Овны не терпят поражений (СИ) - Найт Евгения

У меня вопрос, это Ярослав такой качок или Ксюша не слишком сильно закрепила веревки?

В то время, пока я размышляла, он возвысился надо мной и смотрел на меня с такой ненавистью, что у меня даже ноги чуть подкосились. Его прозрачные серые глаза потемнели настолько, что я увидела в них мрак. Зрелище, скажу вам, не из приятных, конечно…

- Ты еще ответишь за это! – сквозь зубы рыкнул Яр и с большой скоростью ретировался из квартиры.

Я ничего не понимая из сказанного им, смотрела ему вслед, как малыш, на которого впервые в жизни повысили голос.

- То есть вы с ним знакомы? – спросила Ксюша.

***

- Пап, я дома! – крикнула я, придя домой.

- Привет, Васенька! – показалась из кухни Анна Павловна.

- Здравствуйте, – сказала и побежала обниматься.

Анна Павловна – ещё один самый дорогой мне человек. Удивительно, но шестидесятидвухлетняя старушка в какой-то степени заменила мне мать. Она, когда я была подростковом возрасте слушала мои рассказы про мальчиков; она рассказала мне, почему у девочек раз в месяц выделяется кровь; с ней мы проводили вечера за готовкой, правда я всё равно ничему не научилась, но это были одни из самых лучших моментов в моей жизни.

Вы спросите, где в это время была бабушка? Она была больна туберкулезом, поэтому мы продолжительное время не поддерживали контакт с друг другом.

- Как у вас дела? – спросила я, пройдя вместе с ней на кухню, где божественно пахло её выпечкой.

- Потихонечку, помаленечку, – рассмеялась она. – Ты как? Как бабушка?

- Бабушка в порядке, привет вам передавала. А я? Не плохо, – вздохнула я.

- Что стряслось?

Анна Павловна работает у нас много лет, поэтому видит меня и папу на сквозь.

- Да, вляпалась я немножечко, – призналась я.

- Опять с полицией проблемы? – ухмыльнулась старушка, помня, что чаще всего у меня проблемы именно с ними, но не суть…

- Анна Павловна, почему сразу с полицией? – обиженно спросила я. – С парнем одним связалась…

- Божички-кошечки, он с криминалом связан? – вот любит эта женщина накручивать себя, а потом из-за этого болячки выскакивают.

- Да нет же.

И прошлось рассказать ей обо всем. И про нашу первую встречу, и про то, что папа женится, и про то, что сегодня произошло.

Только вместо осуждения на её лице была счастливая улыбка.

- Почему вы смеетесь? – не удержалась и спросила.

- Поймешь со временем, – загадочно ответила она.

Больше из неё ни слово не получилось вытащить по этой теме. А через некоторое время с работы пришел отец.

- Алексей Александрович, у меня к вам разговор, – обратилась Анна Павловна к моему родителю.

- Да, конечно, я вас слушаю.

- В общем, я увольняюсь, – ошарашила своей новостью она нас обоих.

- Что? – сказала папа.

- Как? – сказала я.

- Вас что-то не устраивает? – поняв, что что-то нечисто, спросил отец.

- Нет, что вы? Меня всё устраивает. Просто вчера приехал мой сын и узнал, что я работаю. Так вот, ему это не понравилось, мол я сам могу тебя обеспечить и работать тебе совершенно не нужно, ну и запретил, – объяснила женщина.

- Ну раз сын, тогда мы не смеем вас держать, – глубоко вздохнул папа. – Нам будет вас не хватать.

- Как так-то? – захлебываясь слезами, сказала я.

- Ой, будто бы я с вами навсегда прощаюсь, Василис, в самом то деле? – махнула рукой она и обняла меня. – Адрес и телефон вы мои знаете, так что можете связываться со мной, если нужно.

- Обязательно, – сказала я и крепко прижалась к ней.

- Василис, собирайся! Мы едем знакомится с Авророй, – сказал папа, через некоторое время, после ухода Анны Павловны.

- Как? Куда? То есть зачем? – испугавшись встречи с Яром, сказала я. Он-то при знакомстве сто процентов будет присутствовать.

- Как зачем? Должен же я вас представить друг другу.

- Может как-нибудь не надо, а?

- Василиса! – строго сказал отец, и мне без боя пришлось сдаться.

