Виктория Клейтон - Танец для двоих

Ники шел, задумчиво опустив голову. Он ничего не сказал. Тогда я спросила:

— А Джереми… Ему грустно жить?

Я вспомнила, как Джереми безутешно рыдал, уткнувшись мне в плечо в нашу первую ночь. А затем — как тепло и уютно было нам вместе, когда мы лежали, целомудренно обнявшись, во вторую.

— Нет, может, только изредка. Нам всем иногда бывает грустно. Я думаю, что большую часть времени Джереми совсем не скучает.

Ники подождал, пока я догоню его.

— Скажи, все взрослые бывают несчастными? А ты, ты всегда счастлива?

Я наклонилась, положила руки ему на плечи и пристально взглянула. Его большие умные глаза под короткой, мышиного цвета челкой смотрели растерянно и тревожно, узкое лицо побледнело.

— Нет, бывают дни, когда я несчастлива, — ответила я.

— Знаешь, я часто молюсь, чтобы Господь сделал мир менее… жестоким. Но если он не услышит, если он не поймет, если все будет только хуже? Может быть, не стоит беспокоиться об огромном мире и попросить Господа сделать что-нибудь для меня? Я буду молиться, чтобы он подарил мне побольше таких замечательных дней, как сегодня. Ведь эту скромную просьбу гораздо легче исполнить.

— Похоже, что ты прав, — сказала я. — На твоем месте я бы попыталась.

Мы молча шагали к загородке для кур, размышляя о непреходящем значении вечных ценностей. Для того чтобы подобраться поближе, мы должны были пересечь внутренний двор фермы. Двор превратился в черное вязкое болото.

— Здесь всегда так весной, когда заканчивается зима и тает снег, — сказал Ники, смело ступая ногой в чавкающую грязь. — Во всем виноваты коровы, это они превращают землю в трясину. — Он показал пальцем на пристройку поверх сарая: — Там, наверху, комната Хаддла.

— Его жилище выглядит не слишком комфортабельно.

— Раньше он спал в новом крыле, но крыша в его комнате стала протекать. Папа предложил ему перебраться в свою гардеробную, но Хаддл отказался. Он болтал всякий вздор о том, что ему и так известно достаточно гадостей и он не хочет знать больше. Теперь Хаддл счастлив — он любит неудобства и обожает жаловаться на жизнь. — Ники продолжил: — Однажды я застрял здесь в грязи и не мог пошевелиться. Мне пришлось оставить сапоги в трясине, чтобы выбраться. Это болото очень обманчиво.

— Это как раз то, что мне придется сейчас сделать. Знаешь, я не хочу возвращаться в дом босиком! — воскликнула я в сердцах. — Бедняжка Хаддл, ему, должно быть, жутко холодно в морозную погоду… О, взгляни, он, кажется, абсолютно доволен собой, вытянувшись на солнце и облизывая свои славные маленькие лапки.

Я, конечно же, имела в виду кролика, а не Хаддла. Мы подошли к загородке и разбросали остатки сандвичей по полу. Куры окружили нас, истерически кудахтая.

— Давай проверим, может, мы найдем яйца! — предложила я.

Мне доставляло огромное удовольствие наблюдать куриный переполох. Я наклонилась и заглянула в курятник. Внутри, В темноте, блеснули белки глаз. Леди Инскип сидела на жердочке, утопив ноги в солому. Медленно, словно нехотя, она подняла палец и прижала его к губам.

Глава 12

Я стояла на кухне, рассматривая с опаской тушки двух куриц, которые мы купили сегодня утром в Литтл Уиддоне. Часы показывали семь часов вечера. Зазвонил телефон, я подпрыгнула от неожиданности. После долгих поисков мне удалось найти аппарат на подоконнике за шторой. Телефон продолжал звонить, я взяла трубку.

— Говорит Мэйбл Фордайс, — раздался отрывистый голос. — Можно мне поговорить с Джайлсом?

— К сожалению, его еще нет дома. Он поехал кататься на лошади. Вы, должно быть, его мама. А я Виола. Отуэй.

— Очень приятно! Джайлс много рассказывал о вас. Он звонил сегодня утром, но меня не было дома, я ходила по магазинам. Скажите, чтобы дал мне знать, каковы его планы на выходные. Я собираюсь устроить вечеринку и игру в бридж для своих друзей. Если Джайлс приедет, то будет слоняться вокруг с унылым видом, наводить тоску на моих гостей и отвлекать их от игры.

Ее искренняя, задушевная манера разговора и дружелюбный, немного хриплый голос заядлого курильщика вселили в меня мужество. Набравшись смелости, я спросила:

— Вы случайно не знаете, как готовить цыплят? Понимаю, мой вопрос звучит несколько странно, но кухарка уволилась, частично по моей вине, в доме никого больше нет, кроме леди Инскип и ее служанки, которая не совсем здорова… Простите, я имею в виду не служанку, а миледи. Короче говоря, восемь голодных людей соберутся на ужин через час, и нам будет совершенно нечего есть.

Миссис Фордайс издала короткий смешок.

— Ты оказалась в непростой ситуации, дорогуша, я должна тебе помочь. Попробуй найти какой-нибудь жир!

— Одну минуту. — Я внимательно обследовала холодильник и нашла маргарин, покрытый, как мехом, серой шелковистой плесенью. Я выбросила его в мусорное ведро вместе с кастрюлей, в которой он находился. Подбежав к телефону, я прошептала: — Подождите, не вешайте трубку, я все еще ищу! — Продолжив поиски в кладовой, я нашла бутылку. На этикетке было написано «Кукурузное масло». — Как вы считаете, оно подойдет? Масло не очень хорошо пахнет, но я больше ничего не смогла найти.

— Это лучше, чем ничего. Положи цыплят в сковороду, проверь, чтобы внутри не было потрохов! Налей сверху две столовые ложки масла, посоли, поперчи и поставь в горячую духовку на один час с четвертью!

— Это все? Кажется, не очень сложно! — вздохнула я с облегчением. — Даже я смогу справиться с этим… Подождите, а что такое потроха?

— О Господи! Ты еще слишком неопытна, чтобы оставаться одна на кухне. Потроха — это то, что находится внутри, — сердце, печень, желудок. В наши дни потроха продаются отдельно, завернутыми в пластиковые пакеты. Положи их в сковороду, добавь немного вина, воды, лука и моркови, доведи до кипения, и у тебя получится превосходный соус.

— В самом деле? — Мой голос звучал в высшей степени удивленно.

— Будешь мне благодарна всю оставшуюся жизнь. Не волнуйся, дорогуша, любой дурак сумеет научиться готовить… Прости, я не тебя имела в виду, — добавила миссис Фордайс мягко. — Я оставлю свой номер телефона, ты можешь позвонить, если возникнут трудности.

— Огромное, огромное спасибо! — воскликнула я с искренней почтительностью ученицы.

В течение сорока пяти минут мне пришлось позвонить ей дважды. Цыплята шипели в духовке, постепенно покрываясь золотистой корочкой. Варился картофель. Рядом на печи, в кастрюле с зеленой брюссельской капустой, кипела вода. Я искала лейкопластырь — пытаясь натереть хлеб для хлебного соуса, я больно поранила палец. Дверь отворилась, в кухню вошла Сюзан.