Кейси Майклз - Мэгги нужно алиби

— Тебе-то чего? — Она закрыла нож, убрала его в карман и уперла руки в бедра.

— Я задал неуместный вопрос, моя дорогая леди. Прошу прощения. Позвольте представиться. Я — виконт Сен-Жюст. Рядом со мною, правда, в данный момент с открытым ртом, мой добрый товарищ мистер Стерлинг Болдер. Стерлинг, закрой рот, пожалуйста. — После чего он элегантно расшаркался и изящно поклонился. Дамы обычно падали в обморок, когда удостаивались такой чести.

— Да мне по фигу, на чье имя надо, Вик. Лучше бабло покажи.

— Сен-Жюст, она настоящая? На нее же больно смотреть!

— Потише, Стерлинг, — встревожился виконт. — Мы сейчас в чужом монастыре и не будем лезть со своим уставом.

Сен-Жюст забрал у Стерлинга трость и собрался уже извлечь из кармана листок, где записал все, что требуется, но тут Стерлинг потянул его за рукав черного свитера.

— Что такое, Стерлинг?

— А я думал, что мы на Манхэттене. В Нью-Йорке, в Соединенных Штатах Америки и все такое. Тут же все говорят по-английски. Клянусь, Сен-Жюст, все перевернулось с ног на голову. Я крайне растерян.

— И во всем виноват я, — покаялся Сен-Жюст. — Мы в Нью-Йорке, Стерлинг. Я просто…

— Эй вы, трепачи, мы займемся делом или нет? Я не стану торчать тут всю ночь.

Сен-Жюст снова поклонился и слегка кивнул:

— Простите, леди, я…

— И не зови меня «леди», — перебила девушка и закурила сигарету, прикрывая огонь рукой, но одним глазом наблюдая за Сен-Жюстом. — Я — Луза.

— Луза? О нет, как можно. Это же, моя дорогая юная леди, приспособление в бильярдном столе, куда падают шары.

— Говорил тебе, Мари-Луиза, — Джорджи ткнул девушку в плечо, — говорил тебе, что это дебильное прозвище.

— На себя посмотри, Киллер, — Мари-Луиза тоже ткнула Джорджи в плечо, и того шатнуло в сторону тротуара. — Короче, или мне щас купят бургер и картошку, или я уматываю.

Сен-Жюст почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. И ему это не понравилось.

— Мне будет очень приятно заказать еду для вас, мисс Мари-Луиза.

Девушка выкинула сигарету прямо на проезжую часть.

— Ага, а мне будет очень приятно пырнуть тебя под дых, если ты еще раз назовешь меня так. Усек?

— Хотя говорят они не совсем по-английски, — озадаченно произнес Стерлинг, следуя за Лузой и ее дружками, Верноном и Джорджи, к «Стильному кафе».

На сей раз Сен-Жюст избежал проблем, с которыми столкнулся вначале, когда впервые посетил это заведение (тогда он стоял минут двадцать, прежде чем понял, что никто не собирается его обслуживать). Он дал Джорджи двадцать долларов и попросил принести заказ.

Верной отправился помогать нести подносы и прихватить бесплатные пакетики с горчицей и кетчупом. Сен-Жюст, Стерлинг и Луза сели за столик у кафе.

— Итак, — проговорил Сен-Жюст, стараясь не смотреть на прекрасные голубые глаза, ангельский ротик и белоснежную тонкую кожу. Странно, розовые волосы оказались ей к лицу. — Вы подделываете документы?

— Боже праведный, — присвистнула Луза и пригнулась, обхватив голову руками и оглядевшись. — Ты бы еще громче сказал.

— Простите, — ответил Сен-Жюст, заметив, что начинает извиняться за каждое слово. Нужно за этим проследить. — У вас, конечно же, есть удостоверение личности?

— Конечно. Тебе доказать, что я — это я? А еще чего надо? Я же состряпаю все, что хочешь… зануда.

