(не) мой соавтор (СИ) - Силаева Ольга

— Вы ослепительны, — тепло сказал он.

— Это вы ещё с фонариком меня не видели, — бодро сказала я. — А уж если через плечо светодиоды повесить…

Я осеклась.

Впереди стоял Антон. В вечернем костюме и с галстуком-бабочкой на белоснежной рубашке. И разговаривал с Варей.

С загорелой красавицей Варей из Таиланда, которая слушала его так внимательно и лукаво, то и дело поправляя длинные светлые волосы, словно вот-вот готовилась написать с ним в соавторстве. Пока я смотрела, Варя подхватила изящными пальцами тарталетку с подноса и предложила её Антону.

Он взял.

Может, и в соавторстве напишет?

Кажется, ещё немного, и меня начнёт разбирать смех.

— Может, по-быстрому левой пяткой набросать небольшую вещицу про отбор соавторов, а? — произнесла я вслух. — Писатели, ищущие для себя родственную душу… вы хотели бы найти родственную душу, Людвиг? — Я перевела взгляд на него. — Не просто жену, с которой хорошо в постели и удобно вести совместное хозяйство, дарить цветы и возить детей в цирк. Кого-то, с кем можно говорить ночи напролёт?

Людвиг обаятельно улыбнулся.

— Боюсь, по ночам я сплю. Так что слишком долго такой наплыв чувств я могу и не выдержать.

— Я не об эт… — Я вздохнула. — Да, конечно, вы совершенно правы.

— Поприветствуем Романа. — Людвиг мягко повлёк меня за собой. — Ведь это и его вечер.

Уже Романа, а не герра Корабельникова, машинально отметила я. Быстро они подружились.

Ромка, поразительно живой, счастливый и словно скинувший десяток лет, обнаружился у банкетного стола.

— Поразительно, как быстро всё получилось, — произнёс Людвиг после обязательных приветствий. — Я очень рад, что мы смогли договориться.

Я уже едва их слушала. Кажется, сегодня меня ждут велеречивые рассуждения о вечной дружбе и больших деньгах. Что ж, поулыбаюсь до победного и тихонько выскользну к метро; Людвиг и не заметит. Туфель, правда, жалко: в мартовской слякоти они долго не выдержат.

Заиграла музыка, и я запоздало сообразила, что банкетный зал был ещё и танцевальным: на наборном паркете закружились первые пары. Совершенно незнакомые мне лица, и сейчас мне правда не хотелось ни с кем знакомиться. Не теперь, когда я знаю про эту тусовку столько, что впору надевать костюм химзащиты или просто купить себе билет в один конец прочь из этого Валинора с его эльфами и дриадами. А то ж на такой сук можно напороться в этом зачарованном лесу, что ой.

Я вот напоролась.

— Вы позволите вас пригласить?

— Благодарю, с удовольствием, — машинально ответила я и обернулась.

Антон стоял в шаге от меня, предлагая руку. Я рассеянно её пожала.

Ой. Что-то я делаю не так.

Он молча обнял меня на плечи и повлёк на танцевальный пол. И даже у Людвига разрешения не спросил, а ведь он мой спутник, мелькнуло в голове. Впрочем, за такие старомодные штучки современная девушка и укусить может. Предварительно заманив в глухой угол. Кстати, а где здесь глухие углы?

Чёрт, о чём я только думаю?

— Вот что ты делаешь? — поинтересовалась я, закинув руки ему на плечи.

— Хочу с тобой потанцевать, — невозмутимо отозвался он.

— Несмотря на?

— Несмотря на.

Я вздохнула, глядя в такие знакомые глаза. Близко-близко, можно даже протянуть руку и провести пальцем по переносице. Или поцеловать в кончик носа.

Ну да. А утром получить по носу.

— Ты видишь меня в открытом сексуальном платье и не думаешь головой, приглашая меня на танец, — утвердительно сказала я. — Ещё и на ночь домой захочешь уволочь. Ну да же? А потом схватишься за голову и уедешь в Тибет.

— Ну уж. — Антон на миг оторвал руку от моей талии, чтобы легким движением поправить прядь моих волос на виске. — Всего лишь на Фолклендские острова.

— Уже купил билеты с очередным соавтором? — вырвалось у меня.

— Боюсь, мне лучше сейчас побыть одному. Просто… сложно без тебя.

— И без тебя, — тихо сказала я.

Мы замерли, уставившись в глаза друг другу, забыв про танец. Я не выдержала первой.

