Сын губернатора (СИ) - Рузанова Ольга

Меня передергивает от ледяного озноба.

- Я не буду с ним, обещаю, я уеду, - шепчу дрожащим голосом, - я не собираюсь разрушать чужую семью…

- Если бы все было так просто, - усмехается Дмитрий Андреевич невесело, - Герман не отпустит тебя.

- Поговорите с ним! Надавите! Пусть едут в свой Лондон, а меня оставят в покое!

Тяжело вздохнув, мужчина откидывается на спинку сидения, устало трет ладонью лицо.

Я искоса за ним наблюдаю. Поразительное сходство с Германом. Внешность, жесты, голос и даже исходящая от него энергетика.

- У меня нет на него влияния, - признается Греховцев – старший, - если он решил оставить тебя себе, поверь, так и будет.

- Он не сможет…

- Будет мучить и тебя, и себя, и свою жену.

- Нет. Я уйду. Уеду, исчезну… Я не буду с ним…

- Я могу помочь, - вдруг говорит отец Германа, - если ты действительно решила от него уйти, я помогу.

- Чем?

- Помогу исчезнуть так, что он тебя никогда не найдет…

В голову закрадываются нехорошие мысли. Потому что лично мне известен только один способ исчезнуть навсегда.

- Не смотри на меня так, девочка. Это не то, о чем ты подумала.

Внутри все холодеет, готовлюсь услышать судьбоносные для меня слова.

- Своим исчезновением ты сделаешь всем нам огромное одолжение, - пытается изобразить доброжелательную улыбку, - главным образом, самому Герману.

Я молчу. Грудь наливается свинцом, язык немеет.

- Первое время он будет сходить с ума. Искать тебя. Но через месяц – два начнет успокаиваться. В ноябре уедет с женой в Лондон, с головой погрузится в работу и все забудет.

- А я?

- А ты продолжить жить и учиться… Только в другом месте и под другим именем.

То, что предлагает Дмитрий Андреевич, противозаконно. Я понимаю, что у него неограниченные возможности, но жить по поддельным документам придется мне, а не ему. И в случае, если это обнаружится, отвечать только мне.

- Времени на раздумья нет, Раиса.

- Что будет, если я откажусь?

- Ничего, - отвечает просто, - вернешься в его постель и будешь спать с ним, пока он не уедет с Алисой в Лондон. Тебе туда дорога закрыта, визу ты не получишь.

Принудительно заполняю легкие воздухом.

- Если он узнает об этом разговоре…

- Ничего не будет, если он узнает об этом разговоре, - перебивает меня грубо, - наши отношения из-за тебя и так уже хуже некуда.

Сглатывая, пытаюсь протолкнуть вниз образовавшийся в горле твердый ком. Кислорода катастрофически не хватает.

- Я согласна, - выдавливаю сипло.

Это абсурдная авантюра, но, похоже, мне не оставили выбора. Я уеду. Сама хочу этого больше всего на свете. Начать жизнь с чистого листа в месте, где нет семьи Греховцевых.

По-другому не получится. Не смогу я здесь вылечиться от зависимости. Не устою перед ним.

- Уверена? Хорошо подумала? - спрашивает он, но в голосе уже отчетливо слышится облегчение.

Своим исчезновением я сделаю им всем большое одолжение – вспоминаются слова Дмитрия Андреевича. Пусть так и будет.

- Да. Уверена.

- Передумать возможности не будет, - предупреждает строго.

- Я не передумаю. Не волнуйтесь. Пусть ваш сын строит свою семейную жизнь, карьеру… рожает детей, - на этих словах я запинаюсь, закусываю губы, чтобы сдержать всхлипы.

- Так для всех будет лучше…

- Да. А я буду строить свою…

Немного лукавлю, потому что не до конца уверена, что мне хватит на это сил. Сейчас же я хочу только одного – никогда больше не встречаться с Германом.

Коротко кивнув, мужчина опускает стекло и зовет незнакомца в кожаной куртке в машину.

Глава 28.

- Отдай Косте свой телефон, - говорит Дмитрий Андреевич.

Делаю, как он велит, и молча наблюдаю, как незнакомец Константин отключает гаджет и ловко вынимает из него сим-карту. Машина трогается, а я, глядя в окно, внимательно слушаю инструкции.

