Каникулы влюбленного режима - Маша Брежнева

Но ты сидела у него в машине и сама все видела. У этих людей явно водятся большие деньги. А богатеньким мальчикам всегда нужно одно. Я не хочу, чтобы он соблазнил тебя красивой машиной, дорогими ресторанами и букетами, уложил в койку и исчез!

Глаза наполняются слезами, а в горле застревает ком. Отчаянно пытаюсь удержать все в себе, но мне больно и обидно до ужаса. Вернее, до слез. Я понимаю, что родной отец не считает меня легкодоступной девушкой и верит, что мне искренне, честно нравится Герман. Но вот самому Герману он не верит вообще. И хотя мне очень хочется надеяться на серьезность намерений Шацкого и его стремление быть со мной, какой-то гадский червячок сомнения застревает в душе после папиных слов. А вдруг...

- Пап, зачем ты так говоришь?

- Потому что я желаю уберечь тебя от разбитого этим богатеньким мальчиком сердца!

- Коля, но все-таки мы лично с ним не знакомы, может, ты спешишь со своими выводами? – мама пытается вступиться за меня.

- А почему этот распрекрасный Герман не изъявил желания познакомиться с нами? Он был с Машей, когда я забирал ее на выходной. Он привез ее сейчас, и оба раза смылся, не показываясь на глаза. О чем это говорит?

- Давай пригласим его на чай и посмотрим, что он скажет, – мама все равно стоит на своем. – Может, он постеснялся вот так влезать в нашу семью.

- Зато под юбку моей дочери лезть он не стесняется!

- Папа! – сорванным от слез голосом кричу. – Он не лез мне под юбку! И не надо судить о нем исключительно по дорогой машине. Я его позову, и если он не придет, тогда я задумаюсь, что это значит. А если он согласится, не кидайся на него с порога, хорошо?

Хочет сказать что-то еще, но осекается и недовольно кивает. Подобрав остальные вещи из сумок, скрываюсь в ванной комнате под предлогом загрузить машинку грязной одеждой и принять душ. На самом деле, я просто не хочу, чтобы родители видели мои слезы. Потому что мне грустно и тревожно, а еще я боюсь, что папа может оказаться прав…

Глава 29. Долго же ты спал

Герман

Наш с парнями чат тарахтел все эти три недели, но я отключил уведомления и не заходил туда вовсе. Сейчас, поужинав, приняв душ и находясь в расслабленном состоянии, захожу в мессенджер и смотрю чат. Включаю звук и закидываю инфу о том, что вернулся из лагеря. Пацаны, встретив эту новость радостно, пишут, что сейчас зависают в бильярде и зовут меня с собой.

Конечно, уже довольно поздно. Пока я отвез Машу, приехал домой, наболтался с сестрой и закончил свои дела, прошло много времени. С другой стороны, я не был на наших тусовках три недели. И что меня держит дома?

Подумав с минуту, поднимаюсь и начинаю собираться.

- Намылился куда-то? – заглядывает ко мне Лина, услышав звуки из моей комнаты.

- В бильярд с пацанами.

- Ты время видел?

- Какая разница? Мне завтра к восьми не вставать и детей не будить.

- Фил хотя бы будет? – последняя надежда моей сестры заключается в том, что дорогой Филя проследит за мной, чтобы я не пошел в разнос после перерыва.

- Нет, конечно, он уже год как не ходит на такие тусовки, подкаблучник. Но там и без него людей хватит.

Зависаю в ожидании комментариев и очередного сеанса нотаций от сестры, но этого не случается. Она молча уходит, а я вызываю такси и уезжаю тусить.

Бильярд, кальянка, бар. Обычная программа нашей банды – «золотой молодёжи» краснодарского юрфака. Домой я приезжаю поздно… Или, точнее сказать, рано. Заваливаюсь спать и с радостью отключаю будильник. Больше он мне не нужен. Дрыхну до обеда, а когда просыпаюсь, понимаю, что Марья явно уже сдалась в ожидании «доброго утра» от меня. Собственно, уже и не утро. Ну, я и не обещал самому себе скромный образ жизни в августе.

Сначала планирую позвонить ей, но голова немного гудит после ночной вылазки. Я пока не готов к телефонным разговорам, поэтому пишу сообщение.

«Привет, Марья. Как твой первый день дома?»

Мария Тихонова:«Привет. Долго же ты спал)) Все отлично, если не считать одного момента»

«Какого же?»

Пока она печатает, я поднимаюсь и переваливаюсь на кухню, включаю кофемашину и заряжаю ее на огромную чашку кофе.

Мария Тихонова:«Папа расстроился, что ты не зашел к нам на чай и не познакомился с ним и мамой»

«Думал, это не очень уместно))»

Так, кажется, все серьезно. Марья наверняка уже все рассказала про меня папочке. Может, он вообще из окна увидел, кто его дочь подвозил.

Мария Тихонова:«Родители просили в ближайшее время позвать тебя в гости к нам. Ты придешь?»

«Конечно, приду, Марья»

Правда, я никогда в жизни не знакомился с родителями девушки. Все бывает в первый раз, Шацкий, вот так вот.

«А ты сегодня пойдешь со мной к моим друзьям?»

Мария Тихонова:«Надеюсь, не в ночной клуб?»

«Маш, я не фанат таких мест, это мы еще на первом курсе прошли. Просто в лаундж-бар какой-нибудь. Я приеду за тобой в восемь, идет? Родителям скажи, что домой тебя доставлю в целости и сохранности. Пока к тебе домой)»

Специально пишу это «пока», чтобы морально готовилась потихоньку ко всему, что обязательно будет впереди. Но сначала я действительно хочу познакомить ее с нашей компанией. Вчера рассказал пацанам, предложил сегодня общий сбор, попросил тех, у кого есть девушки, взять их с собой. И тусовку организуем более скромную, чем вчера.

Мария Тихонова:«Хорошо, к восьми буду готова. До встречи»

Когда мы договариваемся, настроение сражу же поднимается. Принимаюсь жарить себе яичницу, и на различные кухонные звуки из своей комнаты выплывает Лина.

- О, братец. Жив?

- Живее всех живых. Сегодня в лаундже тусим вечером, ты же придешь? Я беру с собой Марью, поэтому ты мне очень нужна, – смотрю на нее с надеждой, потому что без Лины действительно будет трудно, она хорошо справляется с ролью связующего звена любой вечеринки.

- Герман, твою мать!

- Напоминаю, что она и твоя мать тоже, – возвращаю сестре ее же слова.

- Резонно. Гер, почему именно сегодня? Я ужасно хочу посмотреть на твою Машу и поболтать с ней, но сегодня никак не вариант. У директора нашего агентства день рождения, она устраивает праздник вечером, и я уже согласилась. А скакать с одной вечеринки на другую не в моих правилах, ты знаешь.

- Серьезно?

- Прости, – она пожимает плечами. – Я действительно уже не могу отказаться. Позови Фила, думаю, он справится не хуже меня.

У меня не остается других вариантов, и после завтрака и душа я звоню