Жертва трясины - Джана Делеон

бежать в моём темпе? Но то ли я двигалась медленнее обычного, то ли стрельба подстегнула Иду Белль так же, как совсем недавно меня.

Так или иначе, мы пронеслись через пустырь к следующему кварталу, завернули за угол и помчались через лужайки перед домами, стараясь очутиться как можно дальше от жилища Лайла. Лишь квартал спустя рискнули остановиться. Усадив Герти на валун в клумбе, мы с Идой Белль согнулись, пытаясь отдышаться.

— До моего дома целых пять кварталов, — прохрипела Ида Белль.

— Я смотаюсь за «джипом» и вернусь за вами.

Напарница покачала головой и достала сотовый.

— Многовато времени займет, а Лайл может отправиться за нами вдогонку. Кроме того, как только Картеру донесут о выстрелах — сама же знаешь, кто-нибудь да сообщит, — тот ведь прямиком к тебе заявится.

Дерьмо.

Ида Белль поднесла телефон к уху.

— Мари, срочно приезжай за нами, прямо сейчас. Мы на газоне коротышки Питра, сбоку от дома, рядом с валуном. Даже не трать время на одевание — просто шевели задницей.

Отключив телефон, она сунула тот обратно в карман брюк.

— Считаете, Мари приедет быстрее? — спросила я, всё ещё подумывая сгонять за своим «джипом».

— Да, — подтвердила старушка. — Мари хоть и любит попаниковать, зато мало размышляет. Когда ей четко приказываешь что делать, реагирует не задумываясь. Ну, может для нее это и не слишком хорошо, но мне и Герти на руку.

Такой принцип я понимала. Солдат обучают действовать, не задавая вопросы, но я сомневалась, как с подобным может справиться женщина среднего возраста, практически не покидавшая Луизиану. Как оказалось, зря я так плохо думала о способностях Мари.

И минуты не прошло, а ее машина с визгом притормозила рядом с нами. Мы с Идой Белль погрузили Герти на переднее сиденье авто, сами запрыгнув на заднее. Мари погнала как гонщик НАСКАР, даже не сбавляя скорости перед предупредительными знаками. Ухватившись за ручку двери я глянула на Иду Белль, та в ответ подмигнула.

Мари так мчалась по подъездной дорожке, что я было испугалась, как бы та не протаранила ворота гаража, но лихачка ударила по тормозам, умудрившись остановить машину в считанных дюймах от двери. Мы с напарницей выскочили наружу и подхватили Герти с пассажирского сиденья. Едва мы обогнули машину сзади, как Ида Белль махнула рукой. Мари задним ходом вылетела с подъездной дорожки и скрылась за углом, не успели мы и глазом моргнуть.

— А она хороша, — одобрила я, когда мы втащили Герти в дом и усадили ту в кресло.

Ида Белль кивнула.

— Я же говорила. Конечно, когда минут через десять адреналин иссякнет, Мари так распереживается, что в целях успокоения свяжет целое одеяло, а может, испечет пару пирогов. Впрочем, мне не помешало бы новое одеяло, а Мари в этом деле мастерица, так что все в порядке.

— А я бы и от пирога не отказалась, — пропищала Герти, пока её подруга, развязав шнурки на теннисной туфле, снимала ту со ступни несчастной.

— Вам уже ходунки требуются, — заметила я. — Что это с вами, почему вы постоянно спотыкаетесь? Скорей всего нога больна сильнее, чем вы считаете. Вам следует провериться у врача.

— Я не споткнулась, — возмутилась Герти.

— Черт возьми, а это тогда отчего? — спросила Ида Белль и указала на лодыжку подруги.

Место на ноге уже сильно распухло и без сомнения утром станет черно-фиолетовым.

— Перелом? — спросила я.

Хозяйка легонько ощупала лодыжку со всех сторон и покачала головой.

— Точно не скажу, по-моему, похоже на растяжение. Но завтра надо бы сделать рентген.

Герти наклонилась вперед, рассматривая ногу, и вздохнула.

— Эх, теперь за руль не сядешь.

— Единственное, что тебе можно доверить — инвалидное кресло с мотором, — заявила Ида Белль.

— Ну не знаю, — возразила я. — Вы видели, как некоторые на них гоняют?

— И то верно, — согласилась хозяйка, посмотрев на подругу. — Как только всё заживет, начинай-ка заниматься со мной йогой. Возможно, у тебя и случаются проблески былой славы, но в большинстве случаев гибкость и чувство равновесия отправились к чертям собачьим.

Герти скрестила руки на груди.

— Не так уж всё и скверно.

Я на неё вытаращилась.

— Серьезно? Вы уже трижды за неделю повредили одну и ту же ногу.

Ида Белль покачала головой.

— Да, плоховато дело, к тому же старые мы уже, опасны для нас такие травмы. Теперь тебе в десять раз больше времени на восстановление потребуется, нежели когда мы служили во Вьетнаме. Как бы нам ни хотелось, но мы не в той физической форме, чтобы поспевать за Фортуной — да никогда уже и не будем.

Герти вздохнула.

— Сомневаюсь, что мы и раньше смогли бы угнаться за Фортуной, хотя кажется, в этой перестрелке и она потеряла кое-что из одежды.

Ида Белль посмотрела, куда указывала Герти, и подняла брови.

— Я даже не заметила. Эх, теряю хватку.

— Собака-то голодная, — объяснила я, — либо туфля, либо нога. Когда Лайл устроил пальбу, остаться без обуви мне показалось предпочтительнее.

Внезапно меня осенило: а тенниска-то у Лайла, и уж точно какой-нибудь любопытный сосед доложил о выстрелах. Я застонала.

— Когда Лайл отдаст обувку Картеру, тот догадается, что она моя. Сегодня утром я собралась на пробежку до того, как отправилась завтракать в кафе.

— Не у тебя же одной есть теннисные туфли, — возразила Герти.

— Да, но именно на этой — мой ДНК, — заявила я.

Ида Белль отмахнулась рукой.

— Не получится у Картера никакой ДНК взять с теннисной туфли и обвинить тебя в незаконном проникновении. Лайл вообще не отдаст ему ботинок, зачем признаваться, что сам стрелял.

— Так большие дыры в заборе выдадут его с головой, — отметила я.

Герти немного расслабилась.

— У Картера нет доказательств, что дыры появились именно сегодня ночью. Ида Белль права. Лайл избегает копов как чумы. А благодаря Теду, мы знаем по какой причине.

Предположения Иды Белль имели под собой основания, поэтому я слегка успокоилась. Если Лайл не видел меня на пробежке и не имел обыкновения запоминать женскую обувь, тогда вероятность моего опознания мала. Я закинула полено в камин, разожгла его, уничтожая оставшуюся без пары туфлю, и присела у кирпичного очага. Греховодье — просто ад для моей одежды.

— Пойду за льдом, — проговорила хозяйка, направляясь в кухню. Вскоре вернулась с кухонным полотенцем со льдом и обложила лодыжку Герти. — И вообще, чего ты так заорала? Это же просто полоз.

— Да без разницы, полоз-шмолоз, хоть горлинка библейская! — ответила Герти. — Мне в принципе не нравятся змеи, особенно когда они еще и падают на меня со стропил.

— Несмотря на совершенно девчачий аргумент, от