Уитни Гаскелл - Настоящая любовь и прочее вранье

– Спасибо за то, что быстро приехали. Ваше резюме так нас впечатлило, что мы хотели обязательно встретиться с вами, прежде чем закончатся собеседования, – говорила Кит, уводя меня из приемной вниз. Мы остановились перед двойными стальными дверями. За ними находилась главная редакция, которой я так восхищалась из окна.

Их впечатлило мое резюме?! Неужели я в приступе безумия осуществила свой план по приукрашиванию резюме кое-какими красочными подробностями?

Зато я гордилась тем, что мне в голову не пришло брякнуть чего-нибудь вроде: «Иисусе, до чего же забавно, что вы с такой фамилией работаете в журнале путешествий!» Шутка, которую она, бьюсь об заклад, слышала чаще, чем я «Клер – это имя для толстушек». Стоило мне открыть рот, как я, возможно, потеряла бы работу еще до начала собеседования.

Кит отвела меня в конференц-зал, где по одну сторону длинного овального стола сидели трое, показавшиеся мне в моем нынешнем состоянии довольно устрашающими на вид. Кит их представила, но я так нервничала, что немедленно забыла два имени из трех. Одно, которое запомнила – Сабрина Тафт, – принадлежало элегантной афроамериканке, одетой в роскошный кремовый брючный костюм. Мне сразу же стали понятны все преимущества деловой одежды. Я втайне позавидовала ее резко вылепленным скулам и собранным в узел волосам, открывавшим длинную, грациозную шею. Ее соседями были поразительно красивые и странно похожие друг на друга мужчины: оба высокие, стройные, с чеканными чертами лица, квадратными подбородками и волосами, уложенными с той небрежностью, которая неизменно выдает руку модного стилиста. Я различала их только по тому, что на одном была светло-фиолетовая сорочка с сиреневым шелковым галстуком в тон, а на другом – очки от Кларка Кента в квадратной черной оправе, из тех, что придают красавцам вид интеллектуалов.

– Пока, Клер. Удачи, – прошептала Кит мне на ухо и легко выпорхнула из комнаты, предоставив меня судьбе.

– Присядьте, пожалуйста, – предложила Сабрина Тафт, изящным движением руки показывая на стул напротив. Я тихо радовалась, что моя короткая память все же удержала ее имя, поскольку она явно была здесь старшей. И тут я с ужасом сообразила, что понятия не имею об их должностях в журнале. Я так волновалась, соображая, что надеть и что говорить на собеседовании, что и не подумала поинтересоваться самими сотрудниками. Едва успела пролистать в самолете последний номер «Ритрит». Как же я могла забыть самое основное?

На столе передо мной стояли графин воды со льдом и стаканы. Страшно захотелось выпить немного, чтобы успокоить нервы. Но я тут же подумала, что это может показаться грубым, – ведь мне никто ничего не предлагал, а я не хотела совершить faux pas[17] еще до начала собеседования.

Однако я начала мучиться, во рту было суше, чем в пустыне. И чем больше я пыталась игнорировать графин с соблазнительной ледяной водой, тем отчаяннее хотела пить.

Сабрина Тафт насадила на нос очки в проволочной оправе и стала читать резюме. Я заметила, что и у Фиолетовой Сорочки, и у Кларка Кента были свои экземпляры.

– Чем вам нравится профессия пишущего о путешествиях журналиста? – спросила Тафт, поднимая глаза.

Я знала, что мне непременно зададут этот вопрос, и, немедленно выбросив из головы воду, выдала заранее заготовленный ответ.

– Я всегда любила путешествовать, смотреть новые места, знакомиться с другими культурами. Так интересно подмечать различия не только между странами, но и регионами одной страны! Особенно меня интересует разнообразие художественных взглядов, существующих в каждой культуре: архитектура, моды, кухня – я нахожу это поразительным. Это действительно лучшая в мире работа, – трещала я, корчась в душе от собственного лицемерия, тем более что последние два года постоянно ныла и жаловалась, что мне приходится скитаться по невыносимо тоскливым захолустьям. Я отлично понимала, что говорю банальности, но Макс заверил, что в таком журнале от меня потребуется именно это. И, похоже, был прав: мой ответ явно произвел впечатление, все трое интервьюеров одобрительно покивали головами.

– Назовите два любимых места, о которых вы писали, – вмешался Кларк Кент.

Мой мозг мгновенно превратился в ту самую пустыню, какой всего минуту назад, был мой рот. К такому я готова не была.

Думай, Клер, думай, умоляла я себя, терзая мозг в поисках двух мест, восхваляемых мной на страницах «СС», мест, которые бы не показались безнадежно унылыми этой троице.

– Недавно я была в Лондоне, который всегда был моим любимым городом. Там столько всего происходит, такая поразительная смесь традиций и нового, – начала я сочинять на ходу. – И… э… Новый Орлеан, в котором всегда праздник, не говоря уже об уникальной культуре и ресторанах мирового класса.

Кажется, вывернулась.

Я замолчала, искренне надеясь, что они не читали моих обзоров, особенно того, который я изловчилась опубликовать в отсутствие Роберта и где характеризовала Новый Орлеан как «шестой круг ада». Но что мне было делать? Сказать, что мое любимое место – Орландо? Или Уильямсбург, штат Вирджиния? Мне почему-то казалось, что таким образом я вряд ли произведу впечатление на расстрельную команду.

В довершение всего я имею обыкновение обильно потеть в критической ситуации, и моя тонкая хлопчатобумажная блузка уже повлажнела. Хоть бы на черном жакете не проступили мокрые пятна!

Я попыталась расслабиться.

«Вдох-выдох. Вдох-выдох. Дыши глубже, оставайся спокойной и сосредоточенной», – твердила я себе, пытаясь подражать безмятежной и пугающе гибкой женщине, у которой занималась йогой.

Но все надежды сохранить душевное равновесие обратились в прах, когда, словно в некоем безумном психологическом эксперименте, все трое стали задавать вопросы одновременно и при этом болтали друг с другом, не давая мне возможности вдуматься в смысл вопроса, не говоря уже о том, чтобы ответить. Залп следовал за залпом.

– Где вы видите себя через пять лет? – осведомилась Сабрина.

– Через пять лет? – задумчиво повторила я, пытаясь выиграть время, чтобы придумать ответ. Но что я должна сказать? Работа в «Ритрит»? Собственная колонка с обзорами экзотических международных путешествий? Должность главного редактора? Нет, только не это, тем более что я понятия не имела, чем занимаются эти трое. Не хватало опозориться, заявив, что я собираюсь подсидеть кого-то из присутствующих! С другой стороны, если я не покажусь достаточно амбициозной, меня посчитают ничтожеством.

– Если бы вы попали на необитаемый остров, куда позволено взять только три предмета, что бы вы выбрали? – вмешался Фиолетовая Сорочка, прежде чем я успела ответить Сабрине.