Развод. Все решено - Элен Ош

сада, в который ходила младшая дочь. Тревога тут же легла на сердце. За то короткое время, что кнопочка посещала сад, мне еще ни разу не звонили. Даша с завидным удовольствием оставалась с первого дня. Ни тени сожаления на детском личике. Ни слезинки и нытья: "Мамочка, я не хочу в сад!"

Переведя дух, я ответила:

— Алло.

— Оксана Дмитриевна?

— Да.

— Вам звонят из садика. С Дашей случилась беда. Ее увезли по скорой в детскую клиническую больницу.

Глава 5. А ты что здесь делаешь

— Моя девочка. Моя кнопочка.

Благо я была за рулем. Не надо было вызывать такси и томиться в ожидании машины. Но представляю, какого размера штрафы прилетят мне в виде писем счастья. Я превысила скорость там, где не положено и проскочила на красный свет. Пусть меня лишат водительских прав, но я всеми силами стремилась побыстрее приехать в больницу.

В дороге несколько раз набрала номер мужа. Но Андрей не отвечал. Кое-как настрочила сообщение, не сбавляя скорость: "Даша в больнице. Перезвони". И отбросила телефон на пассажирское сиденье:

— Скотина! Неужели не чувствует, что родная дочь в опасности. Настолько погряз в расследованиях? Или... Или с любовницей? Черт, черт, черт!

Я припарковалась и выскочила из машины, устремляясь через проходную к зданию клинической больницы. Лишь по дороге я вспомнила, что телефон оставила в машине. Да и поделом. Пусть теперь Андрей звонит и переживает, почему не отвечаю.

Вошла в просторный холл и растерянно осмотрелась. Со старшей дочерью я ни разу не попадала в больницу. Кроме как проблема со зрением и простуды в осенне-зимний период, больше огорчений Машуня не доставляла. Училась старательно. Тихая и скромная девочка.

— Простите, — я обратилась к девушке за стойкой. — Я мама Волковой Даши. Мне позвонили из садика и сказали...

— Да. Пройдите по коридору до лестницы. Второй этаж. Спросите доктора. Он вам все объяснит.

Натянув бахилы у входа, я помчалась в указанном направлении. Перескакивая через ступеньку, я взлетела на второй этаж, когда позади услышала голос:

— Ксюша, подожди!

Я обернулась, переводя дыхание. Удивленно приподняла брови. Невольно улыбка осветила лицо. Как бы ни складывалась жизнь, я осталась благодарна первому мужу за то, что он для меня сделал. И за то, что не терял контакт со своей дочерью, как порой бывало при разводе.

— Виталик. Что ты здесь делаешь?

— Мне бывшая коллега позвонила. Возможно, ты помнишь ее: Соня Удальцова. Нет? Не помнишь. Но не суть. Соня оставила судебную и перешла в обычную медицину. Работает лаборантом в детской больнице. Она брала анализы у Даши и сочла нужным мне позвонить.

— То есть, позвонить тебе, но не родному отцу Даши? — уточнила я, удивляясь еще больше. — И откуда она узнала, что это именно тот самый ребенок, а не однофамилец.

— Ты не помнишь ее, а вот Соня помнит тебя. И знает Волкова. Короче, Ксюша. Это уже не имеет значения. Я приехал, потому как могу быть полезен. Что толку, если бы первым приехал Андрей? Он не шарит в медицине. Все! Идем. Мы теряем время.

Виталик подхватил меня за локоть, распахнул двери в отделение и пропустил вперед. Благодаря присутствию бывшего мужа, мне не пришлось что-либо объяснять. Виталик взял на себя все переговоры с лечащим врачом, общаясь с ним на непонятном мне языке, состоящим из медицинских терминов. Но бывший муж оказался достаточно внимательным к моей персоне, представ и в роли переводчика.

— По словам воспитательницы, у Даши начался удушающий кашель. Она побледнела. Хваталась за грудь от нехватки кислорода. Губы посинели. Вызвали скорую помощь.

— По всем симптомам, у малышки аллергическая бронхиальная астма, — резюмировал доктор. — Вспомните, мамочка, на что у ребенка аллергия. Спровоцировать бронхоспазмы могут как шерсть животного, пищевые аллергены, домашняя и книжная пыль, ну и вирусные инфекции. Все, что угодно. Вспоминайте!

— Но у нас чисто дома, — я неуверенно посмотрела на Виталика. — Неужели на шерсть Лолочки? Но обе практически одновременно появились в доме. И ни разу...

— Продолжительность периода предвестников астмы — от нескольких дней до нескольких часов. Нарушение сна, беспокойства, покраснение и зуд кожи и глаз. Так что, мамочка? Нам нужно выяснить, что является источником проблемы, чтобы впредь не спровоцировать повторение приступов.

— Я не знаю, — чуть ли не плача, ответила я. Вот так с ходу вспомнить не получалось. Но Виталик вновь пришел на помощь:

— Орехи. Помнишь, когда она еще совсем маленькой съела фундук и начала кашлять. Ты еще решила, что она подавилась. Но обошлось.

— Но где она...

— В садике. Кто-нибудь угостил. Возможно, конфета с орешками. Достаточно маленького кусочка в качестве триггера.

Супер! Мой бывший муж знал о Даше больше, чем ее мать. Это фиаско! Виталик обхватил одной рукой меня за плечи и чуть встряхнул:

— Не переживай, Ксюш. Проведут лабораторные исследования и комплексные обследования организма. В том числе и кожные аллергические пробы, чтобы выявить все аллергены.

— Это опасно? В будущем...

— При правильном подходе и лечении, а также исключение контактов с факторами, провоцирующими обострение заболевания, мы добьемся длительной ремиссии у Даши, — ответил Виталик. — Но я бы не исключал как причину наличие домашнего питомца.

— Виталик!

— Прости, Ксюша. Но кто тебе дороже: собака или дочь.

Я закусила губу. Лолочка, это рыжее пушистое создание, было для меня третьим ребенком. Отказаться от нее даже на время — все равно что предать. Но Виталик прав. Впрочем, как всегда.

— Я могу на время забрать Лолиту к себе. Пока Даша проходит лечение и восстанавливается. Помимо медикаментозного лечения, назначат курсы физиотерапии.

— О боги! За что такие испытания маленькой девочке? Где я так провинилась, чтобы отвечал за мои действия ребенок?

— Не наговаривай на себя, Ксюш. Ты прекрасная мать!

Я лишь махнула рукой и пошла вслед за доктором в палату, куда поместили мою кнопочку. Такая маленькая и несчастная, она лежала на кровати с кислородной маской на лице. Я упала на колени перед ней, целуя нежные пальчики и проводя ладонью по волосам.

— Доченька моя! Солнышко, как же так? Все будет хорошо, не волнуйся. Мама рядом.

Даша потянулась ко мне, обхватив за шею, и прижала к себе. Горячие слезы хлынули по моим щекам. Хуже некуда увидеть своего ребенка на больничной койке. Кое-как справившись с эмоциями, я пересела на стул, предложенный Виталиком.

— Малышка, я задам один вопрос, а ты кивни, если согласна. Хорошо? Тебя в садике кто-нибудь угощал конфетой? — спросил Виталик.

Даша кивнула. Ручкой провела по боку, выискивая карман на кофточке. Вытащила на свет блестящую обертку и подала мне. Я