- Хорошо, – согласилась я и под нос добавила:

- Так не честно!

Спустя кое-какое время мы стояли перед дверью квартиры папиной невесты. После того, как папа нажал звонок, дверь открыл Ярослав.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Здравствуй, Ярослав, – сказал отец.

- Здравствуйте, проходите. А мы как раз вас ждем! – сказал Каркуша, впустив нас внутрь.

Обменявшись рукопожатиями с моим отцом, он улыбнулся мне. В его улыбке была легкая ненависть, фальшивая радость и непонятный мне вкус победы. Понятно, значит что-то задумал. И задумал то, что мне вряд ли понравится.

Ужин проходил в спокойной обстановке. Аврора оказалась приятной женщиной, теперь я не переживаю за отца и могу спокойно «передать его из рук в руки».

Правда до конца обстановка спокойной не была. Меня накрыл страх и возмущение, когда папа сказал:

- Дочь, мы с Авророй собираемся поехать к бабушке на долгое время, поэтому ты некоторое время поживешь с Ярославом, чтобы мне было спокойнее.

- ЧТО?! Но зачем? Я могу тихо, мирно, без приключений пожить одна у себя дома!

- Нет, Василиса, я уже все решил, – сурово сказал отец. – Если я снова оставлю тебя одну дома, то вы с Ксюшей опять устроите пожар у тебя в комнате.

- Это было четыре года тому назад!

- И что? Будто бы что-то изменилось с того времени. Всё! Завтра перевезем твои вещи.

Я взглянула на Ярослава. На его лице была насмешливая улыбка, которая говорила:

- Добро пожаловать в ад!

Глава 3

Василиса

- Пап, а пораньше нельзя было? – саркастично спросила я, когда сидела на скамейке около дома двух ненормальных людей.

Ну, это я Ксюху и Каркушу имею в виду.

- Дочь, я вообще мог тебя тем же вечером сюда отправить… – также ответил папа.

- Ладно-ладно, поняла, – перебила я его, подняв руки в примирительном жесте.

«Ну что, Каркуша?! Жди меня. Я уже совсем близко», – злорадно про себя подумала я. – «М-м-м, я еще не выспалась, поэтому ты получишь по самые не балуй!»

Я была бы не я, если бы не сказала папе, что Ксюша будет жить по соседству. Правда, это ничего не изменило, но попытаться всё же стоило.

- Пап, ну какая тогда разница, где я буду, если мы с Ксюшей будем практически под боком друг у друга? – возмущенно поинтересовалась я. – Наоборот, бедного Ярика до белочки доведем и всё…пиши пропало.

- Василиса! – шикнул он.

- Что, Василиса? Если уж на, то пошло, то мы с Донцовой специально доведем его! Посмотрим, как вам с Авророй спокойно будет!

- Ой, дочь, хватит бухтеть, – закатил папа глаза. – Подумаешь, недельку другую поживете вместе. Ничего такого же не будет…

- Тебе может быть и ничего, а мне жить нормально не дадут.

- В смысле?

- Да так, забей.

Надо будет сказать Ксюше, что если я не выживу после недельного проживания с Каркушей под одной крышей, то я завещаю ей все мои шмотки и косметос.

Ярослав открыл дверь сразу же после первого звонка. Видимо, сидел, ждал под дверью, переживал, думал, что я не приду… А у меня то выбора в принципе нет.

- Значит так, детки! – сказал папа, обнимая Аврору за талию, собираясь уходить. Честно, не привычно видеть его рядом с женщиной. И не просто с женщиной, а с любимой женщиной. Это видно по его взгляду и отношению к ней. – Не пить…

- Не курить! Не беременеть! Вести себя хорошо! – продолжила я за папу. – Я знаю. Мне так бабушка говорила, когда я уезжала от неё.

- Молодец бабушка, – с каплей недовольства сказал он. – Не ругаться! Не драться! Василиса, в первую очередь это касается тебя.

- А я что? Я ничего, – удивленно сказала я. – Почему сразу я!

- Хорошо-хорошо, мы всё поняли, – подключился к разговору Каркуша. – Вести себя хорошо. Мелкой в дом мужиков не водить. И не дать ей забеременеть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ярослав! – сердито сказала Аврора, показав сыну кулак.

- Шучу. Езжайте уже. Быстрее доберетесь, – уже начал выгонять родителей Яр.