Ранчо "Счастливое сердце" - Девни Перри

— Земля и животные. Чистота создания чего-то осязаемого своими собственными руками. Это, а также быть управляющим этой землей. Мне нравится, что я помогаю кормить людей. Когда я был в Ираке, я видел много голодающих. Женщины. Дети. Мы не кормим мир или что-то в этом роде, но мне нравится наша цель.

— Ты хороший парень, Сайлас Грант. — На самом деле, самый лучший.

Его взгляд смягчился, и он провел пальцами по моей щеке, оставляя после себя покалывание. Я оттолкнулась от перил, выпрямляясь во весь рост, чтобы посмотреть ему в глаза. Они были темнее, чем обычно, и полны тепла. Я представляла, что мои были почти такими же.

Он снова коснулся пальцами моей щеки, но на этот раз не остановился. Провел ими вверх до лба, затем спустился по переносице к кончику носа.

Когда он прошелся подушечками пальцев по моей верхней губе, дрожь пробежала по моему позвоночнику. Затем он погладил мою нижнюю губу, и я приоткрыла рот с прерывистым вздохом. Несмотря на то, что он касался только моего лица, все мое тело ожило. Пульсация между ног заставила меня слегка покачнуться на ногах.

— Лис, — прошептал он, — я собираюсь поцеловать тебя.

Я ничего не сказала. Не могла. Если бы я заговорила, это могло бы заставить его убрать пальцы от моих губ. Я не хотела рисковать, по крайней мере, пока его губы не оказались бы на моих. Поэтому вместо того, чтобы сказать ему, как сильно и отчаянно я хотела его поцелуя, я просто кивнула.

Его другая рука поднялась и обхватила мою щеку. Я положила голову на его ладонь, придавая ему ее вес. Его рот медленно приближался к моему. Мягкое и нежное прикосновение его губ было почти пыткой, но я не настаивала на большем. Я стояла неподвижно, пока они скользили по моей верхней губе, а затем по нижней, точно так же, как это делали его пальцы.

Мы оба тяжело дышали, когда губы Сайласа, наконец, приоткрылись. Он высунул язык, и я едва почувствовала его теплое, влажное прикосновение, когда снаружи залаяла собака и сквозь щель под раздвижными дверями сарая блеснули фары.

Сайлас прорычал «блять» мне в рот, прежде чем отстранился и повернулся к двери.

Нет! Вселенная сыграла со мной больную и извращенную шутку.

Отдышавшись, я последовала за Сайласом в холодную ночь. Яркие фары были направлены прямо на нас, так что все, что я могла разглядеть — силуэт. Он был высоким и широкоплечим, чем-то напоминавшим мне моего брата.

— Эй, принцесса, — позвал мужчина.

Он обращался ко мне? Я понятия не имела, кто этот человек, но Сайлас ухмылялся, когда сказал:

— Привет, кексик.

Посетитель встал перед лучом автомобиля, и я наконец смогла разглядеть его красивое лицо. У него были черные волосы и темные глаза, обрамленные длинными ресницами. Его щетина была по меньшей мере недельной давности, и он выглядел, как испанец.

Он не был его родственником. Может быть, старый друг?

Мужчины мгновение смотрели друг на друга, пока оба не начали смеяться. Они пожали друг другу руки, и после нескольких толчков Сайлас притянул мужчину к себе для дружеских объятий.

— Рад тебя видеть, чувак, — сказал Сайлас.

— Приятно быть увиденным.

— Заходи внутрь. — Сайлас схватил меня за руку и потащил за собой, ведя нас всех к себе на чердак.

Когда мы вошли внутрь, я сняла свои грязные ботинки, в то время как Сайлас сделал то же самое. Когда мужчины сбросили свои пальто, я смогла получше рассмотреть лицо «Кексика». С одной стороны был огромный шрам, который тянулся от виска вниз по челюсти к подбородку.

— Фелисити, это Паксон Монтеро. Мы вместе служили в армии, — сказал Сайлас.

— Приятно познакомиться. — Я улыбнулась и протянула руку.

— Фелисити? Фелисити? — Паксон пожимал мне руку, но смотрел на Сайласа.

О-о-о. Интонация в голосе Паксона подсказала мне, что быть Фелисити нехорошо. В этом был смысл. Мы с Сайласом совсем недавно воссоединились, и я сомневалась, что он звонил своим армейским приятелям, чтобы держать их в курсе своей личной жизни. Но это было как раз то, в чем я не нуждалась. Теперь, в дополнение ко всем другим пунктам повестки дня путешествие Фелисити домой, мне нужно было попытаться расположить к себе одного из друзей Сайласа. Мне нужно было начать вычеркивать пункты из своего списка, а не добавлять их.

— Что ж, — сказал Паксон, снова переключая свое внимание на меня. Он все еще не отпускал мою руку. — Это будет интересно.

— Что привело тебя в Монтану, Пакс? — спросил Сайлас.

Мы все стояли вокруг его острова и пили пиво после того, как Сайлас вернулся с пастбища, чтобы проверить коров. Те тридцать минут, что его не было, мы с Паксоном ждали вместе. Было неловко. Он ходил по дому Сайласа, осматривая его, пока я сидела на диване и смотрела в выключенный телевизор. Сначала я пыталась завязать светскую беседу, но на все вопросы, которые я задавала, в ответ раздавалось ворчание и приглушенное «Угу», так что в конце концов я сдалась.

Будь я проклята за то, что не приехал сюда на своей машине. Мне отчаянно хотелось сбежать.

— Я выписался в прошлом месяце, — сказал Паксон. — Потом ненадолго поехал домой в Лос-Анджелес, но там было слишком шумно. Много хаоса, и мне нужно было быть где-нибудь, где будет потише.

— Понятно. — Тон Сайласа говорил о многом. Он сказал, что у него была тяжелая пара лет после того, как он впервые вернулся домой, так что я подумала, что Паксон тоже проходит через это. Если бы ему нужна была тишина, он пришел бы в нужное место. Прескотт был настолько далек от Лос-Анджелеса, насколько это было возможно.

— Как долго ты здесь пробудешь?

Паксон ухмыльнулся.

— Зависит от того, сколько времени тебе понадобится, чтобы вышвырнуть меня.

— Оставайся столько, сколько захочешь, — немедленно сказал Сайлас. — Где ты остановился?

Паксон кивнул головой в сторону дивана Сайласа.

— Не возражаешь, если я переночую там ночь или две?

— Это все твое, чувак. Столько, сколько тебе нужно.

— Спасибо. Я ценю это. Есть здесь какая-нибудь работа, с которой тебе нужна помощь?

Сайлас фыркнул.

— Работы более чем достаточно. Если ты хочешь помочь, я буду благодарен.

— Понял, — сказал Паксон, затем повернулся ко мне. — А как насчет тебя, Фелисити? Ты тоже помогаешь?

Я ненавидела то, с какой насмешкой он произносил мое имя. Потребовалась вся сила воли, чтобы не нагрубить в ответ. Я открыла рот, чтобы ответить на его вопрос — вежливо