Кэтрин Беллами - Смешанная пара

– Спасибо, – кивнул Ник. – Ну, я пошел! Вернусь после обеда.

Проводив мужа, Мелисса поела, приняла душ, поболтала с Лайзой и стала помогать брату и отцу наряжать в холле к празднику елку, доставленную на трейлере. К приезду Розы дерево являло собой волшебное зрелище, сверкая и переливаясь нарядными украшениями. За разговором никто из семейства Фаррелл не заметил, что Лайза наблюдает за ними с галереи с печальным лицом.

Джек уже сообщил сестре о помолвке Розы с мультимиллионером Филипом Кейном, и Мелиссу распирало от любопытства. Ей хотелось поподробнее расспросить брата о банкире, но ей мешало присутствие отца: хотя Дэниел и Роза сохранили после развода дружеские отношения, не следовало злоупотреблять его терпением. Поэтому Мелисса только обняла мать и шепотом поздравила ее.

Наконец, когда все шары и разноцветные гирлянды обрели места на ветвях елки, Дэниел заметил наверху Лайзу.

– Доброе утро! – Он приветливо улыбнулся. – Как вы себя чувствуете?

Держа на руках ребенка, Лайза с опаской стала спускаться по лестнице.

– Здесь и черт ногу сломит! – сердито обронила она. – Ни одной ровной ступеньки!

На самом деле ступени были надежными и почти ровными, хотя и прослужили обитателям дома сотни лет.

– Ты быстро к ним привыкнешь! – заверила невестку Роза, многозначительно взглянув на бывшего супруга. – Я сама поначалу боялась уронить Джека, но все обошлось, как видишь. Позволь мне помочь тебе.

Мелиссе показалось, что Лайза отдала дочку Розе неохотно, и она с недоумением взглянула на Джека: в чем дело? Почему Лайза так себя ведет? Брат пожал плечами и отвернулся.

– Ну, как вам нравится елка? – спросил Дэниел у Лайзы.

– Елка как елка, – холодно ответила та.

– Лайза, может, выпьешь чаю? – спросила Мелисса.

– Я не англичанка и не люблю чай! Мы, американцы, предпочитаем пить по утрам кофе.

– Хорошо, я сварю кофе, – дружелюбно сказала Мелисса.

– Благодарю, я и сама справлюсь! – фыркнула Лайза и удалилась в кухню.

Джек тяжело вздохнул и молча поплелся следом.

ГЛАВА 2

Оставшись с женой наедине, Джек с минуту молча смотрел на нее, готовую разрыдаться, и наконец спросил, усадив на стул:

– Какая муха тебя укусила? Чем ты расстроена?

Лайза молчала, опустив глаза и поджав губы.

– Может, ты все-таки объяснишь, в чем дело? Ты заболела?

– Нет, я вполне здорова, – нервно теребя пальцами подол халата, ответила Лайза. – Понимаешь… Не знаю, как лучше все это объяснить. Твои родители очень милые люди, и Мелисса всегда хорошо относилась ко мне, но… – Она замялась. – Короче говоря, у меня такое чувство, что я здесь в гостях! У всех есть ключи, все приходят в дом, когда им захочется…

– Но один я не справился бы с хозяйством! – перебил ее Джек. – Отец мне здорово помог. Тебе ведь известно, сколько у меня работы на телевидении! И между прочим, сестра дала мне полмиллиона фунтов на покупку этого дома у Эйса. Как же после этого я посмею забрать у нее ключи? Кстати, ты сама пригласила ее с мужем к нам на Рождество!

– Я понимаю! Я всех вас люблю и ценю помощь твоих родителей. Но мне все-таки хотелось бы видеть здесь и свою маму…

– Твои старики могут приехать сюда, когда им вздумается, – поспешно сказал Джек. Он прекрасно знал, что родители жены – процветающие юристы, постоянно живущие в Сан-Франциско, – обязательно прилетят в Англию на Рождество взглянуть на внучку. – Жаль, что не будет Хэла…

– Он все еще любит Мелиссу, – с укором заметила Лайза.

– Это его проблема, – пожал плечами Джек.

– Но она же спала с ним, когда поругалась с Ником! Она использовала его и бросила. Бессердечная!

– Не припоминаю, чтобы он выражал недовольство, – усмехнулся Джек. – Они расстались друзьями. Послушай, мы можем поехать в Калифорнию, как только у тебя появится такое желание. Поживем у твоих предков, сколько тебе захочется. Договорились?

– О'кей, мне это нравится! – Лайза просияла.

– Простите, что прерываю ваш разговор! – раздался из коридора голос Мелиссы. – Но к вам гость – Эйс.

– Потрясающе! – простонала Лайза. – Его-то мне и не хватало для полноты ощущений.

– Скажи ему, что я сейчас спущусь вниз! – крикнул Джек сестре, и та пошла в холл передать посетителю это сообщение.

– Ты прихватил с собой подарок для Китти? – спросила она.

– Для кого? – изумился Эйс.

– Для малышки, – вздохнула Мелисса.

– Надеюсь, этого ей хватит? – ухмыльнулся Эйс, извлекая из карманов пальто две бутылки виски.

– Вполне, – сказал Джек, выходя ему навстречу. – Рад видеть тебя, дружище! Проходи в кабинет!

– Уже иду! – Эйс окинул Мелиссу оценивающим взглядом. – Неплохо выглядишь, крошка! Супружество тебя еще не утомило?

– Нет! – отрезала Мелисса. – А вот у тебя видок, как у покойника. Снова не спал всю ночь?

– Угадала, – осклабился Эйс. – Я бодрствовал в обществе одной очаровательной красотки. Ее звали… Стейси, по-моему…

– Ты законченный негодяй! – Мелисса улыбнулась.

– Естественно, я этого и не скрываю! – пожал плечами Эйс. – Но мы все же славно с тобой повеселились, не так ли?

– Ничего не помню!

Эйс хохотнул, но прекратил разговор на скользкую тему.

– А где его светлость? – спросил он.

– Не надо так называть Ника. Тем более, что он отказался от дворянского титула, – нахмурилась Мелисса.

– Весьма неосмотрительно! – покачал головой Эйс.

Мелисса не выдержала и прыснула со смеху.

– Отстань от нее! – окликнул его Джек. – Лучше пошли выпьем!

Эйс хитро подмигнул Мелиссе и вошел в кабинет.

– Мелисса права, старик! – сказал Джек. – Видок у тебя помятый.

– Да, Джонни Дансер знает классных девчонок в Лондоне: в этом смысле он меня обогнал, негодник!

– В самом деле? Тогда не приводи его в этот дом, – встревожился Джек. – Как дела в Голливуде?

– Все слишком просто: уйма легких денег, масса доступных красоток. Это неинтересно, – посетовал Эйс. – Я заключил контракт на очередной сериал – «Загородный клуб». Отыграю в нем и на время «завяжу» с кино.

– Ради чего? – спросил Джек. – Есть свежие идеи?

– Вернусь в большой теннис. Соскучился по турнирам. И даже по дисциплине, старик! Ты мне не веришь?

– Разумеется, нет!

– Клянусь! Легкие развлечения надоедают, теряешь остроту ощущений. Вспомни, как ждали мы вечеринок после завершения выступлений! Это был настоящий праздник. А неповторимый азарт борьбы? Что может быть приятнее, чем вымотать сильного соперника? Как ревели трибуны Центрального корта, когда мы с тобой сражались в финале парного разряда! – Он мечтательно закатил глаза.