Связанные ненавистью - Кора Рейли

я серьёзно. Я дёрнула его за жилет, желая, чтобы он перестал быть осторожным, и Маттео прижал меня своим телом. Его язык скользнул между моих губ, сплетаясь с моим, и я почему-то совершенно не удивилась тому, что я творю. На вкус он был как вкуснейшее пирожное, которое я только могла себе вообразить. Его тело излучало тепло и силу. Рукой он обхватил мой затылок, а от его поцелуя у меня словно ток пробежал по телу.

Господь всемогущий! Ничего удивительного в том, что отец не хотел подпускать к нам мужчин. Теперь, когда я узнала, как прекрасны поцелуи, ни за что не хотела останавливаться.

Внезапно где-то рядом раздался сдавленный вздох, и мы с Маттео оторвались друг от друга. Я всё ещё пребывала в оцепенении, когда увидела свою сестру Лили, которая встала, как вкопанная, в коридоре, и выпучила глаза.

– Прошу прощения! – выпалила она, затем неуверенно шагнула в нашу сторону. – Это значит, что вы поженитесь?

– Ну уж нет, – фыркнула я. – Я не выйду за него замуж. Это ничего не значит.

Маттео бросил на меня быстрый взгляд, и мне стало немного стыдно за свои грубые слова, но я не лукавила. У меня не было ни малейшего желания выходить замуж за мафиози, и неважно, что он отлично целуется или умеет рассмешить меня. Мужчины нашего мира – убийцы и палачи. Они не похожи на хороших парней, и их невозможно назвать порядочными людьми. Это гангстеры, испорченные до мозга костей. Ничто и никогда не изменит этого. Может быть, время от времени им удавалось прикидываться обычными парнями, особенно Маттео, но, в конце концов, это была только маска.

Маттео повернулся к Лили.

– Не рассказывай никому о том, что видела, хорошо?

Я выскользнула из его объятий, нуждаясь в личном пространстве. И как только я могла позволить ему меня целовать? Может, мне повезло, и он пьянее, чем кажется? Может, завтра утром он ничего не вспомнит?

– Хорошо, – пробормотала Лили со смущённой улыбкой.

Маттео бросил на меня красноречивый взгляд, прошел мимо Лили и завернул за угол. Как только он скрылся за поворотом, Лили кинулась ко мне:

– Ты с ним целовалась!

– Ш-ш-ш-ш, – зашипела я.

– Можно мне сегодня переночевать в твоей комнате? Я сказала маме, что хочу.

– Конечно.

– Как это было? – спросила она тихим шёпотом. – Ну, ты знаешь… Я имею в виду поцелуй.

Первым порывом было соврать, но потом я сказала правду:

– Восхитительно.

Лили хихикнула и зашла следом за мной в комнату.

– Вы снова будете целоваться?

Мне хотелось, но я понимала, что это была бы очень плохая идея. Я не хотела давать ему никаких надежд.

– Нет, я не собираюсь больше целоваться с Маттео.

Я должна была догадаться, что так просто наш поцелуй не закончится.

* * *

На следующий день, за пару часов до нашего отъезда в Чикаго, Маттео подловил меня одну. Он не пытался меня поцеловать, но подошел очень близко. Так хотелось преодолеть расстояние между нами, схватить его за рубашку и притянуть к себе! Вместо этого я свирепо уставилась на него.

– Чего тебе надо?

Маттео цокнул языком.

– Прошлой ночью, когда мы были наедине, ты не была такой холодной ледышкой.

– Я надеялась на то, что ты был слишком пьян, чтобы запомнить это.

– Прости, что разочаровал.

Если он не перестанет так нагло ухмыляться, я сверну ему шею… или поцелую… Я ещё не решила. Первый вариант, без всяких сомнений, лучше.

– Это было всего один раз и ничего не значит. Я по-прежнему терпеть тебя не могу. Мне просто хотелось совершить что-нибудь запретное.

– Есть множество других запретных штучек, которые мы могли бы сделать с тобой, – промурлыкал он, шагнув ближе и обволакивая меня своим ароматом.

– Нет, спасибо.

– Почему? Струсила? Я могу попросить у твоего отца твоей руки, если ты устала от запретного.

– Ну ещё бы, – ответила я с сарказмом. – Никогда не выйду за тебя, это я могу тебе обещать. Тем более сейчас, когда Ария уже попалась в нью-йоркский капкан, отец в любом случае никуда меня не отошлёт.

– Раз ты так считаешь, – улыбнулся Маттео.

Его чрезмерная самоуверенность вынудила меня на грубый ответ. Я ткнула пальцем ему в грудь.

– Считаешь себя неотразимым, да? Но ты ошибаешься. Ты, Лука и остальные мафиози считаете себя альфа-самцами. Позволь мне кое-что тебе сказать: если бы ты не был дьявольски богат и не таскал бы везде с собой свою грёбаную пушку, ты был бы не лучше любого другого мужчины.

– Я бы выглядел всё так же неотразимо, и, как и прежде, смог бы прикончить трусов голыми руками. А что насчёт тебя, Джианна? Кем бы ты была без защиты семьи и без денег отца?

Я вздохнула. Да, кто я без всего этого? Никто. Мне никогда не приходилось делать что-либо самой, мне никогда не разрешали быть самостоятельной, но это не потому, что я сама того не желала.

– Свободной.

Маттео рассмеялся.

– Тебе никогда не быть свободной. Никому из нас. Мы все в клетке. Над нами тяготеют законы нашего мира.

Вот поэтому я и хочу выбраться из этого мира.

– Возможно. Но ты никогда не посадишь меня в клетку, женившись на мне. – Я зашагала прочь от него, не дав ему шанса ответить.

Глава 3

Маттео

Возможно, Джианна еще этого не поняла, но ей придется вступить в этот брак, хочет она того или нет.

Вчера ночью после нашего поцелуя я вернулся на вечеринку, чтобы надраться до чертиков, когда наткнулся на моего ублюдочного отца и Рокко Скудери. Тот рассказывал о Джианне и его планах относительно дочери: он хотел выдать её за какого-то старого пердуна, о котором поговаривали, что он жестоко обращается с женщинами. Тогда я промолчал, потому что слишком хорошо знал отца. Если он заподозрит, что я испытываю страсть к Джианне, влюбился или просто желаю защитить от худшей доли, он никогда не согласится на этот брак.

Утром после демонстрации простыней я отправился на поиски Луки и нашёл его вместе с Арией на пороге хозяйской спальни.

– Вам, двум влюблённым пташкам, придётся отложить сеанс спаривания, – заговорил я. – Можно тебя на два слова, Лука?

Они обернулись одновременно. Щёки Арии стали пунцовыми, и она впилась в моего брата тревожным и одновременно смущенным взглядом. Он посмотрел на меня, а затем перевёл взгляд на свою жену.

– Иди, проверь, чтобы горничные упаковали все твои вещи. Я скоро вернусь. – Она быстро скрылась в спальне.

– Простыни были сфабрикованы, не так ли? Мой большой