Кэти Келли - Уроки разбитых сердец

На следующий день после ужасной сцены у музея Иззи пришлось собрать в кулак всю свою волю и выбросить из головы Джо вместе с его женой ради знаменательной встречи с богатым клиентом. Косметическая фирма «Джейкобмэн корпорейшн» готовилась развернуть многомиллионную рекламную кампанию косметики для подростков. Им требовалась новая модель — лицо будущей косметической линии, и «Перфект» готово было вывернуться наизнанку, лишь бы найти подходящую девушку.

Подобный заказ — лакомый кусок для модельного агентства, но Иззи, раздавленной историей с Джо, меньше всего хотелось сейчас вести такие ответственные переговоры.

Входя в роскошное здание «Джейкобмэн» на Мэдисон-авеню, Иззи расправила плечи и высоко подняла голову. В элегантном черном костюме от Марка Джейкобса, с гладко зачесанными назад волосами, она казалась деловитой, собранной, уверенной в себе женщиной. Добрых четыре унции невидимой косметики «Бобби Браун» на лице подчеркивали его выразительность, в то же время, создавая иллюзию отсутствии всякого макияжа.

Тщательно продуманный наряд и ухоженная внешность ловко скрывали усталость и потухший взгляд. На самом деле Иззи чувствовала себя настолько измученной, что даже поднести к губам чашку с кофе стоило ей неимоверных усилий.

Встреча проходила в третьем зале заседаний совета директоров «Джейкобмэн корпорейшн». Первые два своими размерами не уступали стадиону «Янки» и запросто могли бы вместить всю национальную бейсбольную лигу. Кроме Иззи, предоставлявшей «Перфект», на встрече присутствовали еще три человека — менеджеры по продвижению новой косметической линии «Супагерл» и один из руководителей фирмы «Джейкобмэн», Стефан Ландберг.

Выгодным заказом «Перфект» было обязано супруге Рика Джейкобмэна-младшего, бывшей модели, чья стремительная, хотя и короткая карьера начиналась когда-то именно в этом агентстве, прежде чем благополучно завершиться в объятиях Рика, наследника отцовских миллионов. Новоявленная миссис Джейкобмэн, обладавшая на удивление хорошей памятью, пожелала отблагодарить тех, кто обеспечил ей блистательный старт. В модельной индустрии Светлана Джейкобмэн была известна как женщина, подписавшая самый выгодный контракт с косметической корпорацией. И хотя над ней висел наподобие дамоклова меча железобетонный брачный договор, грозивший всеми карами небесными, если что-то пойдет не так, Светлана была богата и наслаждалась своим богатством.

— Ну да, мордашка у нее свеженькая, но девочка, похоже, чуточку тронутая, скажете, нет? — раздраженно проворчал один из менеджеров «Супагерл», брезгливо отбрасывая в сторону фотографию уже третьей модели. — Зачем нам девчонка с прибабахом? Нам нужна обычная американская девочка-подросток.

Сидя по другую сторону стола, Иззи незаметно вонзила себе ногти в ладони, чтобы не брякнуть чего-нибудь лишнего. Обычный подросток, как бы не так. Для рекламы нежирного крема для лица им нужна была пятнадцатилетняя богиня, в жизни не видевшая прыщей.

— Лорелея действительно очень разносторонняя модель, она способна выступать в различных амплуа, — сдержанно возразила Иззи, сумев подавить гнев.

— Нет-нет, чокнутые нам ни к чему, — пробубнила представительница заказчика, которой на вид можно было дать лет двенадцать. В слаженном дуэте менеджеров «Супагерл» она явно играла роль подпевалы.

— Нет, определенно нет. Этот вариант мы сразу отбрасываем. Кого еще вы можете нам предложить? — процедил сквозь зубы ее коллега.

Следующие полчаса показались Иззи настоящей пыткой. К концу этого изматывающего раунда у нее в запасе осталось всего четыре портфолио, и прежде чем снова выйти на ринг, ей требовалось взбодрить себя кофеином.

— Мне нужно выпить кофе, — заявила она и резко вскочила из-за стола, сумев выдавить из себя улыбку.

— Я бы тоже глотнул кофейку, — откликнулся Стефан, поднимаясь следом за ней.

Рядом с конференц-залом помещалась небольшая кухня, чуть побольше размером, чем крохотная кухонька в квартире Иззи.

— Что ж, пока похвастать нечем, но кто знает, может, мы еще наткнемся на золотой самородок, — бодро заметил Стефан, прислонившись к дверному косяку.

Иззи замерла в нерешительности перед кофеваркой, раздумывая, что лучше выбрать — эспрессо или американо. Ландберг, одетый с элегантной небрежностью, уместной скорее за стенами офиса, был довольно привлекательным мужчиной, но уж слишком лощеным: светлые волосы смазаны гелем и тщательно уложены, рубашка распахнута на груди, демонстрируя внушительную мускулатуру. Иззи мгновенно представила себе, как он стоит утром перед зеркалом и прикидывает, сколько пуговиц оставить расстегнутыми. Ее передернуло от отвращения. Она предпочитала совсем других мужчин, тех, которые свободно чувствовали себя в дорогих костюмах, но отнюдь не стремились произвести впечатление своей внешностью. Но к сожалению, с подобными парнями тоже не стоило связываться, если судить по Джо Хансену.

Обида на Джо вспыхнула с новой силой, и Иззи мгновенно прониклась ненавистью ко всей мужской половине человечества.

— В золотой самородок верится слабо, — угрюмо бросила она. — Вашей сладкой парочке — Лорелу и Харди[7], — похоже, не понравилась ни одна модель из тех, что я показала.

— Лорел и Харди? Ну, вы слишком суровы. Что, трудный выдался день?

— Совершенно верно. — Иззи выбрала американо. С утра она без того влила в себя слишком много эспрессо, еще одна чашка, и ее бы, пожалуй, начало трясти.

— Проблемы с мужчиной? Или сложности на работе? — поинтересовался Стефан.

Иззи ответила ему колючим взглядом. Кто позволил этому хлыщу лезть в ее жизнь? С такими как он — напористыми, падкими до женщин самцами, свободно распоряжающимися корпоративной золотой карточкой — разговоры о мужчинах всегда заканчиваются одинаково. Они предлагают вам себя (в одежде или без) или приглашают поплакать у них на плече.

— У меня нет проблем с мужчинами, поскольку я предпочитаю не иметь с ними ничего общего.

— Жалко.

— Жалко у пчелки…

— Вы уверены, что не хотите поговорить?

— Стефан, — рявкнула Иззи, — я не собираюсь обсуждать с вами свою личную жизнь. Мы не друзья.

— О-о! — Он схватился за сердце, делая вид, что смертельно ранен. Иззи рассмеялась.

— Что мне в вас нравится, так это спокойствие, с которым вы выслушиваете все, что бы я ни сказала.

— Я весь внимание, но вам не хочется со мной делиться, вы вечно меня отвергаете. Как в тот раз, когда я пригласил вас на аперитив перед вечеринкой, которую устраивал «Форд», помните?