Каникулы влюбленного режима - Маша Брежнева

Филиппову, которого мне предстоит уговаривать прийти на посиделки.

- Фил, салют.

- Ты вернулся из своего лагеря? – сразу спрашивает.

- Да, еще вчера. Порадуй меня, скажи, что ты в городе?

- Я в городе.

- Супер! Тогда мне очень нужна помощь.

- Опять букет? – по его голосу слышу, что он прикалывается, припоминая мне тот случай в лагере.

- Не совсем, но тоже связано с Машей. Я хочу познакомить ее с друзьями. Сегодня в восемь тридцать в лаундж-баре. Ты придешь? Потому что без вас с Линой вся эта тусовка не имеет смысла, а Лина уже слилась, у нее запланирована вечеринка по работе, видите ли.

- Я слишком хочу посмотреть на твою Машу, поэтому грех отказывается. Забились, в восемь тридцать, ну может, чуть позже, буду там.

- Спасибо, бро. Ты мне очень нужен.

- Да куда вообще ты без меня, Гер, – усмехается друг и кладет трубку.

Без десяти восемь паркуюсь у Машиного подъезда и пишу ей, что я на месте. Марья спускается ко мне минут через пять. Готовилась она усердно: на волосах укладка волнами, на лице легкий макияж, который она делает нечасто. Для сегодняшнего вечера она выбрала светлое платье с рюшами, которое я раньше не видел, и босоножки на плоской подошве. После того полета с каблуков надевать их пока не решается. Думаю, что выглядит она просто офигенно, и даже начинаю жалеть, что не позвал ее сначала на настоящее свидание вдвоем, а сразу потащил к друзьям. Но все же мне хочется показать ей, каким я бываю в своей компании, где чувствую себя максимально раскрепощенно.

Выхожу из машины, что поцеловать девушку при встрече и помочь усесться на пассажирское. Дорога до бара проходит без особых разговоров, иногда перекидываемся каким-то фразами, но я вижу, что Маша волнуется и пока не готова много болтать. Через полчаса мы приезжаем к нужному месту, я ставлю машину на парковке для посетителей, помогаю Маше выйти, беру ее за руку и веду за собой.

Мои уже сидят в вип-кабинке. Быстро окидываю толпу взглядом и насчитываю восемь человек, среди них три девушки. Правда, подруги моих приятелей на тусовку собирались совсем не как Маша: весьма обтягивающие корсеты или платья, яркий макияж, обувь на шпильке. Кстати, каким-то образом все девчонки похожи на лицо, словно пацаны специально выбирали один типаж. И Маша моя – совершенно другая. Надеюсь, нам это не помешает, хотя этот оценивающий с претензией взгляд девочек на мою Марью мне не очень нравится.

Маша

Я буквально застываю на пороге вип-кабинки. Казалось бы, все ребята здесь – примерно мои ровесники, на пару лет старше, если они однокурсники Германа. То есть компания почти такая же, какая была у нас в лагере с вожатыми «сотки». А чувствую я себя среди них как малолетка.

Парни-то ладно, они все равно выглядят как Герман – уверенные в себе, успешные, симпатичные и знающие себе цену. А вот девушки… Отличаются только цветом волос, при этом у них одинаково надутые губы (явно с филлером), длинные прямые волосы и выставленные напоказ женские прелести.

Алина прекрасно вписалась бы в эту компанию, просто приняли бы за свою. Выходит, такие девушки у друзей Германа…

- Привет, банда. Знакомьтесь, это моя Маша. А тебе я всех представлю уже по ходу вечера, все равно сразу всех не запомнишь, – добавляет Герман, обращаясь ко мне.

- Всем привет! – немного испуганно смотрю на парней и девушек за столиком в кабинке, но Герман обнимает за плечи и слегка подталкивает меня вперед.

Мы проходим и садимся на свободные места, стараясь удобнее расположиться. Хотя не представляю, о каком удобстве может идти речь, если я просто боюсь их всех. Компания в лагере теперь кажется какой-то родной, даже с Алиной и ее выходками мне и то спокойнее было.

Здесь же все время я чувствую, как меня разглядывают, словно под микроскопом. Я же для них экзотическая зверушка, которую Герман привез с собой из путешествия.

- Прелестное милое создание, а тебе восемнадцать-то есть? – спрашивает с ухмылкой один из парней.

Вот, о чем я и говорила. На их фоне я кажусь значительно младше.

- Маша была моей напарницей на смене, она всего на два года младше, дураки, – быстрее меня отвечает Шацкий, я даже едва успеваю открыть рот.

- Гер, ты с нами? – парни кивают в сторону явно алкогольных напитков на столе.

- Я пас, пацаны, я же за рулем.

Сначала на пару секунд воцаряется тишина, а затем она разрушается громким смехом парней.

- Интересно, а раньше ты говорил «папа отмажет, если что».

Они начинают ржать еще громче, а до меня доходит смысл сказанного. Становится немного не по себе.

- Так, хватит меня перед девушкой позорить, – несколько грозно говорит Шацкий.

- Или папа все, теперь не в деле? Ты самостоятельным стал после лагеря?

- Пацаны, да че вы накинулись на него? – спрашивает парень, который несколько выбивается из коллектива. Интересная внешность – короткая стрижка, тату на шее, бритая бровь и серьга в ухе. Думаю, он точно не с юрфака. Наверное, это тот самый друг Германа из автосервиса.

- Ладно, Фил, не будем обижать Германа. У него и так наверняка психологическая травма после работы с детьми, – говорит самый деловой парень, и компания все еще продолжает ржать.

Герман бросает на них такой красноречивый взгляд, что его друзья все же решают сменить тему для разговора. Шацкий заказывает нам обоим безалкогольные коктейли, какие-то закуски, в то же время за столик приносят два кальяна. Одна из девушек, та, которая со мной даже не здоровалась, предлагает поиграть в настолки.

Инициатива наказуема – сама предложила, в итоге самой и заниматься этим. Брюнетка, смутно напоминающая мне Алину, встает из-за стола и возвращается с прекрасно знакомой игрой «Имаджинариум». Разумеется, все присутствующие за столом играть не смогут, нас больше допустимого количества игроков. Ни у кого не спрашивая, девушка сама выбирает, кто в игре, а кто нет. Угадайте, в чью сторону она даже не смотрит.

- А почему ты решила, что Маша играть не будет? – интересуется у нее Герман.

- Ой. Ну знаешь, я подумала, она стесняется и не хочет.

- Марья, будешь играть вместо меня? – предлагает Шацкий, но мое желание, и без того не очень большое, отбито напрочь.

Мотаю головой, прикрываясь коктейлем. Отчаянно тяну ледяной напиток через трубочку, лишь бы ко мне не приставали и больше ничего не спрашивали.

В общем, игра проходит без меня. Дальнейшие разговоры как-то тоже. Шацкий вроде бы и пытается всеми силами подключать меня, постоянно о чем-то спрашивает, держит за руку, интересуется, не холодно ли