С.К. Хартли - Жили-были...

– Чувствую себя ходячей рекламой денег, – призналась я скорее себе, чем ему.

– Что бы ты не одела, всё равно будешь выглядеть на миллион долларов.

– Мы не можем этого сделать, – прошептала я и закрыла глаза, не готовая признать, насколько сильно эти слова ранят меня.

– Ты сама веришь в то, что говоришь? Поскольку прямо сейчас мне кажется, что твоё тело считает иначе. – Открыв глаза, я встретилась взглядом с Габриэлем, на его губах играла улыбка. – Я чувствую запах твоего возбуждения, и насколько сильно ты этого хочешь.

– Не важно, как сильно я этого хочу. Ничего не будет. Это всё, что тебе надо знать.

Габриэль долго смотрел мне в глаза, прежде чем кивнуть и направиться к двери.

– Надень это платье, Пэйтон. Без шуток, ты выглядишь потрясающе, – сказал он, а потом вышел из комнаты. Теперь меня одолевало ещё больше вопросов, чем до его прихода.

Как только Габриэль ушёл, вошли мои лучшие друзья. Оба очень нервничали. Вздохнув, я плюнула на скромность и молча сняла платье. Пока я одевалась, Кайли повесила его на вешалку и вышла за дверь.

Направившись следом, я пыталась избавиться от мыслей, не желавших покидать мою больную голову. Но стоило увидеть лицо Куинна, они тут же вернулись. Пусть не словами, но всем своим видом я давала им понять, что платье не надену. В нём я сама на себя не похожа, и мне это не нравилось.

– Милая, не злись, – негромко попросил Куинн.

Не злиться? От подобной просьбы меня всегда захлёстывает бешенство.

– Проклятье! Что на этот раз? – вздохнула я. Мне просто хотелось отсюда свалить.

Ко мне подошла Кайли с огромной коробкой в руках.

– Что ж, может, Габриэль и дал тебе свою кредитку, но покупку он уже оплатил. Теперь ты хозяйка эксклюзивного платья от Веры Вонг. – Куинн поёжился, заметив выражение моего лица.

Что он сделал?

Мои глаза расширились от удивления, когда Кайли с неловкой улыбкой остановилась передо мной и протянула мне коробку.

– Мешия сказала, если решишь надеть платье, и оно будет сидеть плохо, тебе нужно просто приехать сюда, и она со всем разберётся. Но я объяснила ей, что ты вряд ли вернёшься, независимо от того, будешь носить платье или нет, хотя, оно и так сидит идеально, – объяснила Кайли.

– Я так зла. Даже слов подобрать не могу, чтобы описать, насколько мне хочется прибить Габриэля за всё это. – Качая головой, я прошла мимо друзей и, не оглядываясь, покинула салон.

Но как только вышла из здания, закатила свои проклятые глаза. Рядом с чёрным «Линкольн Таун Кар» стоял Лео, водитель Габриэля. Печально улыбнувшись, он забрал у меня коробку и положил в багажник, а потом открыл для меня дверь.

За спиной я услышала восторженный визг моих друзей. Мы все забрались в машину, и Лео отвёз нас ко мне домой.

Когда мы вошли в дом, Куинн нёс мою коробку и бурчал всю дорогу до квартиры.

– Я делал макияж Бейонсе и Пинк, а теперь, словно носильщик, тащу твою коробку. В этой ситуации есть что-то неправильное, – вздохнул он, осторожно положив свою ношу на обеденный стол.

– Перестань драматизировать! – рассмеялась Кайли, достав три бокала и захватив бутылку красного вина.

Она прочитала мои мысли.

– Во…

– «Вог» просто обязан тебя нанять. Да-да, мы знаем, – перебила я, покачав головой, когда мы сели за стол, старательно игнорируя коробку.

– Ты же знаешь, что Габриэль не примет его назад, правда? – Кайли махнула теперь уже полупустым бокалом вина на коробку.

