(не) мой соавтор (СИ) - Силаева Ольга

Глаза Антона чуть расширились.

— Проклятье, ты и впрямь меня знаешь, — почти с восхищением произнёс он. — Да это вызов! Рэйн, я же за него возьмусь.

Я покачала головой, глядя на его лицо. На чуть нахмуренные брови, которые я так любила, лёгкую морщинку на лбу, пряди тёмно-русых волос на висках.

— Не возьмёшься. По крайней мере, не так. Антон Знаменский здорово шарахнул меня своим недоверием; я сейчас не очень-то хочу его видеть.

Антон моргнул.

— Что ж, это хотя бы честно. И?

— Я не знаю. — Я развела руками. — Но мне нравилось, как мы говорили с Антом. Мне нравилась магия. Ты же писатель, ты знаешь, как это бывает. Невидимый идеальный собеседник убедит тебя в чём угодно.

Даже тогда, подумала я, когда вид его реального двойника причиняет тебе острую боль. Настолько острую, что после вашего незаконченного танца ты убежала плакать.

— Хочешь, чтобы я убедил тебя на расстоянии? — серьёзно спросил Ант. — Уверена, что прикосновение тут… излишне?

Ему даже не нужно было тянуться: он просто взял мою руку в свою.

Я задержала дыхание. Прохладное прикосновение, такое нежное и знакомое: Антон чертил круги на моей ладони, по подушечкам тонких пальцев, и я снова попадала под чары его прикосновений. Ещё немного, и…

Я мягко отняла руку.

— Уверена. Пока — излишне.

Антон долго молчал, пока его взгляд откровенно блуждал по моей фигуре.

— А если я не справлюсь? — вдруг спросил он, и я вздрогнула: теперь в его голосе была боль. Боль и растерянность. — Это нечестно, Рэйн.

Я покачала головой.

— Эй, я же не делаю пафосных заявлений, что в колодец нашей любви кто-то подмешал две ложки мышьяку. Просто мне больно, страшно и хочется под одеяло, и я хочу начать с малого. Ну не создана я для того, чтобы получать сердечки с тахикардией после ночи любви, что поделаешь. А сейчас всё к этому и идёт.

— Ты осторожнее меня, — негромко сказал Антон. — Я бы нырнул с головой.

— Я тоже хочу с головой, — честно сказала я. — Вот прямо сейчас встать и поехать к тебе, избавиться от этого платья и от всего остального. Омут страсти и искры из глаз у случайных прохожих. Но часть меня не хочет в омут страсти, а хочет просто чаю у камина и пристроиться на плече, и чтобы её не прогнали утром. А я привыкла её слушать.

— У нас дома в Ростове есть камин, — задумчиво сказал Антон. — И мы как раз успеем на ночной рейс.

Я поперхнулась.

— Мне… не настолько хочется чаю.

— Отвезти тебя на кофейную плантацию?

Моя буйная фантазия тут же обрисовала, как мы предаёмся разврату на голой земле среди зелени, и с интересом приподняла голову. Но я молча погрозила ей кочергой.

— Домой, — со вздохом сказала я. — Хотя я не хочу домой одна. И с тобой тоже туда не хочу, потому что страшно, что ты меня там снова бросишь и так далее, а мне там ещё жить.

Антон внимательно посмотрел на меня.

— Хочешь со мной? Без, хм… поползновений?

— Хочу, — честно сказала я. — А куда?

— Да в обычную квартиру.

— И чья это квартира?

Едва уловимая заминка. А потом Антон едва заметно улыбнулся.

— Друзей. Они в отпуске.

— Так, — осторожно сказала я. — А не может быть такого, что это ваши с Леной общие друзья, и рано утром там появится её муж в ковбойской шляпе и с шестизарядными револьверами, и мне придётся кричать, закрываясь лифчиком: «Не виноватая я! Он сам пришёл!»?

— Так, кстати, ни разу и не досмотрел эту неувядающую классику до конца, — заметил Антон, засовывая купюру в папочку со счётом. — Там хотя бы всё хорошо кончилось?

— Главный герой выпал из вертолёта.

Антон моргнул.

— В «Бриллиантовой руке»? Это точно комедия?

— Угу.

— Внезапно. — Его глаза вдруг зажглись. — А вставим вертолёт в финальную сцену? Трикстер и агент Пирс под стрекот лопастей улетают в ночь?

Он был неисправим. И неповторим.

Может быть, что-то у нас всё-таки получится?