— Извини.

Я выпустила его, отстранилась и так быстро, как только позволяли приличия, пошла, почти побежала в сторону туалетных комнат. Только бы не шмыгнуть носом, чёрт, я ведь даже салфеток не взяла с собой, а рыдать в туалетную бумагу, сидя на крышке унитаза в вечернем платье — это такая метафора, что даже расшифровывать её страшно.

Я долго держала руки под струёй горячей воды, стараясь сохранять дыхание ровным. Никаких всхлипов, никакой истерики. Только потёкшего макияжа и тыканья пальцами мне и не хватало для полного счастья.

Кажется, я стояла тут долго: я очнулась только тогда, когда моего плеча коснулась Юлька.

— Эй, Янка, а там скандал, — негромко произнесла она. — Не из-за тебя?

Я моргнула.

— Что?

— Ант с Ромкой в коридоре ругаются. Пока на пониженных тонах, но я Анта никогда таким не видела. По-моему, ещё немного, и кто-то кому-то будет бить морду.

— Ну и пусть бьют, — устало сказала я. — Чёрный пиар — тоже пиар. Напишет о нас «Московский комсомолец», увидим с утра заголовок: «Пьяный гений против бездушного администратора: кто кого?» — и наступит минута славы. Ромка будет в восторге.

— Янка, — предостерегающе произнесла Юлька. — Серьёзно, если ты можешь подойти к ним и успокоить — подойди и успокой. Я уже попыталась. Хочешь, чтобы твой немец это увидел? Да он уволит Ромку к чертям за непрофессиональное поведение, благо теперь он это может.

Я вздохнула. Да. Ромка. Который когда-то с радостью принял меня в «Иннэйт», выплачивал мне роялти без звука и без задержек, предлагал триста тысяч, и в общем-то был хорошим парнем, разве что очень уж навязчивым по поводу второго «Острова».

Я развернулась, кивнула Юльке и вышла в коридор.

У дальней стены Антон, совершенно белый, нависал над Ромкой, хотя Ромка был на полголовы выше.

— И свалил всё на неё? — донесся до меня голос Антона. — Ты в своём уме?

Я приостановилась, глядя на них. Подходить к этим двоим мне не хотелось совершенно.

И не подойду, подумала я, Не желаю сегодня больше ничего слушать. И ничего знать — тоже. Хватит с меня знания. Хватит с меня всего.

Я быстро пошла к выходу, не обращая внимания на стук собственных каблуков. Кажется, Антон краем глаза меня увидел.

Неважно.

Какие-то остаточные знания о правилах хорошего тона у меня остались, поэтому я подошла к Людвигу, который тут же оторвался от беседы.

— Мне так жаль, но мне придётся уехать чуть раньше, — улыбнувшись, сказала я по-английски. — Вы были правы: вечер выдался замечательный, и я очень благодарна вам за приглашение. Пожалуйста, оставайтесь: подруга меня довезёт.

Людвиг скользнул по мне внимательным взглядом и наклонил голову.

— Конечно. Благодарю вас за то, что составили мне компанию. И, Яна, если вы передумаете…

Я молча покачала головой. Людвиг кивнул.

— Я понимаю. Удачи вам.

У выхода я торопливо набросила пальто. Не стала застёгиваться: просто толкнула дверь.

И замерла, когда на плечо легла знакомая рука.

— Танцевать не пойду, — хрипло сказала я. — Хватит с меня танцев. Кроме того, в пальто жарко.

— И не нужно. Пойдём поговорим.

Я обернулась к Антону. Он всё ещё был бледен, только на скулах горели пятна.

— Куда?

— Куда-нибудь.

Я кивнула на свои туфли.

— Далеко я не уйду.

Антон чуть улыбнулся.

— Вся надежда на это. Я вызову такси.

Пять минут спустя мы уже ехали вместе на заднем сиденье. Пальцы Антона сжали мою руку: я озадаченно моргнула, но сопротивляться не стала.

— Тебя вирус не укусил какой-нибудь? — уточнила я. — Африканский?

Он покачал головой.

— Всё потом.

Мы молчали, пока не остановились у небольшой кофейни. Я потянула носом от близости реки. Сейчас бы погулять, проскользить по льду, рухнуть друг другу в обьятья и долго смеяться, а потом два дня сидеть ногами в тазике с горячей водой и горчицей, потому что такое бесшабашное счастье не проходит без последствий.