Разрушенные клятвы - Катарина Маура

Он выпрямляется, глядя на меня с разочарованием.

— Я устал быть вторым после Виндзоров. И мне осточертело, что твоя неспособность превзойти этого мальчишку, Зейна, выставляет меня на посмешище. Возможно, я слишком многого ждал, учитывая, что даже в школе ты не смогла его обойти.

Его горечь ранит сильнее, чем я готова признать.

— Я работаю на вас всего несколько недель, — напоминаю я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Дайте мне время, и я предложу решение. Уверена, что смогу увеличить нашу прибыль минимум на тридцать процентов в этом году. Это выведет нас на уровень Windsor Hotels за три года. Bellevue Inn может стать для нас серьезной возможностью.

Я потратила недели на анализ инвестиций и остановила выбор на маленьком викторианском отеле, который можно превратить в элитное место отдыха. Мой проект почти безупречен, и если все пойдет по плану, дед, возможно, начнет мне доверять.

Он фыркает, его скептицизм очевиден.

— Поверю, когда увижу. Годы ты шла за спиной Зейна Виндзора, и разрыв между вами только растет. Как и между нашими компаниями. Он начал работать, пока ты болталась по Лондону.

Дедушка отводит взгляд, явно раздраженный.

— Как будто мне мало того, что твой отец решил променять бизнес на писательство. Если бы Арчер не был таким же упрямым, мы бы уже догнали их.

Я машинально обхватываю себя руками, но это не защищает от его слов. Часть меня хочет сказать, что я стараюсь, и он мог бы хотя бы признать это. Но годы сравнения с братом и Зейном научили меня молчать.

— Работай лучше, Селеста, — бросает дед. — Ты потратила столько времени на этот крошечный отель, так что позаботься о сделке без задержек. Это несложный проект — именно поэтому ты его выбрала, верно?

Он прищуривается, а я стискиваю зубы.

— Иногда можно позволить себе небольшие сделки, если они приносят прибыль. Но мы не маленькая фирма. Если ты хочешь хоть раз обойти Виндзоров, тебе придется мыслить крупнее.

Я послушно киваю, и дед направляется к выходу.

— Дедушка! — зову его, голос предательски дрожит.

Он оборачивается через плечо, а я на мгновение замираю, не зная, как сформулировать просьбу.

— О заявке Лили… — начинаю я, но вижу, как его челюсть напрягается. Раздражение вспыхивает в его взгляде.

— Я сделал исключение для тебя, потому что ты моя внучка, Селеста. Но моя компания — не детская площадка. Твоя подруга может подать заявку, как и все остальные, и если она действительно достойна работать здесь, ее наймут через положенные каналы.

Он говорит это так, будто не знает Лили долгие годы, будто мы с ней не лучшие подруги с двенадцати лет.

— Тебе нужно научиться разделять личную жизнь и работу — ты Харрисон. Люди будут пытаться использовать тебя, если ты позволишь. Ты слишком мягкая. Исправь это.

Я молча киваю, прикусывая конец авторучки — той самой, что подарил мне Арчер на двадцать один год. И впервые за все это время мне хочется сделать так, как сделал он — развернуться и уйти, отказавшись от этого чертового наследства.

Тогда я не понимала, почему Арчер сказал, что, начав работать на деда, я его потеряю. Теперь понимаю. Дедушка всегда был жесток и требователен, но сейчас я с трудом его узнаю. Если даже Арчер не смог оправдать его ожидания, то какой у меня шанс?

Сколько себя помню, я была для него разочарованием — и все благодаря Зейну Виндзору. Нам с ним не повезло учиться в одних классах, и, как бы я ни старалась, мой максимум был равен его минимуму. Он всегда находил удовольствие в том, чтобы меня превосходить, и теперь, во взрослой жизни, он получит возможность делать это снова, но уже в масштабах бизнеса.

Я поворачиваюсь в кресле к окну, мысли снова уносят меня на тот злополучный гала-вечер. Что он задумал? Очевидно, он хочет поиграть со мной, как раньше, но если он думает, что я снова буду это терпеть, он сумасшедший. Я сильнее прикусываю ручку, когда его слова всплывают в памяти:

Когда доведу тебя до оргазма, когда твои губы будут шептать мое имя… Я заставлю тебя взять эти слова обратно, прежде чем ты начнешь умолять меня о большем. И ты будешь умолять. Так же, как тогда.

Я резко убираю ручку ото рта, сжимая зубы, мучимая стыдом. Выпускной… На несколько часов я позволила себе стать такой же ослепленной, как все его девушки. Как те, кем я всегда брезговала. Глупое решение, о котором я сожалею до сих пор.

Откидываю голову на спинку кресла, судорожно вдыхая. Мне нужно сосредоточиться на проекте, но вместо этого я думаю о том, как он смотрел на меня, когда я сказала, что та ночь — ошибка.

Он казался обиженным, пусть даже на мгновение. Тот взгляд, который у него был в прошлые выходные… так ли он смотрел на меня, когда я сказала ему притвориться, что этого никогда не было? Мои воспоминания туманны, искажены моей ненавистью. Он всегда так поступал со мной — занимал все мои мысли, хотя обычно по совершенно разным причинам.

Я аккуратно кладу ручку обратно в подставку, затем сдвигаю бумаги. Может, в этом и был его план? Держать меня в таком напряжении, чтобы я не могла сосредоточиться на предстоящей сделке.

И да, я не удивлюсь, если так оно и есть.

Глава 4

Селеста

— Я, наверное, проклята, — говорю я Лили, едва переступив порог ее кухни.

Она отрывается от ноутбука, слезает с барного стула у стойки и тут же обнимает меня, нисколько не удивившись, что я вошла без приглашения.

— Да ну? — спрашивает она, явно с трудом подавляя улыбку.

Я киваю и вытаскиваю из сумки бутылку ее любимого розе. Лили приподнимает бровь, когда я протягиваю ей вино, но вместо того чтобы задавать вопросы, просто наливает мне бокал — до краев, как я люблю.

— Точно тебе говорю, я проклята. Как еще объяснить тот факт, что Зейн Виндзор, чертов наследник империи Windsor Hotels, вдруг положил глаз на маленькую викторианскую гостиницу, для которой я неделями готовила предложение? Я никому об этом не говорила. Даже дедушка узнал только вчера. Это не может быть просто невезение — это определенно проклятие.

Лили прыскает от смеха, и я прищуриваюсь, забираясь на кухонную стойку и болтая ногами в воздухе.

— Я серьезно, — огрызаюсь я.