Мое главное сокровище - Юлия Николаевна Николаева

– Что началось? – не разделила я ее восторг.

– Вдруг этот дом принадлежал моему прадеду?

Я закатила глаза, поражаясь чужой наивности, и собралась, было, вернуть подругу с небес на землю, как сзади раздался голос:

– Если вы потомок Мазепы или Барятинского, то возможно.

Резко обернувшись, мы обнаружили перед собой невысокого мужчину лет семидесяти. Он выглядел бодро и молодцевато, борода совсем его не старила, а взгляд выдавал мудрость и ироничность. Мне он почему-то сразу понравился, хотя и напоминал мужичка из какой-нибудь сказки, что само по себе было странно.

– Что вы имеете в виду? – полезла Любка с расспросами.

– Только то, что сказал. Эта усадьба в начале восемнадцатого века была пожалована первому гетману Мазепе. Потом, в конце шестидесятых, перешла к князю Барятинскому. После революции чего тут только не творилось, а сейчас это музей.

– Что это значит, чего только не творилось? – не отставала подруга. Мужчина (назвать его дедом язык не поворачивался) вздохнул и посмотрел вдаль, отчего сразу стал похож на киношного героя. Я решила, что мы ему надоели, и сама ответила Любке:

– Да что тут могло быть? Разграбили, наверное, потом, в советское время, заседали какие-нибудь сообщества.

Мужчина взглянул на меня с интересом и кивнул:

– Именно так все и было. Если желаете посетить, то всегда пожалуйста, только билетик прикупите.

– А вы собственно кто? – вдруг выдала Любка. Этот вопрос и меня интересовал, однако, спросить вот так, в лоб, я не решалась. Ммужчина, ничуть не смутившись. ответил:

– Человек.

Любка хмыкнула, а я улыбнулась. В чувстве юмора ему явно не откажешь, хотя оно, конечно, своеобразное.

– Да что вы? – деланно удивилась подруга, – а мы так сразу и не заметили.

– Не мудрено, – ответил тот, – многие не замечают.

Подруга открыла рот и уставилась на меня. Я в свою очередь не знала, как отнестись к его словам.

– Что вы имеете в виду? – все-таки задала я вопрос.

– Только то, что сказал, – пожал он плечами и вдруг спросил меня, – вас как зовут?

– Василиса, – ответила я.

– Так я и думал, – удовлетворенно кивнул он, а у меня, прямо сказать, неприятно засосало под ложечкой. Я уже хотела снова спросить, что он имеет в виду, как он задал очередной вопрос:

– Вы к нам отдыхать или по делу какому?

Я кинула взгляд на Любку, и она тут же стала болтать, что дало мне возможность понаблюдать за мужичком. Теперь он уже не казался милым, что-то в нем настораживало. Любка, между тем, вдохновенно несла околесицу:

– Мы решили отдохнуть где-нибудь, ткнули пальцем в карту и попали сюда.

Мужичок кивал и вроде как верил, но я упорно видела в его глазах усмешку, словно он хотел сказать:

– Врите— врите, все я про вас знаю!

Что он может про нас знать такого ужасающего, я понятия не имела, однако почему-то чувствовала себя неуютно.

– Значит, вы у нас в поселке хотите остановиться? – поинтересовался он.

– В общем, да, – уклончиво произнесла подруга, – мы хотели бы не только ваше село посмотреть, но и окрестности.

– Это пожалуйста, только тут смотреть не на что. Деревни они и есть деревни. Где поселиться хотите?

Этот вопрос поставил нас в тупик, мы с Любкой переглянулись, и она спросила:

– А гостиницы у вас нет?

– Гостиницы нет, но вы можете на постой попроситься к местным, думаю, вас примут с удовольствием.

– А вы сами местный? – спросила я.

– Я? Пожалуй, что так, вы ко мне, что ли, хотите?

– Что вы! – тут же влезла Любка, – мы ни в коем случае не хотим вам мешать, лучше скажите, как нам до села добраться?

– По прямой поезжайте и прямо к нему выедете, тут рядом совсем. Минут пять, не больше.

– Ясно, спасибо, – Любка направилась к машине, а я еще раз на него посмотрела.

– А вас как зовут? – я сама удивилась своему вопросу.

– Меня не зовут, я сам прихожу, когда надо, – улыбнулся он, подмигнув мне, и пошел к усадьбе. Я села в машину и завела мотор.

– Странная личность, – тут же заметила Любка, – тебе не кажется, что он нас загипнотизировал? Все говорил что-то, а что – не поймешь, ничего и не сказал вроде.

– Нормальный мужик, просто со странностями. А кто без странностей?

– Это еще хуже, нам повезло, что мы так легко отделались.

Не успела Любка договорить, как в машине что-то стукнуло, и мы встали.

– Это что? – уставилась на меня подруга.

– Это ты накаркала, – проворчала я, – машина, кажется, сдохла.

Мы покинули автомобиль и открыли капот. Секунд через десять лицезрения Любка спросила:

– Ты понимаешь, что не так?

– Как думаешь, если бы понимала, я бы стояла сейчас с выпученными глазами? – посмотрела я на нее.

– Вдруг ты думаешь, как это лучше исправить.

Я хмыкнула и промолчала. Любка, не найдя в моем лице отклика, присела на траву на обочине.

– Может, вызвать кого?

– Кого ты вызовешь? Здесь деревня, надо будет бешеные бабки отваливать, чтобы к нам только приехали, а про сам почин я вообще молчу, – я села рядом и, сорвав травинку, сунула ее в рот.

– Это все дед, он нам устроил подлянку! – возмущенно воскликнула подруга, но я только махнула рукой.

– Чего ты к нему прицепилась? Как он нам машину испортил? Взглядом? Или гипнозом?

– Кто его знает? Но чувствую, это его рук дело!

Я пожала плечами, и мы обе заткнулись. Через минуту Любка стала нервно ерзать, так как молчать вообще не умела, но я ее игнорировала, думая о том, как умудрилась вляпаться в эту историю. Подруга, поняв, что ее вздохи не приносят результата, решила заговорить:

– Что нам теперь делать?

– Откуда я знаю? – вяло откликнулась я, – мы сделать ничего не можем, значит, будем сидеть тут и ждать помощи из вне.

– Ты рассуждаешь, как типичная пофигистка, – покачала Любка головой, – откуда может взяться помощь?

Я пожала плечами, и тут же, словно дожидаясь этого вопроса, вдали послышался шум приближающегося автомобиля. Любка вскочила и бросилась на дорогу, машина ехала в сторону деревни, это обнадеживало. Подруга отчаянно замахала руками, машина проехала чуть вперед и тормознула. Сейчас Любка обработает человека, и он с радостью нам поможет. В ожидании помощи я стала рассматривать свою машину. Главное, чтобы родители не прознали, что я на ней умотала черт знает куда, да еще умудрилась сломать.

– Так, что тут у нас? – внезапно раздался голос, и я резко подняла голову.

Подняла и обомлела. Надо мной стоял красавец— мужчина. Высокий, спортивный, с большими глазами брюнет лет двадцати семи. Я уже готова была растаять, если бы не увидела Любку,