Тэсс Мэллори - Чудесная реликвия

Лукас Монтгомери предложил ей руку. Торри почувствовала внезапную слабость и с трудом смогла положить свою руку на изгиб его локтя. Торри не знала, как ей удалось спокойно провести весь ужин и даже съесть большую его часть.

Доктор Гамильтон встал, и Торри очнулась от мыслей. «Неужели мы уже должны уйти?» – подумала девушка. Мысль о том, что придется расстаться с капитаном Монтгомери, расстроила ее.

– Должен извиниться перед вами, молодые люди, – сказал доктор. – Десертом наслаждайтесь, пожалуйста, без меня. – Он довольно похлопал по затянутому в жилет животу.

– О нет, дедушка, – запротестовала Торри, чувствуя одновременно и ликование, и неопределенный страх. – Если ты считаешь, что надо уже уходить…

– Ерунда. Я не сказал, что плохо себя чувствую и должен идти к себе. Просто мне очень нужно съездить в лагерь. У меня уже появилось несколько пациентов, которых я должен навестить. – Гамильтон оглядел переполненный ресторан. – Уверен, у тебя надежный спутник, моя дорогая. На него можно положиться.

– Спасибо, сэр, – поблагодарил капитан Монтгомери. Потом поднялся и пожал руку старику. – Я высоко ценю ваше доверие.

Разочарованная, Торри смотрела вслед доктору Гамильтону, пробирающемуся между столиками к выходу. Порой обычаи южан казались ей очень скучными и глупыми. Будь они сейчас в конце двадцатого века, она бы с капитаном после вкусного ужина отправилась на танцы. Потом он мог бы пригласить ее к себе. Она могла пойти, а могла и отказаться.

Но в 1863 году у бедных влюбленных не было такого выбора. Они должны сидеть, пить кофе, есть пирог и болтать о всякой чепухе. После ужина, следуя правилам южного этикета, Лукас Монтгомери должен проводить Торри до двери ее комнаты и вежливо пожелать спокойной ночи. Торри вздохнула и подумала, что мысли ее принимают совсем неподобающее для молодой воспитанной девушки направление.

– Устали?

Голос капитана Монтгомери заставил ее очнуться, и она ослепительно улыбнулась кавалеру:

– Устала? О, конечно же нет. У меня такое состояние, словно я могу всю ночь не ложиться спать. Наверное, меня взволновала встреча с Ричмондом.

Лукас Монтгомери нагнулся и накрыл ее ладонь своей.

– Вам очень хочется попробовать десерт?

Торри Гамильтон сглотнула подступивший к горлу комок. Сейчас капитан очень нежно гладил ее запястье.

– Ч… что вы хотите сказать?

– Может, вместо десерта вам хочется немного подышать свежим воздухом? – Он широко улыбнулся, и Торри показалось, что сердце вот-вот выскочит из ее груди. Ей казалось, будто оно бьется где-то у самого горла.

– Да, капитан, – прошептала она. – Мне очень хочется подышать свежим воздухом.

– Пожалуйста, называйте меня Лукасом, – шепотом попросил он. – В конце концов, ведь я сегодня спас вас, не так ли?

– Но мы знакомы только…

– Ах, эти правила церемонного ухаживания и хорошего тона! Конечно, мы познакомились всего несколько часов назад, и, как хорошо воспитанная молодая леди, вы должны следовать им, – в его глазах заплясали веселые огоньки, – по крайней мере на людях. Давайте выйдем на веранду. Там мы сможем насладиться свежим воздухом и уединением.

Как загипнотизированная, Торри позволила капитану Монтгомери провести себя между столами, они вышли в двустворчатые двери и оказались на деревянной платформе, находившейся в задней части отеля. Света на веранде не было. В черном ночном небе, словно лучина, светила луна. Чтобы придать веранде сходство с тропиками, повсюду были расставлены огромные растения. На веранде, кроме них, никого не было.

– Я… мне нужно подняться к себе, – пробормотала Торри. Она посчитала, будто должна по крайней мере хоть попытаться показать, что она приличная девушка.

– Совершенно с вами согласен, – кивнул Лукас и, полуобняв ее за талию, повернул к себе. – Поднимитесь по парадной лестнице, а я потихоньку по задней и через несколько минут загляну к вам.

Глаза Торри широко раскрылись. Ее изумление было искренним.

– Прошу прощения.

В ответ капитан привлек Торри к себе. Его губы с силой прижались к ее губам, и Торри чуть не захлебнулась от жаркого поцелуя. Она застонала.

– Да… – прошептала девушка, и ей показалось, будто ее голос доносится откуда-то издалека. Она безропотно отдалась во власть страсти, охватившей ее. – Да…

Джейк Камерон быстро вошел в холл отеля «Ричмонд» и направился к стойке портье.

– Мне сказали, что у вас остановился доктор. В какой комнате он живет? – повелительным тоном обратился он к портье.

Портье удивленно посмотрел на офицера и высокомерно поднял брови.

– Прошу прощения, но мы никому не даем информацию о наших постояльцах.

Портье бросил красноречивый взгляд на грязный мундир лейтенанта, и Джейк надменно выставил подбородок. От усталости он едва стоял на ногах, все кости ломило. Молекулярная болезнь все сильнее давала о себе знать. Она подтачивала его силы, да и сказывалась утомительная разведка. Для того чтобы понять, как ужасно он выглядит, ему не нужно было смотреться в зеркало. А выглядел Джейк Камерон отвратительно, чувствовал себя еще хуже. И настроение у него было не из лучших, а тут еще этот щеголь высокомерно смотрит на него, как на нечто низменное.

От гнева в глазах у Джейка потемнело. Он бесцеремонно схватил портье за лацканы аккуратно отглаженного сюртука, одним рывком вытащил из-за стойки и грубо прижал к стене.

– Послушай, ты, ленивая задница! – вне себя прошипел лейтенант. – Я офицер армии конфедератов, и, если ты в течение двух секунд не скажешь мне, где доктор, я затолкаю твой болтливый язык тебе в глотку.

Портье в ужасе судорожно сглотнул. Его рот открылся и закрылся несколько раз, прежде чем он сумел выдавить из себя:

– К…. комната д… десять, сэр. Доктор Гамильтон остановился в десятом номере.

– Гамильтон? – Джейк отпустил портье, и тот сполз на пол, будто его не держали ноги.

Торри! Скоро он увидит ее. «Сколько же мы не виделись? – спросил себя Джейк. – Месяц? Да, месяц, а может, и больше». Он знал, что должен был написать девушке. Она скорее всего с ума сходила от беспокойства и конечно же думала, будто он бросил ее, что в общем было правдой. Если она узнает, что он спас жизнь Бренту Риду, привезя его в лагерь для оказания медицинской помощи, может быть, ну чем черт не шутит, ее ненависть к нему уменьшится. И может, Торри согласится переспать с ним. Сейчас больше всего ему хотелось заставить кулон слушаться его приказов, чтобы вернуться в свой двадцать пятый век и оставить полковника Брента Рида в мире и покое.

Джейк вспомнил полковника. Кто знает, может, он сейчас умирает. Если умрет, Торри никогда не поверит, что он не виноват в смерти полковника. Он должен найти доктора Гамильтона и мчаться обратно в лагерь.