Стерлинг взял салфетку из пачки на столе и прикрыл ею лицо, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. Сен-Жюст притворился, что не заметил, ведь друг его развеселился впервые с той минуты, как они покинули Пиккадилли.

— Я серьезно, Вик. Что ты хочешь? Ты англичанин, да? И тебе нужно двойное гражданство. Могу сделать, но за это — лишние бабки. Паспорт? Вид на жительство? Студенческую визу? Не, для нее ты староват. Пятьсот баксов с носа за услуги. И двойная такса за двойное гражданство и водительские права, карточку избирателя, номер социального страхования и прочую дребедень. И никаких кредиток, ясно? Я не потащусь в банк. Ты явно из тех придурков с кредитками.

Сен-Жюст заколебался, но потом подумал: а что, собственно, он теряет? Можно ходить вокруг да около все ночь, пытаясь убедить себя в честности этой Лузы и ее подельников — по крайней мере, насколько честными могут быть воришки, — или поверить им, забыв об этих голубых глазах, дерзких и невинных, от взгляда которых болела его душа. Быть рыцарем — иногда испытание.

— Слушай, — нетерпеливо произнесла Луза, устав ждать ответа Сен-Жюста. — Пораскинь-ка мозгами, Вик. Джорджи — мой кузен, и сейчас он в полной жопе. Он пришел ко мне и сказал, что ему нужна помощь, а меня он считает самой умной в нашей семейке. И он прав. Я учусь в университете. Честно. Компьютерная графика и дизайн. Я все умею. Сварганю любые документы, какие хотите. Легко. Как два пальца об асфальт.

— Асфальт? Зачем два пальца? — подался вперед Стерлинг.

— Помолчи, Стерлинг, — несколько рассеянно встревожился Сен-Жюст.

— А он прикольный, — сказала Мари-Луиза и подняла вверх большой палец. — Ладно, в общем, я нарисую. Блин, даже лучше настоящих. Я же спец. Постоянно их делаю для ирландцев, когда им неохота уезжать после окончания визы. Так что все чики-поки. Идет?

Сен-Жюст все выслушал, кое-что даже понял и поверил голубым глазам Лузы. На самом деле ему ничего другого не оставалось. Он порылся в кармане, вынул горсть золотых монет, отсчитал три.

— Они все будут ваши, когда вы принесете бумаги. Я уже продал две таких, и, уверяю вас, сумма оказалась намного больше той, что запросили вы.

Луза взяла монету и повертела в руках.

— На вид вполне настоящие, — сказала она, складывая их в маленький карман под ремнем джинсов. — Попрошу своего братца-банкира проверить их. Он разбирается. А я разбираюсь в бумажках. Ну чего, давайте ваши данные. Или как хотите. Мне по фигу.

Сен-Жюст развернул листок и подал ей.

— Все нормально, но мне нужна ДР.

— Простите?

— ДР. — дата рождения.

— Это очень просто, верно, Сен-Жюст? — Стерлинг поставил локти на стол. — Я родился в один год с нашим лордом, семнадцатого… ой! Сен-Жюст, что ты меня бьешь?

— Не глупи, Стерлинг. Я и не думал тебя трогать. — Сен-Жюст улыбнулся Лузе. — Мы ровесники. Нам со Стерлингом тридцать пять лет. Можете поставить любую дату, которая вам понравится. Вам еще что-нибудь нужно?

— Ага, — Луза вытащила из кармана авторучку, — цвет глаз и волос, рост, вес, — она посмотрела на Стерлинга и начала записывать.

К тому времени, как Джорджи и Верной вернулись с едой, сделка состоялась. Луза взяла листок Сен-Жюста, где значились их имена и адрес в Ассоциации молодых христиан, и сделала свои пометки. Она сняла обоих на маленький фотоаппарат, сказав, что отсканирует снимки, уберет фон и наложит их лица на другой, официальный. Тоже «как два пальца об асфальт».