Мишень на двоих - Ронни Траумер

похоже, и окончательно испортить ей наслаждение.

– Это фисташковый крем, мой любимый, – зачерпывает кусок вилкой и кладёт в рот.

А меня даже затрясло, как только приставила его вкус.

– Ты побледнела, всё хорошо? – взволнованном тоном спрашивает Катя.

– Не знаю, если честно, – признаюсь я. – Последнее время не очень хорошо себя чувствую.

– Подруга, а ты случаем не беременна? – она играет бровями, а меня словно по голове ударили.

Перед глазами моментально нарисовался календарь, последняя красная отметка, и наш незащищённый секс. Кажется, приехали.

– Кать, – поднимаю глаза на подругу.

– Спокойно, – мгновенно просекает моё состояние. – Это пока только предположение, да и если это так, ничего же страшного. Ребёнок – это всегда счастье…

– Я живу с двумя мужчинами, мы не обсуждали детей, как и наше будущее…

– Ты давай, не начинай мне тут, – откладывает ложку и предупреждающее смотрит на меня. – Пусть только попробуют обидеть тебя, я им такое устрою…

– Кать, – останавливаю поток её слов. – Я ведь даже не знаю, от кого, а что если они против?

– Вот с чего ты решила? Они тебя любят и ребёнка любить будут. Родишь этого, а потом ещё одного, чтобы всё по-честному было…

– Иди ты, – тихо посмеиваюсь я.

– Давай для начала ты запишешься к врачу, и когда будем знать наверняка, тогда и думать будем, – успокаивает она меня. – Договорились?

– Да, сейчас же позвоню своему врачу и запишусь на завтра.

Под внимательным взглядом подруги я набрала номер своего гинеколога и записалась на утро. Говорить своим мужчинам о своём подозрении я не собираюсь, и как объяснить поездку в город с утра, пока не знаю. Главное, чтобы ни один из них не захотел меня отвести.

У Кать фантазия разбушевалась, и остальное время, пока мы в кафе сидели, она уже покрестила, садик нашла и на первый звонок в школе проводила. Я сидела и смеялась, хотя на самом деле мне было тревожно и одновременно радостно. Разве может быть что-то лучше, чем родить от любимого мужчины. Вопрос только от кого из двух. Надо же было так вляпаться.

Удача оказалась на моей стороне, мои мужчины уехали сразу после завтрака. И как только они вышли из дома, я словно партизан собралась и уехала в город.

– Доброе утро, – просовываю голову в кабинет врача.

– Алиса, ты давно ко мне не заходила, – Светлана Витальевна встаёт со своего кресло и приветствует меня.

– Да всё хорошо было, вот и не приходила, – смущённо улыбаюсь ей.

– А сейчас? Что-то беспокоит? – спрашивает она и садится на своё место, знаком руки предложив мне присесть напротив.

– В каком-то смысле. Кажется, я беременна, – отвечаю, чувствуя, как быстро забилось сердце.

– Кажется? – выгибает вопросительно брови.

– Угу, – киваю и нервно ёрзаю на стуле.

– Ну тогда раздевайся и пройди за ширму, будем развеивать твои сомнения, – усмехается она.

Ещё никогда осмотр не проходил в таком напряжении, но я терпеливо жду, когда Светлана Витальевна скажет мне результат.

– Ну что же, поздравляю, шесть недель, – говорит она, и я не могу сдержать улыбки.

Получив указания, как дальше быть, что есть можно, а что нельзя, больше отдыхать и не нервничать, я поблагодарила её и, взяв рецепт на витамины, вышла из клиники на ватных ногах.

Присаживаюсь на скамейку и набираю номер подруги.

– Что там? – нетерпеливый голос по ту сторону.

– Беременна, – выдыхаю я.

– Да! – кричит она так, что мне приходится убрать телефон от уха. – Я так и знала. Поздравляю!

– Спасибо, – благодарю её и на автомате кладу ладони на живот.

– Так, не вздумай тянуть и не рассказывать своим самцам…

– Катя, – усмехаюсь я, мотнув головой.

– Что? Я тебя знаю, будешь ждать подходящее время, и пока это время придёт, ты уже родишь. Так что обещай, или я сама им расскажу…

– Не надо, – встрепенулась я. – Сегодня же скажу.

– Смотри у меня, я проверю, – угрожающее произнесла она.

– Хорошо. Вечером позвоню.

– Договорились.

Мы с ней попрощались, а я решила зайти в магазин подарков и купить коробочку, чтобы поместить туда снимок УЗИ, что дала мне Светлана Витальевна.

Когда приезжаю домой, то вижу машину Славы, на которой они утром уехали. Так даже лучше, скажу сразу и не буду мучить себя догадками о их реакции.

Захожу в дом и иду в сторону кабинета, откуда доносятся голоса моих мужчин.

– А если она узнает? – услышав голос Германа, я застываю у полуоткрытой двери.

– Значит, надо сделать так, чтобы она никогда не узнала, – отвечает ему Слава.

Не в моей привычке подслушивать чужие разговоры, но, во-первых, они мне не чужие, а во-вторых, речь определённо обо мне.

– Она не поймёт, – со вздохом говорит Герман.

Я их не вижу, но, зная Германа, он сейчас взъерошивает свои тёмные волосы.

– Хватит! – рявкает Слава.

Слышу тяжёлые шаги и задерживаю дыхание, чтобы не выдать своего присутствия.

– Она уже наша, и, если не поймёт, значит – заставим, – уверенным тоном продолжает он. – Никуда не денется.

– Не надо было через неё действовать. Я говорил это изначально…

Чем дольше я слушаю, тем сильнее в груди давит.

– Не надо было с ней спать… Снова.

Его слова как битой по голове. Жалеет. Не любит. Всё враньё.

На глазах наворачиваются слёзы, сжимаю коробочку в руках, понимая, что я им ничего не скажу. Ноги ватные, но я собираюсь с силами и тихим шагом иду к выходу. Они тоже никогда не узнают.

Глава 62

Алиса

Стою на крыльце и глубоко вдыхаю, пытаюсь успокоить бешеный стук сердца и подавить непрошенные слёзы. Я была права? Изначально всё было лишь игрой, просто я неплохой вариант. Удобная девушка, что легла под двух?

Нет! Не верю!

Я ведь вижу, чувствую их отношение ко мне. Когда нет чувств – это заметно, а тут они есть. Я ведь не настолько слепая дура, чтобы не видеть разницы. Этого просто не может быть, я, наверное, не так поняла.

Сейчас вернусь в дом, сделаю вид, что только что пришла, и буду вынюхивать правда это или нет. Раз уж они об этом говорили, значит, они либо от меня устали, либо… Либо не знаю.

Прячу коробку в сумку, делаю пару глубоких вдохов, изображаю фальшивую улыбку и открываю двери.

– Я дома! – кричу с порога.

В горле всё ещё стоит ком обиды, но я должна сдержаться и сделать вид, что всё как прежде, что я ничего не слышала. У меня под сердцем ребёнок и мне вообще нельзя волноваться. А если нашему папе (знать бы ещё кто из) мы не нужны, то нам надо это выяснить сейчас.

Вдруг этот ребёнок никому кроме меня не нужен, и меня отправят на аборт? Нет уж,