Эль Море - Нити Жизни

Майкл толкает брата локтем в ребро, моя сестра пожирает его взглядом гадюки, того и гляди запрыскает ядовитой слюной.

Меня посетила запоздалая мысль — какого хрена он вообще здесь делает? Ну, что ж, раз хочет попасть под раздачу, я как раз на нужной волне — уже ругаюсь сквозь зубы.

— Рот закрой, — прошипела я, оскаливаясь.

Его выразительные глаза, в которых намного больше можно увидеть, чем он показывает, опять выражают свое призрение мне, как почтение.

Кажется мы из тех людей, которые уже заочно ненавидят друг друга, а встретившись, создают что-то по типу мертвой зоны вокруг себя. И я не завидую тому, кто попадает в нашу воронку.

Мы смотрим друг на друга — игра в переглядки, кто кого, начата.

Я слышу, как сестра подает знак официанту и просит принести ей каппучино и чизкейк, как Майкл заказывает два «американо», как девушка за соседним столиком рассказывает о поездке на пляж, как самолет пересекает небо, оставляя серебряный след. А я, не отрываясь от карих глаз, думаю, что секунды тянутся, как дни. Но, иногда в жизни нет выбора, и все происходит за мгновенье. — Ба… — знакомый голос оглушает меня немыслимым хлопком. — Кого я вижу?! Вот так встреча.

У меня поплыли звездочки, в голове стрельнула резкая боль, попав точно в цель.

«На помощь!!!» — проорала я панически, подавившись воздухом. Мое сердце ухнуло в груди, а потом помчалось, сломя голову, в ритме марафона на короткую дистанцию. Этот баритон я бы узнала из сотни голосов, он, несомненно, принадлежал лишь одному человеку. Я подняла глаза и встретилась лицом к лицу с Джастином. Мне сквозь землю захотелось провалиться.

— И тебе, — недовольно отвечает Майкл, Нейл молчит. Однако его замаскированный взгляд заставил меня предполагать, что у него тоже имелись какие-то претензии к нему.

Пока часы тикают, образовывается пауза, я начинаю нервничать. Для меня было слишком много напряжения. Я не могла дышать, мои мысли разбегались.

— Привет, красавица! — Он фокусирует взгляд на мне и удостаивает широкой, нахальной улыбкой.

Его слова прозвучали, как тарабарщина. Я проглотила образовавшийся ком в горле. Я словно слышала то, что он еще не озвучил. Я тяжело дышу. Ужас. Стыд. Позор. Всё это — захватило меня.

— Здравствуй! — наконец выдавила я, бледнея с каждым мгновением. Но что это? Не вглядываясь, было хорошо видно, что у Джастина — помята физиономия. Замазанный фингал под глазом, разбитая губа. — Напряжение в моих плечах ослабло. «Это я так его?» — проскочило в мыслях. Да, быть не может. Не уж-то его еще кто-то отделал? — Мои глаза оценивали его рожу, и он понял это.

Взял и направился в мою сторону, я испугалась, но не сдвинулась. Вокруг столько людей. Он не посмеет и пальцем тронуть меня. Вчерашнее не повторится больше никогда. Никогда не позволю кому-то лапать себя против воли.

— Прошлой ночью мы не закончили, так? — он сказал это намеренно тихо, что даже сестра, находившаяся ближе всех ко мне, вряд ли расслышала хоть что-то.

Его слова ранили. У меня перехватило дыхание, и я сфокусировалась на том, чтобы спокойно сделать выдох и не казаться взволнованной. — Да пошел ты, — выплюнула я. На что он кинул мне усмешку и, упершись одной рукой в спинку моего стула, а другой об край столика, наклонился еще ближе, прошептал:

— Так что, обязательно доведем это до конца, — его пальцы потянулись к моим волосам.

— Не прикасайся ко мне, — выпалила я, напрягая связки. Но заметив недоуменный взгляд со стороны, смягчила тональность и с улыбкой заявила: — Если сейчас ты не отвалишь от меня, и я услышу что-то еще в свой адрес, то я прямиком отсюда поеду в полицейский участок и накатаю на твою задницу заявление о попытке изнасилования. И это уверенно подпортит твою репутацию.

— Детка, не играй со мной.

— Играть с тобой будут в тюремной камере, во всех позах. — Я сделала жест рукой, якобы поправляя мешавшие пряди, тем самым продемонстрировав вчерашний порез. — Правда, мило? Но куда милее будет экспертам ползать у тебя по кровати, собирая мои волосы, которые там остались. Изымать кассеты с камер слежения и допрашивать тебя. 

Я отстранилась, утонув в мягкой сидушке стула, и со злорадством заявила: — Рада была тебя видеть!

Его глаза сузились, он переменился в лице, довольная мина сползла, как краска с полотна. Я едва прочитала ругательство, которое он прошепелявил одними губами.

«Кусок дерьма и есть дерьмо!» — я мысленно высказалась.

— Ну, не буду мешать. — Он выпрямился и отошел.

— Кто это? — писклявым голоском спросило блондинистое тельце, пытаясь утолить собственное любопытство.

— Ага, нам интересно, — вторил её клон, занимая столик позади нас.

— Это же та самая! — сказал парень из их компании. — С твоей вечеринки.

— О, да, — довольно высказал Джастин.

В это время подошел человек из обслуживающего персонала, а вешалки в коротких платьях на платформах удалились в дамскую комнату.

— И вы с ней?

— Я переспал с ней. И не раз, поверь. — Он говорит это нарочно громко, так, чтоб не только я слышала.

После этого, я чувствую кучу глаз, сверливших взглядом огромные дыры на моем затылке. У меня горит лицо, дыхание сбилось, заставляя внутренности сжиматься от недостатка кислорода. Я пылаю, жую губу, подтягиваю пальцы руки к себе, ногти издают шкрябующий звук об стекло.

— И как это было?

— Ну… — Он играет на моих нервах. — Сказать по правде…

Я несусь по кругу на каруселях. Земля вертится, все мелькает и дребезжит. Я наслаждаюсь качкой. Моя гордость рвет и распирает меня.

Я вскакиваю и под взглядом отходящего официанта, заинтересованных посетителей, — предстаю перед этим сказочником. Я мысленно собираюсь, ожидая и не сводя с него глаз. Злоба и ненависть окутывают меня, пробираясь сквозь ауру.

— Может, хватит распускать слухи о том, что я с тобой спала? — Я держалась стойко, выдирая из себя слова.

К разгорающемуся трагодрамотичному представлению возвратились крашеные особи женского пола. Следом приехал и их поднос с заказом.

— Детка, чего ты стесняешься, ведь все, правда. Нам же было хорошо. — Его взгляд прополз по моим формам и уперся куда-то за меня. Улыбка оголила крупные зубы.

Я тыкаю пальцем ему в грудь.

— Ты придурок. Оставь меня в покое, — произношу я невнятно, кажется, начался отлив адреналина из крови, меня немного трясло, а зубы стучали от нервов. Мне было до жути омерзительно.

— Ну вот, а вчера твой голос не звучал так разнообразно. Только — ах, ох, и да, Джастин. — С его рожи не сходила потешная улыбка, а гоготание его друзей растаптывало меня, как маленького жучка.