Навстречу приливу - Лора Павлов

вдыхая её аромат. Меня разрывало от желания поцеловать её. Почувствовать её вкус.

— Я взрослая женщина. И я хочу тебя. Мы всегда были хорошими друзьями, и это не изменится. Мы просто поделимся чем-то особенным, пока я дома, и это касается только нас. Ничего не изменится. Мы и так всё время вместе — и на работе, и дома. Для окружающих всё останется по-прежнему. Это только для нас.

Чёрт. Она говорила всё правильно.

— Только для нас, — повторил я, касаясь губами её уха. — Ты уверена? Потому что если мы начнём, Снежка, я не смогу остановиться. Я сражался с этим несколько недель.

— Я никогда не была так уверена ни в чём.

Этого было достаточно.

Я прижался губами к её губам. Одна моя рука зарылась в её волосы, другая притянула её ближе, усаживая её так, что она оказалась верхом на мне. Но я почувствовал, как её тело дёрнулось, когда она прижалась ко мне, и остановился.

Её губы были припухшими, в глазах пылало желание, а тёмные волны волос падали ей на плечи. Она была такой чертовски сексуальной и красивой, что я едва не потерял контроль, просто глядя на неё.

— Почему ты остановился? — спросила она. Её дыхание было сбивчивым, а брови нахмурились от беспокойства.

— Ты вздрогнула. Я это почувствовал. Мы не будем этого делать, если ты не уверена, Лайла.

Она застонала и закрыла лицо руками.

— Я вздрогнула не потому, что сомневаюсь.

Я мягко убрал её руки с лица.

— Посмотри на меня. Скажи, что случилось. Ты волнуешься? Мы можем не торопиться.

Мои пальцы скользнули по её бокам и остановились на её бёдрах.

— Нет, дело не в этом. Я просто сделала глупость, — прошептала она.

— Что ты сделала?

— Я хотела, чтобы это случилось, — пожала она плечами, а на её щеках появился румянец. Она была такой чертовски милой, и меня всегда тянуло к её честности и уязвимости. — Я надеялась, что это произойдёт, понимаешь? Поэтому вчера я пошла в одно место с девчонками. Оно называется «Прелестная Китти».

Я удивлённо приподнял брови.

— Что, черт возьми, за «Прелестная Китти»?

— Это салон депиляции. И я сделала себе восковую эпиляцию зоны бикини. На случай, если ты… ну, если ты увидишь меня.

— Я уже видел тебя, и ты идеальна, — сказал я, вглядываясь в её лицо, пытаясь понять, к чему она клонит.

— Ты видел меня в темноте, в воде. Я просто хотела быть готовой, — снова пожала она плечами.

— То есть ты пошла в салон и сделала депиляцию?

— Да. Но с воском были какие-то проблемы, он, кажется, был горячее обычного, и… Ну, не знаю. Боже, это так неловко.

Она покачала головой и снова закрыла лицо руками.

— Эй, — я взял её за запястья и мягко отнял её руки. — Если мы собираемся это сделать, ты должна быть со мной откровенна. Тут не о чем смущаться. Так воск был горячим? Разве он не должен быть горячим?

Она хихикнула.

— Ну да, наверное. Но он был горячее, чем обычно. А потом косметолог нанесла заживляющий бальзам, на который, кажется, у меня пошла аллергическая реакция, так что кожа немного раздражена… на… ну, ваджина.

Я расхохотался.

— Ваджина? Ты хочешь сказать, что у тебя раздражение на… твоей киске, Снежка?

Её рот приоткрылся от шока, и выглядело это чертовски мило. Она была одновременно такой сексуальной и такой невинной, что меня это сводило с ума.

— У тебя грязный рот, Медведь. Но мне это нравится. — Лайла улыбнулась, а её щёки залились румянцем. — Она сказала, что мне стоит попросить парня подуть на это.

Улыбка на её лице стала шире.

— Конечно, я сказала ей, что у меня нет парня. Так что вот оно что. Я вздрогнула не потому, что сомневаюсь. Мне просто немного некомфортно в зоне бикини.

— Ты хочешь, чтобы я подул на твою киску, Снежка? — Я усмехнулся, наблюдая, как ей неловко говорить об этом.

Чёрт, я был сексуальным мужчиной, и меня ничуть не смущало всё это — ни то, что она девственница, ни разговоры о её теле.

Но вот то, что она была младшей сестрой моего лучшего друга?

Вот это меня чертовски беспокоило.

Неудачная депиляция. Мне было всё равно, но мысль о том, что ей больно, мне не нравилась.

Я поднялся на ноги, осторожно подхватил её и уложил на кровать, нависая над ней.

— Что ты делаешь? — прошептала она, её глаза расширились, в них вспыхнуло желание.

— Дай посмотреть, что там.

Она покачала головой и зажмурилась.

— Не могу поверить, что это происходит.

— Открой глаза и посмотри на меня, — спокойно, но твёрдо сказал я, дожидаясь, пока её тёмный взгляд встретится с моим. — Тебе не нужно стесняться. Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Дай мне просто посмотреть, что там, возможно, я смогу помочь.

Она медленно кивнула.

— Ладно.

Я потянулся к подолу ее платья и приподнял его, и она приподняла свою задницу на несколько дюймов над кроватью, чтобы я мог полностью задрать ткань и положить ее ей на живот. На ней были белые кружевные трусики, и у меня перехватило дыхание при виде ее. Стройные загорелые ноги. Белые кружевные трусики. И то, как она лежала там, выглядя как ангел, когда она ослабила бдительность, чтобы я мог видеть, что происходит, заставило мой член пульсировать под молнией. Мои пальцы скользнули вверх по ее бедрам, и я раздвинул их настолько, что смог встать между ними.

— Прямо здесь? Тебя беспокоит это место?

Область на внешней стороне ее трусиков была определенно красной и раздраженной.

Она кивнула, ее грудь быстро поднималась и опускалась. Я нежно провел пальцами по каждой стороне, и ее ноги раздвинулись еще больше. Я поглаживал ее разгоряченную кожу кончиками пальцев. Она тихонько застонала, пока я продолжал успокаивать ее в течение нескольких минут, прежде чем переместиться к резинке ее кружевных трусиков и дождаться, когда ее глаза встретятся с моими.

— Можно я сниму это и посмотрю, не раздражено ли и там тоже?

Она ничего не сказала. Она просто кивнула и прикусила свою сочную нижнюю губу. Я стянул трусики с ее ног и бросил их на пол. Она была красная только с боков, и я облизал губы.

— Ты так чертовски красива, Снежка.

Я продолжал водить пальцами вверх и вниз по раздраженной коже, опустившись на колени в изножье кровати. Она приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на меня.

— Что ты делаешь?

— Я собираюсь доставить тебе удовольствие. Кто-нибудь