Клаудиа Кэрролл - Зачем нужен муж?

Я уже собираюсь оплатить заказ, и тут мистер Напряг… прошу прощения, Саймон подходит к нам с видом мрачнее грозовой тучи. Я знакомлю его с Томом и сразу жалею об этом.

— Ну и кто ты такой? — спрашивает его Саймон так грубо, что Том глядит на него в некотором замешательстве.

— Том учится со мной в одной группе, — говорю я, сбитая с толку его поведением.

— Ты сообщила ему, что у тебя есть бойфренд?

— Что ты сказал?

Том совершенно точно улавливает надвигающуюся бурю и моментально исчезает, допив свой стакан.

— Эмилия, этот парень заигрывал с тобой, а ты его поощряла. Я наблюдал за вами. Вы флиртовали у меня под носом.

Тон у него негромкий, но — хм, по-другому не скажешь — угрожающий.

На долю секунды я впадаю в замешательство: может, это шутка? Он, должно быть, ошибается… разве не так?

— Ты это серьезно? Я с ним едва знакома, мы только несколько минут поговорили про свои курсовые, пока стояли в очереди.

— Одиннадцать минут.

— Ты что — засекал время?

— Эмилия, единственная причина твоего раздражения — это то, что тебя накрыли с поличным. Ты, должно быть, давно встречаешься с ним у меня за спиной, разве не так?

Он резко хватает меня за руку, и это причиняет мне боль. Я инстинктивно оглядываюсь в поисках друзей. Они недалеко. Отлично. А то я начинаю побаиваться.

— Саймон, — говорю я, оттолкнув его и потирая руку. — Ты-то сам понимаешь, что говоришь?

— Это единственная причина, почему ты так отбиваешься. Ты спишь с ним.

— Никогда, никогда, никогда не заводи детей, — говорит Кэролайн, устало возвращаясь в гостиную. — По мне, так лучше стерилизация. Я чуть не вылила на них обоих ведро воды.

— Ох, милая. Это хуже, чем царапины на новой машине?

Я упоминаю известное происшествие несколько месяцев назад, когда Эмма залезла на капот новенького «мерседеса» Майка с острым камушком в руке. Она рассеянно нацарапала на краске свое имя «Эмма», затем поняла, что наделала, и изменила надпись на «Эмма — дура», так что сперва обвинили Джошуа. Правда раскрылась быстро, а царапины остались надолго.

— Бог знает, как они отнесутся к новенькому, — продолжает Кэролайн, поглаживая живот и садясь. — Ну что? Хочешь знать, как я обнаружила связь между нами и мистером Напрягом? Я не хвастаюсь, но так горжусь своим участием в розыскной деятельности…

— Это было почти восемнадцать лет назад, и если Джейми услышит, что мы разыскиваем мистера Напряга, его просто стошнит.

— Плевать на Джейми. Я сделала это для тебя. Просто так! Я все подсчитала и поняла, что после бедного Тони Ирвина мистер Напряг… извини, Саймон — следующий по списку, и надо принимать меры. Ну так вот. Ты помнишь Фебу Смит?

— Манекенщицу, которая работала с тобой?

— Ту самую. В общем, ее дочь ходит на занятия вместе с Эммой — я столкнулась с ней сегодня утром, и мы мило поболтали о добрых старых временах. А потом вспомнила, что мистер Напряг подрабатывал в том же агентстве, что и мы с Фебой. Поэтому я спросила ее, не видела ли она кого-нибудь из старой компании, и невзначай упомянула имя Саймона. Оказалось, что он до сих пор работает в агентстве, но теперь оформляет заказы.

— И у тебя есть телефон агентства?!

— Да, я записала.

— Кэролайн, я сказала один раз и готова это повторять. Ты — ангел, ниспосланный с небес.

Мы глядим друг на друга.

— Ты думаешь о том же, о чем и я?

— А о чем ты думаешь?

— Давай позвоним прямо сейчас. Еще только пять; агентство должно быть открыто. Пожалуйста, Эмилия, с Джейми и Рэйчел вы уже достаточно позабавились; это, может быть, самая захватывающая вещь, которая случилась со мной за день. Если не считать того, что в туалете внизу засорился унитаз.

— Ну конечно! Вот только допью этот бокал. Стаканчик для храбрости.

Через несколько минут мы покатываемся со смеху, включив громкую связь. Я делаю глубокий вдох и набираю номер.

Идут долгие гудки.

— Алло, модельное агентство «Первый звонок», чем можем быть полезны?

— Кхм… Алло. Я бы хотела переговорить с… — черт… я так часто слышала его прозвище, что приходится мучительно напрячься, чтобы вспомнить его настоящее имя… — о, да… с Саймоном Берном, пожалуйста.

Кэролайн молча показывает мне два поднятых больших пальца. Если мне позволено так сказать, мой голос звучит крайне уверенно, но у меня за последние несколько недель была масса возможностей для практики.

Оператор на телефоне слегка запинается:

— Это частный звонок?

— Да, верно.

— Хорошо. Саймон некоторое время назад ушел от нас, но у меня сохранился номер его мобильника; это вам поможет?

— Я была бы вам крайне благодарна.

Я царапаю номер на тыльной стороне руки и, довольная, вешаю трубку.

Кэролайн сидит на краешке кресла.

— Хорошо, — говорю я, — теперь самое трудное.

— О боже, бедные мои нервы, — стонет Кэролайн. — Ты уверена, что хочешь это сделать прямо сейчас?

— Сейчас или никогда, — твердо отвечаю я, собираясь с духом.

Я набираю номер мобильника.

Кэролайн прикрывает рот салфеткой, чтобы не хохотать громко.

Звучат долгие гудки. Наконец отвечает женский голос. Мы с Кэролайн нервно переглядываемся. Может быть, это его жена?

Я беру быка за рога.

— Алло, это телефон Саймона?

— Э-э… да. Кто вы?

— Эмилия Локвуд. Я его приятельница по колледжу. Можно ли недолго переговорить с ним, как вы думаете?

— О! Вы его друг?

— Э-э… да, — я корчу рожу в сторону Кэролайн. Полное вранье, но у меня нет выбора.

— Так, может быть, вам лучше подъехать и навестить его?

Я быстро принимаю решение. Да, разве это не домашнее задание?

— Было бы неплохо, если возможно.

— Отлично. Я сообщу ему о вашем визите. Знаете ли, как у всех наших пациентов, у Саймона очень мало посетителей.

На этот раз мы с Кэролайн переглядываемся в ужасе.

— Гм-м… извините, но… где именно сейчас Саймон?

— Здесь, в психиатрической клинике «Сент-Мулагз», палата Сент-Киллиан. Мы ждем вас завтра в любое время. Когда придете, подойдите в регистратуру и спросите меня. Медсестра Сара О'Лафлин.

ГЛАВА 20

ГНЕЗДО КУКУШКИ

Назад дороги нет. Мне придется пойти и навестить беднягу Саймона, вот и все. У меня впереди сумасшедший день, но я приняла решение отправиться к нему во время ленча, когда ритм жизни офиса становится менее безумным. Даже Кэролайн мягко признает, что это правильный и необходимый поступок.

— Тебе надо пойти. Особенно если медсестра скажет ему, что ты придешь, — говорит она мне во время секретных телефонных переговоров (я имею в виду то, что мне для просмотра сценариев пришлось затаиться в зале для совещаний). — Мне, конечно, вовсе не хочется отпускать тебя туда одну. Почему ты собралась туда во время ленча? Я в час иду к врачу, но если ты подождешь меня, мы можем днем сходить вместе.