Катя Риз - Почти любовь, почти падение (СИ)

   - Ясно. Тогда я не пойду.

   Андрей понимающе улыбнулся.

   - А мне придётся. Хозяйка галереи - жена какого-то приятеля отца. Так что, сам понимаешь. Семейный выход.

   Андрей на пустой бокал в своей руке посмотрел, потом на стол его поставил, решив, что больше пить не будет. Иначе все старания прахом пойдут, и от матери и невесты ему всё равно достанется. У них на этот вечер были большие планы, они в числе VIP-приглашённых, и не посторонние люди их пригласили, они считались друзьями семьи, а это лишний повод похвастаться собственным благополучием. Все эти "семейные выходы" в последнее время, начали Андрея напрягать. Повторялась ситуация годичной давности, когда они с Кирой о помолвке официально объявили, и мать взялась их всем представлять, именно как пару, заставляла показываться везде вместе, улыбаться всем, счастье их демонстрировать. А Андрей ведь предупреждал её: сглазишь, а она не верила. Правда, сейчас никаких объявлений о помолвке не было, всем было известно, из маминых уст, что у них с Кирой сложный период. Но всё непременно наладится. Андрея больше всего смешила мамина уверенность в том, что наладится "непременно". И Кира с неё пример брала, верила, ждала, а Андрей не понимал, зачем они делают вид, что всё в порядке? А может, на самом деле в порядке, только он разучился мелочам радоваться? Принимать всё таким, как есть, а у него потребности появились... завышенные. Кира иногда спрашивала у него, что с ним происходит, что ему не так, и что ей сделать, чтобы он все свои заботы отбросил и постарался просто отдохнуть. А у Андрея ответа для неё никак не находилось. Он знал чего хочет - ощущение покоя вернуть, которое появлялось на несколько минут и очень редко, но оно появлялось, когда он рядом с Катей был, а как она ушла, всё стало плохо, не смотря на то, что налаживаться начало. Парадокс. В "Зималетто" дела пошли на лад, а Андрей затосковал. Но думать о том, что тоскует именно по Кате, не хотелось. После долгих раздумий решил, что дело именно в том чувстве равновесия и покоя, оно ускользнуло от него и очень хотелось его вернуть. Но без Кати Пушкарёвой почему-то не получалось, и это злило. На самом деле злило, честное слово.

   Сегодня, узнав, что отец утром с Катей встречался, где-то на нейтральной территории, в "Зималетто" она приходить отказывалась, у Андрея внутри что-то уже знакомо заныло, он ото всех отвернулся, и слушал рассказ отца, стоя у окна и повернувшись ко всем спиной. Но Пал Олегыч ничего не говорил о Кате, он снова говорил о компании, о том, что Катя ещё предложила, чего она ждёт в ближайшем будущем, выплаты по кредитам обсудили, но о самой Кате Андрей так ничего и не узнал. И под конец разговора взглядом в Зорькина упёрся, который Пал Олегычу поддакивал, и про Катю ему было неинтересно, потому что он и так всё про неё знал. Жданов потом его в коридоре поймал, взгляд настороженный проигнорировал (Николай Антонович относился к нему с опаской, а Андрей не понимал почему, ведь обычно он всем нравился), под локоток Зорькина подхватил и крепко сжал.

   - И что вы мне скажете, господин Зорькин?

   - А что я должен сказать? - откровенно перепугался тот.

   - Что Катерина Валерьевна говорит? Она довольна положением дел?

   - Вы же сами всё слышали. Пал Олегыч рассказывал...

   - Но вы ведь лучше знаете. Расскажите мне.

   - Что именно вас интересует?

   Андрей Зорькина отпустил, побоявшись, что задушит того, услышав ещё один глупый, ничего незначащий ответ.

   - Меня всё интересует, - сообщил он, причем совершено искренне.

   - Катя вполне довольна тем, как в "Зималетто" идут дела. - Николай очки на носу поправил и подбородок вздёрнул. - И ждёт не дождётся, когда всё это закончится.

   - Правда? - Андрей голову на бок склонил и усмехнулся, и этим заставил Зорькина насторожиться. - А вы?

   - Что я?

   - Вы что собираетесь делать? Когда всё закончится? Вы же не можете всерьёз рассчитывать на то, что "НикаМода" без "Зималетто" сможет долго существовать?

   Коля насупился, было видно, что расстроен.

   - Ну, у меня есть несколько интересных предложений...

   Андрей скептически посмотрел на него.

   - Правда? Жаль. А я надеялся, что вы, в отличие от Кати, не будете торопиться от нас сбежать.

   Коля смотрел на него во все глаза, затем моргнул.

   - Вы серьёзно, Андрей Палыч?

   - Да. Катя правду говорила, вы профессионал, с этим не поспоришь. Было бы жаль вас потерять. Но если у вас есть интересные предложения...

   - Ну, я могу ещё подумать!

   Жданов усмехнулся.

   - Что ж, думайте, Николай Антонович. - Андрей отстранённо улыбнулся, давая понять, что дальнейшую работу Зорькина больше обсуждать не намерен, и только в последнюю секунду решил интерес изобразить. - И что, надеюсь, Катя своей новой работой довольна? У неё всё хорошо?

   Коля очки снял, платком их потёр, и с трудом отвлёкся от мыслей об открывшихся перед ним перспективах. Взглянул на Жданова непонимающе.

   - У Кати? - Быстро закивал. - Да, у неё всё хорошо. Только командировки... Но сейчас она в Москве.

   - Очень рад, - пробормотал Андрей, совсем не радуясь тому, что спросил. И ещё зачем-то добавил: - Передавайте привет её родителям. Валерий Сергеевич, наверное, не очень рад... её командировкам.

   - Конечно, не рад. Но Катя сейчас с родителями не живёт, так что...

   Андрей уже собирался уходить, но обернулся.

   - Не живёт?

   Зорькин ресницами хлопнул и тут же полез за телефоном в карман, а когда на дисплей посмотрел, сразу про Жданова забыл. Пробубнил что-то и прочь кинулся по коридору, а Андрей беспомощно смотрел ему вслед. И ещё больше разозлился.

   Она даже с родителями больше не живёт! Катя уже не Катя.

   Настроения и так не было, а тут совсем на нет сошло. И главное, никак не удавалось от мыслей о Катерине отвлечься. В голове постоянно крутилось, про командировки её, про переезд из родительского дома, ещё про то, что он о ней не знал, но происходить с ней вполне могло, Андрей мысли эти от себя гнал, но чем больше гнал, тем больше в них запутывался. Когда уже нарвался на замечание матери, она посетовала на его рассеянность и хмурое выражение лица, встряхнуться попытался. Голову вскинул, вокруг оглянулся, улыбнулся Воропаевой, которая за его локоть держалась, и напомнил себе, что уже вечер и у них "семейный выход". Неплохо бы на этом сосредоточиться. На открытие галереи собралось много гостей, Жданов постоянно взглядом на знакомые лица натыкался и вскоре от вынужденной вежливой улыбки скулы сводить начало. И мысленно позавидовал Малиновскому, который был свободен как ветер и в данный момент отдыхал где-то далеко отсюда, и отчитываться ему после ни перед кем не придётся, а вот он, кажется, счастьем своим уже сыт по горло. Какая уж тут свадьба? Нет, он не готов.