– Знаю, – просто сказала я. – Поэтому и собираюсь его надеть.

Куинн резко повернул голову. Полнейший шок и неверие застыли на его лице.

– Прости, такое чувство, будто мы очутились в сумеречной зоне. Пожалуйста, повтори? – Он закашлялся, по-видимому, подавившись вином.

С ухмылкой я сделала большой глоток из своего бокала.

– Ой, да ладно. В его игру могут играть двое. Он знает, как я ненавижу всю эту чепуху: любовь, романтику и сказки, но всё равно с момента нашего знакомства постоянно мне их навязывает. И теперь я собираюсь его чертовски сильно шокировать, надев платье. – Кайли завизжала, да так пронзительно, что мне внезапно захотелось заткнуть уши. – Что?!

Куинн с Кайли переглянулись, не на шутку меня испугав.

– Преображение! – завопили они.

– Только через мой труп. Я надену это проклятое платье, разве этого не достаточно?

– Нет!

Я вздохнула. Они слишком хорошо ладили между собой, когда дело доходило до макияжа, причёски и моды. И это пугало до чёртиков.

– Послушайте, я надену платье, но ни о каком преображении не может быть и речи. Если вы снова об этом заикнётесь, я оболью эту вещицу вином, – убийственно серьёзным тоном заявила я, указав на коробку.

Куинн потрясённо смотрел на меня, а Кайли, казалось, вот-вот разревётся.

Какого хрена?

– Что?! – спросила я.

– Это… Это шантаж! То же, что сказать гею, что он может надеть розовую рубашку, но ярко-жёлтые джинсы должен оставить дома, или с таким прикидом ему ничего не светит. Солнышко, так не поступают!

Я закатила глаза.

– Ты снова идёшь на поводу у собственной сексуальной ориентации!

– Я – гей! – надулся он. – Я имею право так говорить.

– Нет, раз ты гей, то говорить так не должен.

– Я бесподобен. – Он приподнял бровь. – Могу говорить, что хочу.

– Ты просто неисправим, Куиннлан. – Я вздохнула, когда он захихикал.

– Ладно, неважно… Какие планы на эту неделю? – встряла Кайли. – В смысле, перед открытием клуба ты собираешься увидеться с Габриэлем?

Я вздохнула.

– Да, нужно, чтобы он подписал несколько бумаг, но я могу отправить их и электронной почтой.

– Так ты уже была у него дома? – поинтересовался Куинн.

Я бросила на своего друга озадаченный взгляд. Проклятье, с чего вдруг он спросил об этом?

– Э-э-э, нет. А что? – спросила я.

Интересно, к чему весь этот разговор?

– Может, стоит поехать к нему и между делом попросить подписать твой контракт? – Куинн подмигнул мне.

– Фу! – Я поёжилась. – Даже задумываться не собираюсь над тем оскорбительным эвфемизмом, который ты использовал. Даже если бы мне хотелось увидеть его жилище, всё равно ничего не выйдет. Я не знаю его адреса.

– Я знаю! – Кайли подняла руку, словно школьница на уроке.

– Я к нему не поеду. И откуда у тебя, чёрт возьми, его адрес? – просила я.

– Как я уже говорила, когда мы узнали, что «Высокий-Тёмный-и-Опасный» стал твоим клиентом, я попыталась раздобыть кое-какую информацию. Митчелл для меня кое-что нарыл. – Подруга пожала плечами.

Митчелл – один из доверенных сотрудников её отца. Сенаторы должны знать всё о своём окружении, и именно Митчелл занимался поиском всей запрашиваемой информации. В своей работе он просто ас. Даже если в вашем прошлом нет тёмных пятен, это ещё не значит, что в студенческие годы вы не садились за руль пьяным. Ага, он раскопал бы и это. И, похоже, Кайли пользовалась связями отца для собственной выгоды… ну, или моей, что бы это ни значило.