Хоуп Макинтайр - Как соблазнить призрака

Было ужасно слышать от нее это. Подумать только, она сидела за моим кухонным столом с окровавленной грудью. Я знала, что это кетчуп, но он выглядел так убедительно. Как в кино.

– Ну, здесь мы как за каменной стеной. – Я постаралась, чтобы мой голос звучал уверенно. – Сегодня приедет Томми. Он защитит нас.

Но я понятия не имела, правда ли это. Присутствие Томми, может, и успокаивает, зато его способности как телохранителя еще никогда не подвергались испытанию.

Он приехал через полчаса, с загадочным видом держа перед собой котелок.

– Твой рождественский подарок, помнишь? – гордо сказал он. Я подарила его в прошлом году, надеясь, что Томми станет есть овощи. Пусть и жаренные в масле. В вопросе калорийной и ужасно вредной пищи он был хуже Анжелы.

– Это только временно, – зашипела я на него. – Пока идет расследование. Ты это понимаешь, да?

И все же я была ужасно ему рада.

Как будто одних Анжелы и Томми в доме было мало. На следующий день я вернулась от дантиста и увидела, что за кухонным столом рядом с ними сидит моя мама. Мне тут же вспомнилось, что, во-первых, компания по гидроизоляции так никого и не прислала, а во-вторых, что я забыла позвонить Кэт. Две вещи, которые недавно занимали все мои мысли, напрочь вылетели у меня из головы. Мама умеет заставить меня почувствовать себя виноватой еще до того, как откроет рот.

Несмотря на уже знакомый запах рыбы и жареной картошки, они жадно поедали жареные овощи. Анжела в знак приветствия махнула обуглившимся пастернаком.

– Ваша мама соблазнила меня этой новой едой, – сообщила она. – Вам точно понравится, Ли.

– О, это было ужасно, – пробормотала мама с набитым ртом. – Когда я вошла, она ела рыбу с картошкой. Рыбу с картошкой. И это все, что она собиралась съесть. Никакой грубой пищи. Никаких овощей. Просто куча жира и соли. А вон там лежат прекрасные свежие овощи. Морковка, брюссельская капуста, пастернаки. Я показала ей, что делать. Почистить их, положить все в форму для запекания, добавить каплю масла и морской соли, посыпать петрушкой и поставить в духовку с запеченной картофелиной. Конечно, ей понравилось. И слава богу. Дорогая, прости, что не предупредила о приезде. Нас допрашивала полиция, представляешь? Через Интерпол или что-то в этом роде.

Я должна была сказать им, в какое время ты уехала. Как будто ты подозреваемая.

Я вспомнила калорийные блюда, которыми мама потчевала нас во Франции, и подумала, можно ли, с точки зрения здорового питания, сравнить это с рыбой и картошкой. Томми, как я заметила, не ел ничего.

– Присоединяйся к нам, – пригласила мама. – Мы как раз говорили о твоем убийстве.

– Моем убийстве, – уныло повторила я. – Почему это «мое убийство»? Он был парнем Анжелы.

– Правда? – Мама испуганно обернулась к Анжеле. – Вы не сказали. Мне так жаль. Боже, это действительно ужасно.

Она была искренне потрясена.

– Он был моим бывшим парнем, – уточнила Анжела. Словно это что-то меняет. – До Рождества.

Я заметила, что маму это не заинтересовало.

– Да, происходит что-то подозрительное, – произнесла она. – Два пожара на одной улице за полтора месяца. Нужно поставить в переулке железные ворота, отрезать доступ к саду за домом. Нам стоило сделать это давным-давно. Этот район больше не безопасен.

– А он когда-нибудь был безопасным? – мрачно вставила я. В любую минуту она захочет увидеть, как я продвинулась с ремонтом.

– Мы ничего не можем сделать, – тихо отозвался Томми, массируя мне шею. Как будто знал, что я нервничаю. Впрочем, наверняка знал, потому что старался снять напряжение. – Если здесь что-то есть, полиция это найдет. Это их работа, не наша, – он слегка ущипнул меня, и я взвизгнула.

– Жареные овощи – только закуска. – Мама будто почувствовала, что пора сменить тему. – Ну, так что у нас на ужин, Ли?

Томми заметил, что я в панике. Мама не предупредила, что приезжает. В доме хоть шаром покати.

– Все нормально, – сказал он. – Я приготовлю ужин в котелке. Вы будете в восторге. А Ли все нарежет, правда, Ли? – Еще один щипок.

Томми поддерживал меня так, как умел только он. С каждым из нас случилось что-то ужасное. Брак моей матери развалился. Анжела потеряла все вещи и была потенциальной жертвой. У матери Томми оказался рак поджелудочной железы.

– Правда. – Я задумалась. – Но в холодильнике ничего нет. Откуда эти овощи, кстати?

– Их принес тот тип с рынка, – объяснила Анжела. – Сказал, что хочет вам помочь, потому что вам сейчас нелегко.

– Крис? – Я улыбнулась. – Как любезно. Какой милый человек. – Анжела скорчила рожицу. – Вы не согласны, Анжела?

Она пожала плечами:

– Ну, в душе, может, и да, но красотой не блещет. В последнее время он мне страшно надоел, торчит у своего прилавка, ждет, когда я выйду из «Теско» на обед. Надеюсь, он не объявится здесь.

– Я спроважу его, если он будет вам досаждать, – пообещал Томми. – А теперь за работу. Мы приготовим мое особое блюдо – «жареные овощи по-китайски на скорую руку». Я постоянно его готовлю. Просто доставайте все из холодильника, режьте и бросайте в котелок.

Он освободил место на кухонном столе, и мы все взялись за дело. То есть полезли в холодильник. Скоро мы собрали неплохую кучку ингредиентов. Мама исполняла роль редактора, изымая такие неподходящие продукты, как кусок сыра и шоколадного торта. Наконец у нас набралось четыре морковки, две луковицы, палочка сельдерея, три кабачка, остатки жареной курицы, пучок увядшей петрушки, немного вареного риса, два куска ветчины и несколько сморщенных шампиньонов.

– Отлично, за работу, – Томми всучил Анжеле курицу. – Снимите все белое мясо. Ванесса, откройте вино и накрывайте на стол. Ли, ко мне. – Он вручил мне овощечистку, разделочную доску и начал складывать передо мной лук, морковку, сельдерей и кабачки.

Работали мы не слишком быстро, потому что все время отвлекались глотнуть вина и посмотреть, что делают остальные. Мама добавила в процесс дух церемонии, достав лучшие приборы, канделябр и льняные салфетки, которые мы берегли для особых случаев. Рядом с каждой тарелкой она поставила не один, а два бокала для вина и еще бокал для воды. И устроила настоящий спектакль, предложив Томми на пробу сначала белое вино, а потом красное. Я никогда не видела ее такой, и это было здорово. В качестве последнего штриха она убрала все приборы (за исключением сервировочных ложек) и заменила их палочками, положив на тарелки из тонкого фарфора.

Анжела была в черном. Она повязала вокруг талии белое кухонное полотенце, словно фартук официантки, и носилась по кухне, спрашивая каждого:

– Могу я принять ваш заказ?

Это было полное безумие, но мне нравилось. Нам нужно немного развеяться. Кроме того, я так давно не слышала смеха на этой кухне. Конечно, потом нам будет немного стыдно из-за того, что мы веселились почти сразу после смерти Фреда, но пока у Анжелы хорошее настроение, я – за.