Опасная беременность. Девочка Басманова - Виктория Вишневская

больше и больше проблем.

Открываю телефон, вижу сообщение от своей куколки. Дал ей свой номер, чтобы писала. И охрану к ней приставил. Смотрят издалека, чтобы эта непоседа в проблемы не влезла.

Открыв сообщение, замечаю текст.

«Сегодня убиралась в гримёрке для стриптизёрш. Смотри, какой наряд нашла».

Отослала фотографию. И не просто отдельный костюм, висящий на вешалке. А на ней.

Не успеваю даже разглядеть. Сразу блокирую экран, сжимая телефон до хруста в пальцах.

Мирон подходит, а я убираю руку в карман, поправляя зашевелившийся член.

Больная, блин.

На работу официанткой ходить надо, а не этим заниматься. Нахрена ей вообще эта работа, если у неё есть я? Точно. Ей нужно отвлекаться.

Недолго, куколка.

Связался с врачом. Сказал, что с нашей динамикой траха она уже должна была забеременеть. И я в этом уверен. У меня столько спермы благодаря ей вышло — в жизни столько не видел.

Так, всё.

Нельзя о ней думать. Иначе сорвусь.

Поэтому полностью ухожу в работу, на пару дней пытаясь абстрагироваться от дурманящей меня блондинки.

Ульяна

Прочитал и не ответил.

Сухарь.

Откидываю телефон в сторону, запрокидывая голову на спинку стула.

Хочу его увидеть. Очень.

Почему я стала такая, а?

Приручённая собачка, что требует внимания и ласки хозяина. А он уехал. Надеюсь, я не буду, как Хатико, и всё же дождусь его.

Самочувствие ещё что-то… Нехорошее. То в жар кидает, то в холод.

Простудилась на работе?

На всякий случай завариваю чай с малиной. Надо будет купить завтра мёда и… пастилы. Жутко хочу пастилу. Надеюсь, найду её в универмаге у дома.

А пока снова беру телефон, записываюсь к гинекологу. Ближайший приём через три дня. Нормально. Мне же не срочно таблетки эти пить нужно.

Всё же непонятно, когда мы встретимся…

Да и тест бы сделать. А то я накрутила себя за весь день после разговора с Ярославой.

Иду за сумкой в коридор, достаю маленькую прямоугольную коробочку. В ванной распаковываю. Оставляю на стиральной машинке. На удивление, я не волнуюсь. Вот вообще. Открываю коробку и чуть не роняю её на пол, когда до ванной комнаты долетают звуки от входной двери.

Оставляю всё на машинке и иду открывать дверь.

Это не Яра. У неё есть ключи. Я вчера отдала ей вторую связку.

Басманов?!

От одной мысли о нём ускоряюсь. Подлетаю к двери и на радостях, не посмотрев в глазок, распахиваю единственную преграду между мной и понравившимся мужчиной.

А?..

Глава 49. Ульяна от 26.01

Глава 49. Ульяна от 26.01

Ульяна

— Ой, а ты чего ключами не открыла? — удивлённо выдыхаю, пытаясь успокоить свой возбудившийся настрой. Я думала, это Булат пришёл. Но… нет. Ярослава. И очень странная.

— Они в другой сумке, — отмахивается, проходит внутрь квартиры. Красивая, нарядная, в роскошном платье и курткой поверх него. Точно! Они ведь сегодня с Громовым на какой-то вечер ездили. Она рассказывала. Неужели он плохо прошёл?

— На тебе лица нет, — замечаю, когда девушка даже не смотрит на меня. Как-то вскользь взглянула, снимая сапоги и куртку. — Что-то случилось?

Она оборачивается. Пытается сдержать слёзы, шмыгая носом. Разбитая, подавленная, точно не моя начальница.

— Случилось, — коротко кивает и кривится, лишь бы не расплакаться. — Он не принял мою беременность.

Я сразу понимаю, о чём она. Она ведь говорила, что забеременела от своего опекуна.

Неужели всё ему рассказала?

Плакать начинает. Я тут же делаю шаг вперёд, обнимая её и прижимая к себе.

Ненавижу такие ситуации. Потому что не знаю, что делать, как помочь.

— И ребёнок наш ему не нужен, — всхлипывает мне в плечо.

— Поплачь, поплачь, — успокаивающе глажу её по спине. Сердце на куски разрывается. Меня как будто Булат предаёт в этот момент. И на секунду я не хочу никаких отношений. Наверное… Это больно. Очень больно разочаровываться в любимом человеке.

Но Басманов для меня не любимый. Нет.

Просто… Мне его не хватает. Сильно.

Мотаю головой. Хватит о себе, Ульяна. Подруге больно.

Я веду её к дивану, даю ей выплакаться. Утешаю шоколадом, которым вдоволь закупилась. Помогаю излить душу, выслушиваю проблемы. Какой же говнюк этот Громов, оказывается! Выслушав всю историю и заключение Яры… я теряюсь.

— Ты хочешь уехать?

Кивает, стирая слёзы со щёк.

— Да. Отдохну немного, потом вернусь.

Ничего не могу ей сказать. Наверное, я бы сделала так же. Уехала куда подальше, охладила бы мозги и потом, взвесив всё, приехала обратно. Иногда нужна перезагрузка. Поэтому поддерживаю подругу.

Через полчаса заказываю ей такси, провожаю на выход и желаю удачи. Отпускаю её с волнением, но…

Предчувствие у меня такое, что всё будет хорошо. Да и Яра сумку здесь оставила, сказала, что приедет попозже — после того, как куда-то съездит. Взяла только деньги.

Закрыв за ней дверь, едва не сползаю по стенке вниз.

Интересно… Вдруг будет такой день, когда я узнаю, что беременна от Булата, и мне придётся сказать ему об этом? Что он скажет? Как отреагирует?

Утыкаюсь лицом в колени, и грустно становится.

Надеюсь, такого момента не будет. Пока что. Ибо я не готова.

Блин, я же тест сделать хотела… Ага. Встать нужно, пойти и сделать, чтобы успокоиться хотя бы на время.

Поднимаюсь устало на ноги и всё же плетусь в ванную комнату.

Проблемы у подруги, а вымотана я… Будто всю боль через себя пропустила.

Поэтому без энтузиазма, спокойно делаю все манипуляции. Пока жду результата — сижу в телефоне, проверяя ещё раз, не ответил ли мне Булат. Ничего. Как под землю провалился. Но я понимаю всё. Ему сейчас не до меня.

Откладываю телефон в сторону. Смотрю на белую бумажку. Там виднеется одна красная полоска. И вроде всё.

Выдыхаю, чуть не хватаясь за сердце.

Не беременна!

Беру полоску в руки, подношу ближе, чтобы удостовериться в своей правоте.

А там…

Вторая слабая розовая полоска пробивается. С каждой секундой чуть ярче становится.

Чуть не падаю на пол, но хватаюсь за стиральную машинку.

Да быть не может… Ерунда какая-то…

Неужели Басманов где-то недоглядел? И он как-то кончил в меня?

Боже мой… нет-нет. Мне кажется! После Яры я немного не в себе! И вижу то, чего не может быть.

А может, свет здесь такой неяркий?

Выбегаю из ванной, приземляюсь на ковре у журнального столика. Включаю на нём лампу, высматривая результат нашего совместного с Басмановым отдыха.

Две полоски…

Две полоски!

Легонько касаюсь ладонью живота. Там… Там кто-то теперь живёт. Ребёнок. Маленький, ещё несформировавшийся ребёнок. Басманова. Его.

Боже мой.