Барбара Бреттон - А может, в этот раз?

Она сидела прислонившись спиной к стволу, с поджа­тыми к груди ногами, опустив голову на колени. Волосы упали на лицо. Джо не мог разглядеть ее лица, но ему показалось, что она плачет. Или собирается заплакать.

– Вот так уход, – сказал Джо, присаживаясь рядом с ней.

– Оставь меня, – отвернувшись, попросила Кристина.

– Наш общий друг Слейд собрался уже спасать тебя, но я отослал его получше экипироваться.

– Я не могу, Джо, – проговорила она с такой болью в голосе, что у Джо что-то заныло внутри. – Это невыно­симо. Куда бы я ни посмотрела, где бы ни остановилась, все напоминает мне о том, что мы потеряли.

– Я знаю, – сказал Джо и погладил ее по щеке.

– Не верю.

Джо не двигался с места.

– Ты думаешь о ребенке.

Кристина медленно развернулась к нему:

– Я что, прозрачная?

– Для меня да.

Он провел кончиком пальца вдоль ее щеки и подбородка.

– Я был там с тобой, Кристина. Я знаю, что ты чув­ствуешь.

– Ты не знаешь меня, Джо. Не знаешь, какая я на самом деле. По крайней мере не знаешь, какой я стала теперь. Ты не представляешь, кто я, чего хочу, куда двигаюсь.

– Люди не меняются.

Кристина приподняла голову и встретилась с ним взглядом.

– Ты ошибаешься. – Смех ее отдавал горечью. – Люди меняются, и ты ничего с этим поделать не можешь.

– Меняются обстоятельства, – настаивал он, – а не мы.

– Ты дурак, Джо, – без злости сказала она; он предпо­чел бы, чтобы она вспылила: так было бы легче для него. – Неужели ты никогда не устаешь преследовать недостижи­мые цели?

– Нет.

В ночном воздухе ощущался аромат ее духов. Она опу­стила голову.

– Даже для тебя, Джо, я совершенно недостижима. Возвращайся к Марине. Там твое место.

Скажи ей, Мак-Марпи, она была твоей женой, ты можешь ей доверять.

– Вещи не всегда то, чем они кажутся, Кристи. Мари­на не…

– Не понимает тебя? Я уже слышала это раньше, Джо. Слышала тысячи раз от тысяч разных мужчин. Внутри у него словно повернули нож.

– Ну что ж, твоя личная жизнь весьма богата.

– Нет, – ответила она, и в голосе ее почувствовались отблески прежнего огня. – Если бы ты действительно хо­рошо знал меня, то никогда не утверждал бы этого!

Джо усмехнулся:

– Я такого не говорил.

– Я знаю, что не говорил. Кристина помолчала немного.

– Они расстроились?

– Из-за того, что ты убежала из-за стола? Кристина кивнула. Джо пожал плечами:

– Они решили, что ты не успела акклиматизироваться, но я бы на твоем месте не стал повторять подобного завтра.

– Я не думаю, что смогу выдержать до завтра. Кристина на мгновение закрыла глаза.

– Завтра я думаю уехать домой. Терри сказала, что я могу остановиться у нее, пока мою квартиру не приведут в порядок.

Джо потрепал ее по голове так, как делал это, когда они еще были женаты. Странно, как давно забытый жест может показаться до боли знакомым и чертовски нужным.

– Ты сможешь. Ты должна остаться на праздник, и ты останешься.

Кристина приподняла бровь:

– Как ты можешь говорить так уверенно?

– Ты любишь Сэма и Нонну, – спокойно объяснил Джо. – И ты знаешь, что для них очень важно твое при­сутствие на празднике.

– Ты так легко все объясняешь.

– На самом деле все просто. Это твоя семья, Кристи, и здесь твое место.

– Никогда я не чувствовала, что здесь мое место. С самого начала я была белой вороной. И в этом смысле ничего не изменилось.

– Чушь.

– Ты даже не понимаешь, о чем я говорю.

– Ты часть этой семьи, этого ранчо, и все, что есть ты, все, чем ты будешь, все это коренится здесь.

Наступила тишина. Болезненная, трудная пауза.

– Тебе не кажется, что пора возвращаться к жене?

– Я скоро пойду.

– А почему бы не пойти прямо сейчас? Я пришла сюда, чтобы побыть одной, Джо.

– Ты знала, что я пойду за тобой.

– Ничего такого я не знала.

Он услышал надежду в ее голосе, или это шесть лет пустоты эхом отдавались в его голове?

– Ты знаешь, я хочу рассказать тебе всю эту прокля­тую историю, все до последней мелочи.

– Что тут рассказывать? – раздраженно бросила Кристина. – Ты счастливый молодожен.

– Наполовину ты права. Кристина отшатнулась:

– Я не хочу слушать. Не думаю, что это было бы справедливо по отношению ко мне, и, уж во всяком случае, совершенно несправедливо по отношению к Марине.

– Между мной и Мариной все не так, как ты думаешь. Джо знал, что ступил на скользкий путь, но никогда еще чувство опасности не было таким увлекающим.

– Мы не спим вместе.

– Мне нет до этого дела.

В глазах ее появился свет, который отсутствовал рань­ше. Вспышка надежды, безумной и нелогичной, вдруг оза­рила ее.

– А я думаю, есть.

Он посмотрел на нее, она – на него. Неожиданно Кри­стина размахнулась и ударила ему локтем в живот.

– Господи! За что? – пробормотал он.

– Я не сплю с женатыми мужчинами, Джо. Даже если этот мужчина – мой бывший муж.

– Доверься мне, Кристи.

Он говорил с настойчивой убедительностью, надеясь заставить ее понять.

– Ты знаешь меня, ты знаешь, что я за человек. Я не стал бы…

– Ты женат, – повторила она, оглядываясь в поисках спасения.

– Между мной и Мариной ничего нет, – повторил он, – но ты не хочешь поверить мне.

– Я не могу слепо полагаться ни на кого, даже на себя самое.

– Но ведь хочется, – сказал он, подталкивая ее. – Признайся, Кристина. Тебе хочется мне поверить. Кристина вскочила на ноги:

– Да, я хочу поверить тебе! Да только что это изме­нит? Ничего не изменит. От того, что я поверю тебе, ты не станешь «меньше женатым». Как бы я тебе ни поверила, мне все равно не превратиться в женщину, которая тебе нужна. Ни черта это не изменит!

– Я ее не люблю.

Глаза ее заволокли слезы, и взгляд стал нежнее и мягче.

– Господи, Джо. Ради ее же блага молю Бога о том, чтобы и она тебя не любила.

– Она терпеть меня не может.

– Тогда почему ты на ней женился? – настаивала Кристина. – Твои слова звучат как признание безумца. Это слишком даже для тебя.

– Похоже, в этом ты мне доверяешь, Кристи. Он встал и обнял ее. Она не сопротивлялась.

– Я не обижу тебя, Крис.

– Еще как, – прошептала она, откинувшись, чтобы взглянуть ему в глаза.

Губы ее оказались нежными, слегка приоткрытыми. Он принял это за приглашение к действию и накрыл ее рот своим в поцелуе, в котором было слито все: долгая жаж­да возмездия, тоска, желание и вопрос. Она не поднима­ла рук, прижав их к бокам. Он слышал, как отчаянно бьется ее сердце, как судорожно она дышит, чувствовал запах ее духов, запах несбывшихся надежд и неистреби­мой мечты.