Акцентор - Вероника Десмонд

Я могу убить того, кто хочет превратить тебя в тень. Тебе достаточно только сказать мне.

Мой подбородок задрожал.

– Я справлюсь с этим сама.

– Очередная ложь. Но я могу вернуть тебе голос, – он не спеша встает и нависает надо мной, уперев руки в рояль. Мрачный злой шепот опаляет мои губы: – Скажи, что ты принадлежишь мне, маленький ангел.

Меня угрожали убить, я все время была напряжена, и его жестокие слова, вероятно, подействовали на меня разрушительно, и тем не менее я больше не слушаю свои инстинкты.

Вместо этого я шепчу:

– Я твоя.

От искренней широкой улыбки мое сердце останавливается.

– Хорошая девочка. А теперь мы приступим к уроку.

– К уроку?.. – из моего горла вырывается судорожный вдох, когда парень садится на стул, закидывает мои ноги к себе на плечи и жадно приникает губами к моей киске. – Господи!

– Да, – он стонет, вылизывая каждый дюйм. Его хватка превращается в карающую. – Ангелы должны служить своему Богу. Я твой единственной Бог, Элеонор.

Он стонет, пробуя меня на вкус.

Боже. Мой.

Он стонет.

Воздух накаляется до предела. Он раздвигает складки и засовывает язык глубоко внутрь, слизывая доказательства моего безумного возбуждения. От этого движения у меня трясется все тело, я падаю на спину, оперевшись локтями о рояль.

– Только посмотрите, – его горячее дыхание обжигает мою кожу. – Мой маленький ангел течет и пульсирует… Такая чертовски вкусная и влажная. Чертовски моя.

Он делает несколько поступательных движений, трахая меня своим языком, а затем я кричу. Слезы и шумный вдох вырываются наружу, когда его зубы касаются моего клитора, затем кусают за тонкую кожу бедра и глубоко засасывают.

Я задыхаюсь от резкой боли и наслаждения, пытаясь отползти назад, но мое тело снова оказывается в его власти. У меня наверняка останутся отпечатки его пальцев, а еще укусы, засосы… его метки принадлежности.

– Мне больно!

Мой рассудок окончательно затуманен, я едва могу сдерживать рыдания, пока меня вылизывает гребаный монстр. Он не прерывается, чередуя укусы с засасыванием моего чувствительного клитора. По моему позвоночнику пробегает волна неконтролируемой дрожи.

– Маленькая лгунья. Ты заливаешь мне весь рот, – звук его хриплого, глубокого тембра заставляет мой живот сжиматься. Он больше не лижет меня, меняя язык на свои пальцы. Я вскрикиваю, чувствуя, как внутрь проникают сразу две фаланги, пока большой палец с нажимом давит на набухший центр. – Нам нужно хорошо подготовить твою тугую киску, чтобы она могла принять меня.

Я не могу сказать ни слова, пока он доводит меня до сумасшедшего оргазма, изводя ласками.

Мои ноги немеют, живот напрягается, и когда я чувствую, что вот-вот кончу, он резко вынимает из меня пальцы.

– Ч-что?..

Черт побери, его маска вся мокрая.

Он облизывает губы, проводит ладонью по моему дрожащему бедру, а затем опускает руки на клавиши. Я бешено дышу, не желая думать о том, каким видом он сейчас наслаждается.

Я хочу затаиться в такой темной норе, где меня никто не найдет, но он еще не закончил.

Пространство оранжереи заполняется красивой, грустной мелодией. Его губы изгибаются в ухмылке, когда он наблюдает за тем, как моя влага запачкала кожу и капает на рояль.

Я буквально открыта перед ним, а ему даже не требуется смотреть на гребаные клавиши, потому что взгляд этого монстра всегда прикован только к одному объекту.

Ко мне.

Примечание:

Компенсация – способность человека избавляться от переживаний по поводу собственных недостатков за счет усиленной работы над собой и развития других положительных качеств. Понятие К. введено А.Адлером.

Глава 17

Вытеснение

«I hear the sound, echoes beneath

Я слышу звук, эхо внизу,

Angels and skylines meet

Ангелы и линии горизонта встречаются,

And I’m straining to reachИ я напрягаюсь, чтобы достичь

The light on the surface, light on the other side

Света на поверхности, света на другой стороне»

Fleurie, Tommee Profitt – Breathe

Окрестности, Элгина. Шотландия.

Тень.

Я не понимаю, что со мной происходит.

Может быть, он искусно подчиняет меня.

Я знаю, что он наказывает меня за то, что я солгала. Пытается вытащить из меня то, что я скрывала от других.

Когда его длинные пальцы начинают играть мелодию, я начинаю задыхаться. Потому что он не просто играет. Монстр смотрит на меня с этой оглушающей тяжестью во взгляде, а его губы нежно касаются внутренней стороны моего бедра.

Невозможно оторвать взгляд от его сверкающих темных глаз, от той мощи, которую он излучает, не произнося ни слова.

Я совершенно и абсолютно тону в этом человеке.

– Я знал, что ты будешь идеальной для меня, Элеонор.

Я вскрикиваю, когда его зубы вонзаются в мою кожу, а порочный язык широко проводит по укусу, оставляя мокрый след.

– Только посмотрите на этого маленького ангела. Возбудилась от погони и чуть не кончила от безобидных игр с пальцами.

– Меня трудно назвать нормальной.

На его губах расцветает широкая улыбка:

– В следующий раз ты будешь упражняться на моем члене, а потом визжать и подпрыгивать на нем, пока я буду разрывать твою маленькую киску на части. Думаю, нам придется запечатлеть этот момент на камеру, потому что девственная кровь течет только один раз. А теперь пой, Эль, – приказывает он мрачно.

Я не думаю, что когда-нибудь смогу принять эту часть себя.

Я напугана. Очарована.

И, черт возьми, у меня никогда не было так много сверхчеловеческой энергии, которую он впрыснул в мои вены.

Мне требуется несколько долгих изнурительных секунд, чтобы собраться с мыслями, но в конце концов я делаю это. Сочиняю песню на ходу. Для него.

– В саду, полном ангелов, где танцуют тени и шепчут секреты… – мое горло больно сжимается, а по телу пробегает дрожь.

Я не могу.

Я до боли кусаю губу и сглатываю слезы, когда понимаю, что мой кошмар воцаряется вновь.

Снова и снова.

Наверное, ты самая убогая певица, Смит.

– Смотри на меня, – его голос понижается. – Я не буду милосерден, когда начну преследовать тебя. Пой об этом.

Он возвращается к аккорду, на котором я запнулась, наклоняет голову к моей киске и широко проводит вдоль складок, задевая клитор, отчего зачатки ранее утерянного оргазма вспыхивают во мне с невероятной силой.

– Я слышу шаги дьявола. Если он хотел, чтобы я умерла, он должен был сказать, – мой голос дрожит и усиливается, когда парень