Анжела Марко - Грезы Мануэлы

— Какое ясное небо! — восхищенно заметил он.

Исабель вслед за ним взглянула на небо.

— Да, действительно красиво. Ой! Смотри, какая звезда!

— Это наша с тобой звезда, — серьезно сказал Фернандо.

Исабель улыбнулась и поцеловала его в щеку. Фернандо нежно обнял ее за плечи, и они оба посмотрели вдаль. Этот город стал для них родным.

— Жить здесь, учиться и даже не вспоминать, что была другая жизнь, — задумчиво сказала Исабель.

Фернандо покрепче прижал ее к себе.

— Ты тоскуешь по тому времени?

Исабель высвободилась из его объятий и повернулась к Фернандо лицом.

— Нет, — ответила она. — Кроме того, все мне уже кажется таким далеким…

Фернандо нахмурился и опять прижал Исабель к своей груди.

— А ведь это было совсем недавно, — сказал он нежным голосом. — Именно здесь мы с тобой познакомились. Ты тогда на меня и внимания не обращала.

— Ты меня сейчас в этом упрекаешь? — шутливо спросила Исабель и надула губки.

— Нет, — заулыбался Фернандо, — просто хорошие воспоминания.

Он сейчас действительно вспомнил то время, когда впервые увидел Исабель. Надо же! Ведь он мог сбить ее машиной… Он припомнил их знакомство в самолете, и на душе у него стало светло.

— Я люблю тебя! — ласково сказал он Исабель.

Та в ответ подняла на него свои прекрасные лучистые глаза.

— Ты говоришь мне это каждое мгновение, дорогой.

— Тебе это мешает или причиняет неудобства?

— Нет, что ты! Я тебе верю.

В это время раздался стук в дверь. Исабель вопросительно посмотрела на Фернандо. Тот пожал плечами.

— Кто это может быть?

— Не знаю.

— Ты шутишь.

Фернандо заулыбался.

— Ты догадалась. Несут ужин. Сейчас мы поужинаем и куда-нибудь отправимся.

— Куда же?

— А куда ты сама захочешь.

— Согласна! — воскликнула Исабель и бросилась Фернандо на шею. Тот бережно отстранил ее и повел в комнату.

Распрощавшись с Эмилио, Сильвина быстро вошла в дом. Она чувствовала, что Эмилио смотрит ей вслед, но ни разу не обернулась. «Пусть посмотрит, — решила она. — Нечего больше связываться с такими типами». Было слышно, как взревел мотор и машина отъехала от дома.

Сильвина сразу же решила рассказать все о случившемся Терезе и поэтому, быстро прошмыгнув в свою комнату, села к телефону.

— Алло! Я слушаю, — послышался в трубке сонный голос Терезы.

— Это я, Сильвина. Ты уже спишь?

— Да, — нехотя ответила Тереза.

Сильвина уже пожалела, что разбудила подругу, но ей очень хотелось поговорить.

— Ты прости меня, Тереза, ко мне необходимо поговорить с тобой.

— По какому поводу? — все еще сонным голосом спросила Тереза.

— Я сегодня встречалась с Эмилио…

— Ах, вон оно что! — оживилась подруга. — Ну и что он тебе говорил?

— Я разочарована в нем.

— Почему же?

— Он пел себя как-то странно. Все время переводил разговор на Фернандо и Исабель, а в конце концов напился и стал приставать ко мне. Как ты думаешь, почему?

— Ах! — раздался в трубке сонный голос Терезы. — Эмилио всегда нравились красивые девушки. Давай лучше встретимся завтра и поговорим, ладно?

Сильвина тяжело вздохнула.

— Ладно. Извини, что разбудила тебя.

— Ничего. Давай встретимся ровно в одиннадцать, согласна?

— Да, договорились.

Сильвина положила трубку и начала готовиться ко сну. Ее обуревали противоречивые мысли. Было жаль, что так и не удалось поговорить с Терезой. Придется ждать завтрашнего утра. Сильвина разделась и встала на колени помолиться. Сегодня слова молитвы задевали какие-то струны в ее душе, заставляли покачиваться в такт, когда она шепотом повторяла: «Помилуй меня, Господи!», «Господи, будь милостив ко всем грешным!». Сильвина закрыла глаза. Голос ее то креп, то замирал, убаюкивая, утешая.

Помолившись за всех родных и друзей, Сильвина, перебирая белые четки, начала читать молитву Божьей Матери:

— Святая Мария, Матерь Божия, молись о нас грешных, ныне и в час смерти нашей. Аминь.

И как всегда в такие минуты, Сильвина почувствовала, что к ней приходит успокоение.

Тереза Салинос проснулась рано и сразу вспомнила о вчерашнем телефонном разговоре с Сильвиной. «Может, ей перезвонить сейчас?» — подумала она, но вставать было лень. Тереза нежилась в постели и была довольна, что утро начинается так хорошо. В этот момент в дверь постучали.

— Да, входите! — отозвалась Тереза.

Дверь медленно отворилась и в спальню величественно, неся перед собой поднос, вошла Бернарда. Ее и без того полные щеки были надуты, а глаза хитро прищурены. Внешне она даже походила на жирную индейку.

— Извините, сеньорита Тереза, — низким голосом проговорила она.

— Да, Бернарда.

Тереза приподнялась на постели и с удивлением наблюдала за ней. Еще никогда она не приходила в спальню Терезы так рано.

— Извините, извините, — залепетала Бернарда. — Я позволила себе принести вам вот это.

Бернарда поставила на постель поднос и отступила в сторонку.

— Но я ничего не просила! — еще больше удивилась Тереза.

Лицо у Бернарды расплылось в широкой улыбке.

— Я знаю, — загадочно сказала она и, подойдя ближе, сняла с подноса салфетку. — Я сама осмелилась приготовить вам это. Ну, пожалуйста, попробуйте!

— Ай! — всплеснула руками Тереза. — Я глазам своим не верю! Профитроли! Настоящие!

— Да, это они, — подтвердила довольная Бернарда.

— Такие, как готовит Виталий? Не могу поверить!

Услышав имя Виталия, Бернарда перестала улыбаться, и по ее лицу пробежала тень обиды. Но вскоре она справилась с собой, и лицо ее приняло прежнее выражение.

Тереза взяла с подноса один профитроль и восхищенно проговорила:

— Они моя страсть! — и, попробовав, добавила: — Я еще никогда таких не ела!

Бернарда довольно закивала головой.

— Да, я случайно слышала, когда вы говорили о них с одной из своих подруг.

— Вы меня еще и подслушиваете? — шутливо спросила Тереза.

В глазах Бернарды сверкнули огоньки и тут же погасли.

— Нет, что вы, сеньорита! Как я смею!

Но Тереза не слушала ее.

— Это великолепно, Бернарда! Просто великолепно! Спасибо!

— Всегда буду рада вам услужить, сеньорита. Я научилась их готовить еще в детстве. Моя мама была отличной стряпухой, вот она-то меня и научила всем поварским премудростям.

— Ваша мама? — переспросила Тереза. — Видно, она была такой же прекрасной женщиной, как и вы.

— Да, сеньорита.

Тереза с удовольствием причмокивала губами.