Без ума от любви - Лора Павлов

написал, спрашивал, когда мы вернемся. Я ответил, что уже идем.

— Ты заслуживаешь цветы каждую неделю, — только и смог вымолвить я. — Папа написал, так что давай выберем тыкву и домой, ладно?

— Да! — она победно взмахнула кулачком.

Следующие пятнадцать минут она страстно выбирала между тремя тыквами.

Все были странные, с пятнами и дефектами.

Большая плоская тыква с потемневшими пятнами была для нее особенной, потому что сидела в одиночестве.

Круглая белая, вся в вмятинах, оказалась «девочкой», которая помогала друзьям и падала, и теперь носила на себе следы подвигов.

А желтая с бородавками на верхушке напомнила ей, как тетя Лулу шарахнула дядю Рейфа лопатой по голове, и у него образовалась шишка. Значит, и эта тыква заслуживала любви.

Как она умудрялась сочинять целые истории, глядя на эти странные овощи, я понятия не имел.

Она прищурилась, потребовала поставить их рядом, и принялась изучать, словно собиралась решать, кого из них спасти первым на операционном столе.

— Давай заберем все три, — наконец сказал я, понимая, что этот выбор она не сделает никогда.

— Дядюшка, так нельзя. Папа будет недоволен, — Мелоди покачала головой с тревогой.

— Я все улажу. Не переживай, — сказал я, сгреб все три странные тыквы и понес к кассе.

Мелоди без умолку болтала всю дорогу домой о том, какие имена даст каждой и как они станут частью семьи.

Когда я въехал во двор, у нее уже были придуманы имена и даже целые мечты о будущем этих «новых жильцов».

Я расстегнул ремень, поставил ее на землю и вручил круглую белую тыкву. Она назвала ее Милли — в честь своей любимой цветочницы, которая, по словам Мелоди, помогала всем в городе цветами. К тому же девочка вспомнила, как та едва не упала на ярмарке.

Себе я взял бородавчатую, названную Дядей Рейфом по понятным причинам, а заодно и большую плоскую, которую она назвала Дядюшкой, в мою честь. Потому что, как оказалось, она заметила: я тоже люблю посидеть один.

Небо уже потемнело, воздух стал холоднее, и я поторопил ее к двери, которую как раз открыл Арчер.

— А вот и вы, — сказал он. — И, как я вижу, снова притащили домой тыквы.

Мелоди с упоением объяснила все их имена и причины, почему они непременно должны жить у нее. Арчер слушал внимательно, но при этом не забывал сверлить меня укоризненным взглядом.

Мы оставили тыквы на скамье в прихожей, он снял с нее куртку и отправил мыть руки перед ужином.

— Останешься? У нас еды полно, — предложил он. — Я еще и какао сделал.

— Нет, мне надо домой, поработать, — ответил я. — Но кружку какао выпью и попрощаюсь с моей девочкой.

Он повел меня на кухню, я последовал за ним.

— Тебе не стоило покупать ей тыквы. У нее и так их завались.

— Видел бы ты, как она их выбирает. Будто новых членов семьи находит, — усмехнулся я, принимая стакан какао. — И потом, весь город переживает, что продажи тыкв упали из-за раннего Дня благодарения. Так что считай это вкладом в местную экономику.

Арчер расхохотался, и тут же появилась Мелоди. Он налил суп, достал из духовки кукурузный хлеб.

— Папа, дядюшка спас мою подружку Милли, — объявила она, усаживаясь за стол.

Арчер вскинул брови, посмотрел на меня:

— Эмилию Тейлор?

— Ага. Мы встретили ее на ярмарке, — широко заулыбалась малышка.

— Вот как? Любопытно, дядюшка, — хмыкнул он, потому что вся семья знала мое отношение к Эмилии. — И как именно ты спас цветочницу?

Я сделал еще глоток горячего шоколада и закатил глаза:

— Да не было там ничего особенного. Она чуть не упала прямо на Мелоди, я подхватил.

Арчер громко расхохотался:

— Ну конечно, ты умудрился все свести к Мелоди.

— Дядюшка любит меня. Но мы еще любим Милли, — вставила девочка.

Говори за себя, малыш.

— Верно, маленький монстр. Дядюшка любит тебя, — сказал я, ополоснул кружку и поцеловал ее в макушку. — Приятного ужина. Увидимся позже.

— Смотри по сторонам, может, еще где-то дамы в беде, — усмехнулся Арчер, провожая меня до двери. — Может, ты наконец забудешь о своей вражде с Эмилией?

— Вот когда ты докажешь мне, что она не пишет эту грязь про нашу семью, тогда и забуду, — пожал я плечами. — А пока вражда остается.

Он только покачал головой, все так же смеясь:

— Спасибо, что балуешь мою девочку.

— Всегда, — хлопнул я его по плечу, махнул рукой и вышел за дверь.

Домой — к тишине и покою.

Именно так, как я люблю.

4

Эмилия

— За тебя, Эм! Какой день у тебя сегодня выдался, — улыбнулась Хенли, подняв бокал.

— Я просто счастлива, что успела вернуться и отпраздновать с вами, — добавила Элоиз, подняв свой бокал вина.

Лулу вскинула свой:

— Не каждый день девушка получает лицензию на бизнес и еще проходит тест на детекторе лжи.

За столом раздался смех, и мы чокнулись бокалами. Джаззи поставила на стол закуски и сказала, чтобы мы звали ее, если понадобится что-то еще. Мы пришли в Booze and Brews отмечать.

День и правда был особенный.

— Никогда бы не подумала, что окажусь в участке и буду проходить полиграф, но вот она я, — хмыкнула я, взяв куриный наггетс.

— А я ехала сюда, чтобы отметить с тобой открытие Vintage Interiors, и заодно получила бонус в виде твоего полиграфа, — сказала Элоиза, обняв меня за плечи. — Думаю, ты доказала с лихвой, что не пишешь Taylor Tea..

— Это круто, — засмеялась Лулу. — Так далеко зайти, чтобы отстоять свою правоту — я за! Жду не дождусь увидеть лицо Бриджера, когда ты вручишь ему результаты.

— Только сильно не рассчитывай, — заметила Хенли. — Его лицо вечно каменное, эмоций минимум, так что не жди большой сцены. Но вот извинения он тебе точно должен. Я люблю этого буку, но в этом он виноват.

— Он правда не такой уж плохой, — вставила Лулу, глядя прямо на меня, будто надеясь убедить. — У него сердце большое, просто за всей этой угрюмостью его не видно.

— Эй, у меня к нему претензий нет. Все в нем. Я старалась быть доброй, пока он не устроил скандал и не довел до того, что мой магазин закидали яйцами, из-за чего пострадал бизнес, — вздохнула я. — Мы можем не дружить, но я хочу, чтобы закончились обвинения и злость.

— И это справедливо, — кивнула Элоиза. — Он человек деловой, а ты сделала шаги, чтобы доказать невиновность. Значит, хотя бы извиниться он обязан. — Она улыбнулась и добавила: — Но давай поговорим о твоем новом деле. Я горжусь