Стейси Браун - Сбежавшая невеста

Он послал ей убийственный взгляд. Тело болело адски. Может быть, ребра действительно сломаны.

— Сейчас поздно, и я очень устал. Идите спать, Кара.

Расправив плечи, она заявила твердо:

— Не пойду. Мы заключили соглашение, милорд, не забывайте об этом.

— Вам ли говорить. — Он опрокинул третий стакан бренди.

Она недовольно поджала губы.

— Вы рассказывали о том, что произошло, милорд.

Он вздохнул.

— У меня ссора со старым другом. Он и кое-кто из его несимпатичных приятелей решили провести несколько раундов. Думаю, что это был он. К несчастью. — Он дотронулся до качающегося зуба. — Мне нужно чаще боксировать у Джексона.

— Он напал на вас? Почему? Из-за чего? Алекс, если у вас неприятности, вы должны все мне рассказать. — Она устроилась у его ног поудобнее. Синие глаза сверкали, предвкушая приключение. — Я помогу вам, если смогу. Я отличный боец и очень преданный!

Он покачал головой и улыбнулся про себя при мысли о своей прелестной маленькой жене, спасающей его от опасности.

— Уверен, что все это так. Но я сам справлюсь с собственными проблемами.

Приподняв бровь, она сухо спросила:

— Так ли? Милорд, судя по вашему виду, вы нуждаетесь в любой помощи, которую можно получить.

— Я слишком устал, чтобы обсуждать это сегодня. — И он попытался встать.

— Вы уходите от вопроса, — вздохнула она. — Правда, вид у вас...

— Благодарю, — проворчал он. — Помогите мне, пожалуйста, если вас не затруднит.

Обняв его за талию, она помогла ему добраться до кровати.

— Одну хорошую вещь я извлекла из сегодняшнего вечера.

— Какую именно? — спросил он, тяжело опираясь на ее хрупкие плечи.

Она помогла ему лечь.

— По крайней мере, я знаю, что вы были честны со мной. Что бы вы ни делали, вы, очевидно, не виновны в неверности.

— Кара, — пробормотал он, морщась от усилий лечь. — Было бы намного легче, если бы вы поверили мне на слово. И куда менее болезненно.

— Ну да, вы правы. Тем не менее я рада узнать, что вам можно доверять.

— Благодарю вас, — проворчал он.

Кара взглянула на полуобнаженное тело и нахмурилась. Ситуация была довольно неловкой: не может же он спать в штанах? Но она слишком застенчива, чтобы раздеть его.

С другой стороны, пусть спит в одежде. В крайнем случае, снимет брюки сам. Она решила снять с него башмаки. Уронив их на пол, она взглянула на него: он почти спал. Она подошла, чтобы укрыть его, но он остановил ее.

Алекс улыбнулся своей обожаемой ведьмочке, краснеющей до корней волос перед необходимостью раздеть мужа.

— Кара, — заметил он в полном восторге от ее стеснительности, — я не собираюсь спать в этих грязных бриджах. Уверяю вас, — добавил он ровным голосом, — вы в полной безопасности. В нынешних обстоятельствах я мало на что способен.

Бросив на него недовольный взгляд, она принялась за дело. Он чуть не рассмеялся вслух, но подавил естественное желание. Стащив с него бриджи, она швырнула их на пол и накрыла его одеялом. Он рассмеялся.

— Доброй ночи, — тявкнула она и повернулась спиной.

Глаза его вновь скользнули по силуэту на фоне горящего камина. Еще раз он ощутил бешеное желание схватить жену в охапку, бросить в постель и заняться с ней любовью. Но он снова сдержал себя.

Черт! Он еще больше разозлился на кретинов, которые так его отделали. Нужно несколько дней, чтобы он смог затащить ее в постель. Желание, однако, не уменьшалось. Он хотел ее больше, чем когда-либо. И это причиняло ему массу физических неудобств. Он не мог вспомнить, когда он в последний раз так долго обходился без женщины. К тому же его избили впустую. Бушар оставался на свободе.

Он закрыл глаза и постарался забыть о боли во всем теле. Открыв один глаз, он взглянул на свою соблазнительную жену. Такая близкая и такая далекая, подумал он с горечью.

— Вы не идете в постель? — спросил он хрипло. — Или собираетесь спать стоя?

От одной мысли о его обнаженном теле под простынями ее бросило в жар.

— Через несколько минут, — пролепетала она. — Я не хочу вас беспокоить.

— Немного поздно для этого, — заметил он почти неслышно.

Она резко обернулась.

— Что?

— Ничего. — Он подложил руку под голову и закрыл глаза. — Вы не поймете.

Неужели? — подумала Кара и вздохнула.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На следующее утро Кара проснулась и обнаружила, что лежит, тесно сплетясь с обнаженным мужчиной. С Алексом!

Рука его обнимала ее за талию, крепко прижав к себе. Сердце ее упало, похоже было, что он никогда ее не выпустит.

Грудь его мягко поднималась и опускалась под ее щекой. Слава Богу, он еще крепко спит. Если он проснется и найдет ее на своей груди, она умрет, просто умрет от унижения. Осторожно она приподняла его руку и освободилась. Интересно, как это получилось, кто кого нашел ночью? Он заснул не сразу и с трудом, и она тоже не спала большую часть ночи. Последнее, что она ясно помнила, — она жалась к краю кровати, отчаянно пытаясь не касаться его обнаженного тела.

Тихо выскользнув из постели, она накинула халат и взглянула на спящего мужа. Лицо его при свете дня выглядело ужасно. Она обязана была послать за доктором вчера вечером.

Черные волосы падали на лоб, и он казался почти мальчишкой. Она подавила желание запустить пальцы в эти чудные кудри. Восхищенный взгляд ее скользнул вниз, к широкой груди и узким бедрам, едва прикрытым простыней. Она удовлетворенно вздохнула и натянула на него одеяло. Он пошевелился во сне и протянул руку, словно искал ее.

Улыбаясь про себя, она оторвала взгляд от спящего мужа и глянула на яркий свет, пробивающийся через шторы. Если она хочет найти сегодня мистера Бринстона и вернуться домой незамеченной, нужно спешить.

Кара сразу подозвала наемную карету. Ускользнуть из дому оказалось совсем просто. Желудок, однако, болезненно сжимался, ибо очень скоро она прибудет к Сент-Джеймскому дворцу. И узнает наконец правду о прошлом отца.

Взглянув в заднее окошко, она обнаружила закрытую черную карету, следующую за ней. Дрожь пробежала по спине: эту карету она уже видела. Когда ездила с Алексом к мадам Журдан. Во всем Лондоне не могло быть двух столь зловещих черных карет. Это не могло быть совпадением. За ней следят. Но почему? И кто?

Когда кеб остановился у дворца, Кара выглянула из окна в поисках таинственной кареты. Но ее не было видно. Должно быть, она свернула в переулок.

Прогнав тревогу, она вышла из экипажа и расплатилась с кебменом. Из-за встречи с этим странным маленьким французом она начала воображать себе всякий вздор.

Обыскивая взглядом площадь, она размышляла о том, что, быть может, ее первое впечатление было слишком поспешным. Но когда толстый, неряшливо одетый человек появился в поле зрения, она решила, что была слишком снисходительна. Оставалось надеяться, что его наблюдательность окажется лучше, чем его портной.