Я улыбнулась.

— Вези.

Глава 23

Когда такси подъехало к моему дому, у меня начали зарождаться нехорошие подозрения.

— Эй, мы же не ко мне домой ехали… — начала я, но Антон покачал головой.

— Не к тебе. Ко мне.

Машина повернула направо, снова направо, и я озадаченно моргнула, глядя на…

… Противоположный дом, возле которого мы только что припарковались.

— Только не говори мне, что твои окна выходят на мою сторону, — потрясённо сказала я.

В следующую секунду до меня дошло.

— К тебе?!

— Я снял здесь квартиру и переехал, — легко сказал он. — Правда, здорово?

— Эээ…

— Ну, переехал я всё-таки не до конца, — поправился Антон. — Вещи, дела в Ростове, заявление на увольнение, отправленное бумажным самолётиком… это всё ещё будет. Но когда я прилетел домой из Одессы, я просто как-то понял, что хотел бы ещё раз тебя увидеть.

— И ради этого стоило снять квартиру в доме напротив? Ты мог просто пригласить меня в кафе!

— Я люблю эффектные жесты.

Угу. Пока я целую неделю жила отнюдь не как в сказке.

— Я не был уверен, поэтому не стал тебе говорить, — негромко сказал Антон. — Велики были шансы, что я просто тихо съехал бы отсюда через месяц.

— Вот теперь ты видишь, почему я не хочу торопиться, — мрачно сказала я.

— А то.

Я выглянула в окно. Облетевшая сирень возле подъезда, аккуратная скамейка, прямоугольник янтарного света на первом этаже… здесь было красиво. Раньше я этого не замечала.

Антон расплатился с водителем и помог мне вылезти.

— Кстати, мне всегда нравилось, когда на меня тратят деньги, — задумчиво сказала я. — Есть в этом что-то чудовищно возбуждающее. Причём именно что тратят при мне. Если мне подарить коробочку с бриллиантами, это произведёт куда меньше эффекта, чем если заплатить за мою колу в Макдональдсе.

— Боюсь представить, что будет, если я куплю к ней картошку фри.

— Светопреставление, не иначе, — согласилась я, заходя в лифт. — Какой этаж?

Палец Антона нажал кнопку с цифрой «семь».

— Боишься, что я нажму что-нибудь не то, и лифт унесёт нас в стратосферу?

Я улыбнулась ему.

— Хорошо бы.

Я сама не заметила, как мы взялись за руки. Просто только что мы стояли в шаге друг от друга, а вот двери лифта уже открываются, и его плечо касается моего… а взгляд снова падает в вырез декольте под распахнутым пальто.

Интересно, если утром я надену его рубашку, это вызовет такой же интерес?

Надо будет проверить.

Антон достал ключи и повесил на ручку соседней двери объёмный пакет: по пути мы заехали в торговый центр. Я ждала в машине, уткнувшись в заметки на телефоне, и понятия не имела, сколько времени Антона не было, но, кажется, больше десяти минут: водитель начал нервничать. Когда Антон вернулся, я тут же попыталась засунуть свой любопытный нос в пакет, но тот моментально был убран из зоны досягаемости.

Замок щёлкнул, и я первой шагнула внутрь.

В просторной прихожей было уютно. По квартире гулял ночной воздух из открытого окна на кухне, на полу лежал трогательный клетчатый коврик, и я мысленно присвистнула, увидев напротив двери здоровенную шведскую стенку. Ещё один момент, который я очень хочу увидеть: как Антон подтягивается. Отжимается, вытирает обнажённую грудь и плечи полотенцем…

Как же я люблю, когда моя фантазия уходит в загул, а.

Антон поднял бровь, глядя на меня.

— Думаешь, как будешь смотреться на перекладине в этом платье?

— Могу и попробовать, — пригрозила я. — Буду лежать в твоей постели с растяжениями суставов и громко охать.

— Печатать, должно быть, будет жутко неудобно, — без малейшего сочувствия отозвался он. — Ты в курсе, что завтра с утра мы снова работаем?

— Вдвоём?

— Ага. — Антон кашлянул. — Как бы ты предпочла? В одной комнате?

Я опустила взгляд, но потом решительно посмотрела на него.

— Нет. Я бы хотела остаться у тебя сегодня, потому что мне одиноко, грустно, немного страшно, что ты исчезнешь, и я хочу ощутить тебя рядом. Но потом я забаррикадируюсь у себя. Вот.