — сказал он совершенно бесстрастным голосом, нисколько не скрывая, что не чувствует по этому поводу никакого энтузиазма. — Недалеко отсюда есть кафе с кондиционерами. Вы дойдете сами, мисс Хьюм, или, может быть, мне отнести вас?

— Нет, нет, — пробормотала она, приходя в неподдельный ужас от такой перспективы. — Я вполне могу идти сама, благодарю вас.

— Тогда мы пойдем все вместе! — раздался звонкий и уверенный голос его сестры. — Мне самой страшно жарко, и я бы не прочь выпить чего-нибудь холодненького.

— Почему бы в таком случае не отправиться домой? — Голос рыжеволосой звучал нетерпеливо и раздраженно. — Мы могли бы посадить ее…

— Где вы остановились, мисс Хьюм? — перебил ее Джеррард. Пока он помогал Кэндис подняться, она поймала на себе по-прежнему встревоженный взгляд Стефани и улыбнулась ей в ответ, давая понять, что все в порядке. Она надеялась, что безупречно сыграла свою роль и никто, даже тот, кто поддерживал ее в этот момент под руку, не заподозрил, что так называемый «обморок» был на девяносто процентов игрой.

— Так где вы остановились, мисс Хьюм? — повторил он, крепко держа ее за талию.

Чувствуя себя по-прежнему немного виноватой, она сказала название своего отеля.

— Что ж, прекрасно, это как раз по пути, — порывисто воскликнула Стефани. — Мы проводим вас после того, как все вместе выпьем чего-нибудь холодного.

В эту минуту Кэндис желала только одного — уйти, уйти как можно скорее, сказав, что с ней уже все в порядке и что она вполне сможет дойти сама. Но судьба давала ей маленький шанс, и отказываться от него из-за своей минутной трусости она не собиралась. Она лишь сильнее оперлась на руку, поддерживавшую ее за талию, и почувствовала, как вся фигура Сола напряглась. Неужели не верит? Окинув его быстрым взглядом, она не заметила на его лице никаких изменений. Оно было по-прежнему сдержанно и непроницаемо. Если он даже и заподозрил что-то, то, скорее всего, не подает виду. Но сейчас все-таки лучше приготовиться к самому худшему. Ведь он привык не доверять никому. А ей лучше всего сейчас спрятать свои опасения подальше.

Через несколько минут, уютно устроившись в небольшом прохладном ресторанчике, она потягивала ананасовый сок с содовой. Она чувствовала, как на щеках у нее появляется румянец. С видимым удовольствием ее телохранитель залпом осушил свой стакан, но всем своим существом она чувствовала, что он продолжает неотступно следить за ней. Рыжеволосая заказала себе какой-то крепкий коктейль и сейчас смотрела на свой стакан с видом величайшей брезгливости. Загадочный взгляд Сола снова и снова останавливался на хорошеньком личике Кэндис, словно сквозь эту шелковистую кожу старался разглядеть, что же все-таки скрывается у нее внутри. И только Стефани никак не могла успокоиться.