- На изготовление новых документов уйдет не менее двух-трех дней. Это время отсидишься здесь неподалеку.

- Если он меня найдет?

- Не найдет. Первым делом Гера станет искать тебя в твоей деревне.

Логично. Он знает, что больше бежать мне некуда.

- Когда документы будут готовы, сама выберешь город, в котором ты хотела бы жить… Но не ближе, чем в тысяче километров отсюда.

- Мне нужны будут деньги на первое время.

- На счет денег не переживай, откроем счет на твое новое имя, на него будут поступать средства. Если хочешь, можешь учиться, оформим якобы перевод с другого Вуза… Не хочешь – не учись…

Я не знаю, как мне не сойти с ума первое время, а он мне про учебу…

- А что здесь? Буду числиться пропавшей без вести?

- Да, но это уже не твоя забота…

Поражаюсь цинизму и чувству безнаказанности этого мужчины. Получается, при наличии власти и денег можно с легкостью переписывать человеческие судьбы. Стереть с лица земли одного человека и создать другого. Ради амбиций и материальных благ играть людьми, как пешками.

Для них я лишь досадное недоразумение, загвоздка, мешающая добиться желанной цели. Постыдная неприятность, заставляющая плакать их распрекрасную Алису. Золотую девочку, которой папа купил перспективного мужа, как оказалось, с небольшим изъяном в моем лице.

- Делайте, как считаете нужным, - бормочу я, - мне все равно.

Следующие два дня меня прячут в какой-то однокомнатной квартире в небольшом промышленном городке в паре часов езды от нашего города.

На третий день Константин привозит мои новые документы.

- Мария? Почему именно Мария?

- Какая разница? – невозмутимо спрашивает мужчина.

Это имя моей мамы. Может, это наивно, но мне видится в этом добрый знак. Может, вместе с именем и жизнь моя поменяется? Может, у Марии Демидовой больше шансов на нормальную жизнь, чем у Раи Коротковой?

- Дмитрий Андреевич сам с тобой будет связываться, когда это будет необходимо. Про Германа забудь…

- Как он? – вырывается у меня.

- Нормально. Лучше, чем мы ожидали.

Слова Константина причиняют боль.

Вздохнул с облегчением? Обрадовался, что проблема самоликвидировалась?

- Я вас не побеспокою, - обещаю тихо, - спите спокойно.

Вместе с новым паспортом мне вручают весь пакет необходимых документов. Аттестат об окончании школы, свидетельство о рождении, ИНН, СНИЛС, банковская карта и даже водительские права.

- Зачем они мне? – усмехаюсь, вертя пластик в руках.

- Доки все чистые, по базам пробиваются, - говорит монотонно Константин, - проблем не будет.

Усадив меня в затонированную наглухо машину, везет на вокзал, а по дороге продолжает инструктировать.

- Снимешь себе квартиру на новом месте. Через месяц сменишь…

- Зачем?

- Так надо… Сильно в компаниях не светись, но и затворницей тоже не живи, это привлечет ненужное внимание.

- Хорошо.

- Никаких соцсетей и общений с общими знакомыми…

- Разберусь…

Удерживая одной рукой руль, второй мужчина достает из бардачка новый смартфон.

- Держи. Сим-карта оформлена на новое имя. В нем вбит номер моего телефона. Звони, если будут проблемы.

Забираю и пихаю в небольшую сумку с документами и наличкой.

- Как устроишься, выбери себе учебное заведение, сообщи мне. Устроим сразу на второй курс.

Город, в котором мне отныне предстоит жить, выбираю наугад. Просто покупаю билет в купе на ближайший рейс.

- Без багажа? – пристально глядя на меня, спрашивает проводница.

- Без.

Прислушиваясь к мерному стуку колес, думаю не о Германе, а о Роме. Он знал все с самого начала. Знал, предупреждал, а я была глуха и слепа. Видела только Германа, слушала только свое глупое сердце.

Кто в этом виноват? Только я.

С первого дня все вокруг только и делали, что шептались о его невесте, но я предпочитала не замечать неприятную правду.

Зарывшись лицом в тощую подушку, давлюсь слезами. Первыми слезами за прошедшие три дня ада.