Любовь - слепа - Джи Спот

нежно отвечает мне, не углубляя поцелуй.

— Прости, понимаю, что на вкус я сейчас как телячий медальон…

— Я как раз хотела попробовать…

Я снова целую его, на этот раз более глубоко и чувственно.

ГЛАВА 4. НЕ СВИДАНИЕ ЗАТЯГИВАЕТСЯ

Настойчивый звонок заставил нас прервать поцелуй.

"Входящий звонок от Заноза в жопе" — продекламировала специальная программа.

— Брат звонит, прости, надо ответить… — Матвей смущённо покраснел. — Принять звонок…

Мужчина приложил гаджет к уху.

— Какого хрена ты всегда такой неудобный? Говори… Ну ты и сволочь, за тобой должок… Позвони как… освободишься… Закончить звонок… Прости, он вечно не вовремя…

— Да, я слышала — заноза в жопе…

— Остальные зовут его Макар.

— Созвучно, не сложно догадаться…

— Ему девятнадцать, у нас всегда были непростые отношения. А теперь приходится терпеть его юношеский максимализм…

— Привёл домой девушку?

— Слушай, а ты проницательна, как для зрячей…

— У меня тоже есть младший брат.

— И как же он записан у тебя в контактах?

— Сатана!

— Ах-ах, это покруче будет. Сколько ему?

— Недавно исполнилось шестнадцать. Он живёт с родителями, но часто, скажем, заходит ко мне в гости… Пока меня нет дома…

— Парни — отвратительны… — Матвей качает головой и улыбается.

— Даже спорить не буду.

— Я чуть менее отвратительный, но это не точно…

— Прогулка затягивается?

— Похоже на то…

— Надо выгулять Оскара. И покормить… Он истекает слюной…

Я прошу у официантки счёт.

— Позволь, я расплачусь за ужин, — мягко предлагает Матвей.

— Только в качестве исключения. Я не встречаюсь с мужчинами за еду…

— Окей, богачка, в следующий раз ты угощаешь.

Матвей расплачивается по счёту и мы покидаем уютную трассу. Мы доходим до ближайшего парка. Тёплый вечерний воздух окутывает нас, оставляя липкий след на коже.

— Фух, жара нереальная…

— Не говори, мне кажется я сниму эти джинсы вместе с кожей.

— Оскар, наверное, хочет пить. У меня есть вода с собой.

— Это будет очень любезно с твоей стороны, — Матвей с благодарностью улыбается.

Я отдаю Матвею начатую бутылку с водой и он поит собаку, наливая воду в ладонь.

— Может, отпустишь его побегать, рядом никого нет.

— Тебе придётся присмотреть за ним. И если вдруг…

— Не переживай, я уберу за ним. Здесь есть урны с пакетами.

— Я вот думаю, может сразу предложить тебе выйти за меня? — эта фраза колет меня в самое сердце, хоть я и понимаю, что это шутка.

— Спасибо, не надо. Мне уже однажды предлагали…

— Я ступил на минное поле? — заметно, что Матвею неловко за сказанное.

— Не обращай внимания. Это мои личные тараканы.

— О, у меня тоже есть свои жирные такие, усатые, надеюсь подружатся с твоими…

— Посмотрим…

Оскар бегает по лужайке, не помня себя от радости. Я кидаю ему пустую бутылку, а он приносит её обратно.

— Он, наверное, счастлив? — спрашивает Матвей, с улыбкой.

— Носится, как угорелый. Рот до ушей…

— Хотел бы я увидеть его улыбку… И твою…

Он смотрит расфокусированным взглядом в пустоту.

— Можно я спрошу? — решаюсь я задать личный вопрос.

— Можно, но не сейчас. Не хочется портить момент…

— Хорошо, прости…

— Это обычное человеческое любопытство, всё нормально. Просто, не люблю об этом рассказывать. Я — это не моя слепота.

— Честно сказать, я иногда даже забываю об этом. У тебя очень красивые глаза…

— Спасибо…

Матвей протягивает мне свою руку и я вкладываю свою ладонь в его горячие пальцы. Волна тепла проходит от моей руки сквозь всё тело и разбивается где-то внизу живота.

«Забытые ощущения… Как же это приятно…»

Он притягивает меня к себе и прижимает к груди. Его рука скользит по моему телу, едва касаясь.

— Ты обманула меня… — мурлычет он мягко.

— В смысле? — с непониманием восклицаю я.

— У тебя нет горба… Кажется, я потерял интерес…

— Ну прости! — весь вечер улыбка не сходит с моего лица.

— Надеюсь, хоть, всё остальное — правда? — лукаво вопрошает Матвей. — Что ты там говорила на счёт кривых зубов?.. Дай-ка я проверю…

Он нежно целует меня, углубляя поцелуй, проникая своим языком в мой рот.

— Ну как? — спрашиваю я, когда он отстраняется.

— Как, как… Ты врунишка, вот как… Зубы ровные, горба нет… Отвратительно… — он ехидно ухмыляется.

Мужчина дотрагивается до моих волос, медленно исследуя пальцами локоны.

— Волосы мягкие, тонкие, но густые. Готов поспорить, ты блондинка, или русая… — от его голоса у меня мурашки по коже.

— Если ты притворяешься слепым, чтобы затащить меня в постель, самое время признаться…

— Хорошая попытка, но нет…

— Сколько волос ты потрогал, чтобы разбираться в их цвете на ощупь?

— Немало, но это не имеет значения… — тихо говорит он.

— Я не удивлена. Ты просто подтвердил мои догадки.

— Ну да, я не девственник. Виновен… — он сильнее прижимает меня к себе и новая горячая волна проходит по моему телу, а коленки подкашиваются.

Его губы снова касаются моих и я понимаю, что до этого он сдерживал свою страсть. И даже сейчас, это не пламя, это только лишь далёкий жар от пламени. Я отпускаю свои чувства, тая в его объятиях, как масло на раскалённой сковородке.

Нас заставляет прерваться нетерпеливый лай Оскара. Матвей поднимает руки в жесте капитуляции.

— Спокойно, парень. Она не делает мне ничего плохого… Наоборот…

— Защищает тебя?

— Да, ты подошла слишком близко… И он уже голодный, надо бы его покормить.

— Можем зайти в супермаркет, купить ему корма и воды.

— Я в этом районе, как слепой котёнок, так что, веди меня.

Я надеваю на Оскара вожжи и вкладываю в руку Матвею.

— Я могу взять тебя за руку? — смущённо спрашиваю я.

— Конечно, я не кусаюсь, — отшучивается Матвей.

Я беру его тёплую большую ладонь и иду чуть впереди, показывая дорогу. Когда мы выходим из магазина, на улице уже совсем темно, но прохладнее не стало. Мы кормим пса и даём ему воды, но он всё равно выглядит уставшим и вялым.

— Оскар совсем вымотался. Может поедем ко мне? У меня есть кондиционер… — предлагаю я с лёгкой опаской.

— Ты не представляешь, как я хочу этого… И я бы с радостью, даже не будь у тебя кондиционера… — его голос стихает, видно, что ему неловко говорить. — Но боюсь, я буду сильно дезориентирован в новом месте. Одно дело прийти в кафе и другое — чья-то незнакомая квартира.

— Уже почти десять вечера, а твой брат не звонит…

— Именно поэтому он — заноза в… Ну ты поняла… — он берёт меня за руку и старается «смотреть» в мою сторону. — Я могу пригласить тебя домой?

— Попробуй…

Он притягивает меня к себе и дарит долгий глубокий