Робин Пилчер - Океан любви

Вечером Кэрри приготовила вкусный ужин, он был полной противоположностью той несъедобной мешанине, которую Дэвиду пришлось отведать в первый вечер, проведенный в этом доме. Они поели на веранде, свет закатного солнца окутывал своим теплым заревом и полностью соответствовал их настроению. Кэрри заставила мужчин хохотать до слез, пересказывая истории из своей жизни, когда она хипповала, жила в Сан-Франциско и была причастна к Харе Кришне. Они от души веселились, и время проходило незаметно.

— А один раз я такое натворила! Я имею в виду — оказалась слишком крута. Однажды я должна была рассказать о достижениях руководства экологического движения, но на улице этим никто не заинтересовался. В тот день на мне были надеты большие ботинки Доктора Мартина, и я пнула ими в одного парня, который проходил мимо, — в общем, я попала ему прямо между ног. Честное слово, по ошибке! Я, конечно же, этого не хотела.

Наступила ночь. Дэвид откинулся на спинку стула с улыбкой на лице, счастливый оттого, что позволил впустить в себя эту добрую и непринужденную атмосферу. Кэрри продолжала доминировать в их разговоре, ее сумасшедшие монологи являли собой представление полного отчета о поездках за границу и «истинного чувства удовлетворения», которое каждая из них принесла ей.

— Слушай! — сказала она, глядя на Ричарда, и на ее лице возникло немного озабоченное выражение, — у тебя есть какие-нибудь идеи по поводу того, когда может вернуться Энджи?

— Я разговаривал с ней прошлой ночью, и она полагает, что приедет в среду. Я очень надеюсь на это, потому что я хочу поскорей, к чертовой матери, закончить с этим ремонтом. — Он глубоко вздохнул. — Верная своей бесконечной мудрости, она решила отложить все дальнейшие работы до тех пор, пока не вернется.

— Угу, — рассеянно ответила Кэрри.

— Почему ты спрашиваешь?

— Только потому, что… Ну, в общем, я уезжаю во Флоренцию на пару месяцев, чтобы порисовать там, и она обещала присмотреть за Додди.

Ричард простонал:

— О боже, она и правда упоминала об этом. А я уже начал думать: неужели жизнь наладится после твоего отъезда?

— Мой самолет завтра вечером.

— О, нет, ради всего святого! А кто будет заботиться о собаке до среды?

Кэрри прикусила губу, пытаясь сдержать смех:

— Что ж, я думаю, что она, возможно, могла бы остаться…

— О, только не в доме, Кэрри!

— Почему нет?

— Потому что она воняет! Я целыми днями пропадаю на работе, и некому будет ее выгулять. Она будет мочиться и гадить повсюду!

— Нет, этого не будет! Я оставляю ее на весь день дома. Она только и делает, что спит. Я обещаю тебе, Ричард, она знает свое время. Пожалуйста, Ричард, все, что тебе нужно будет сделать, это погулять с ней утром и вечером, когда ты вернешься домой. — Кэрри замолчала и посмотрела на Ричарда умоляющим взглядом. — И это продлится всего лишь два с половиной дня.

Ричард многострадально посмотрел на Дэвида, затем сделал большой глоток из бокала:

— О, что за черт возьми! Хорошо, я соглашусь на это, но только при одном условии.

— Каком?

— Что ты мне дашь абсолютно полное право атаковать ее шампунем и какой-нибудь зубной пастой!

— Тшшш! — Кэрри поднесла указательный палец к губам и оглянулась на софу, где лежала Додди. — Не произноси это слишком громко, иначе она услышит. — Ты, конечно, можешь попробовать, но это никогда не помогало!

— В любом случае я попытаюсь — Он повернул голову в сторону собаки, — НЕ ТАК ЛИ, ДОДДИ?

Додди немедленно подняла голову и навострила уши, затем, тявкнув, снова улеглась на диван, положив морду на лапы.

— Ричард! — воскликнула Кэрри. — Это так жестоко! Обещай мне, что ты не доведешь ее до нервного срыва, пока меня не будет.

— О чем это она? — засмеялся Ричард, затем через стол потянулся к своей свояченице и погладил ее руку в ироничном заверении. — Не волнуйся, я буду заботиться о Додди так, как будто она моя собственная любимица.

— Да, уж, держу пари! — Кэрри подозрительно посмотрела на него, мило улыбнулась. — Ты мог бы присмотреть также за моим домом?

— Хорошо, — покорно ответил Ричард, наклоняясь вперед и доливая во все стаканы еще вина.

— Спасибо… и Ричард?

Лицо Ричарда расплылось от блаженной улыбки от мысли, что просьбы этой женщины, по-видимому, никогда не закончатся:

— Да, Кэрри?

— Ты мог бы сделать так, чтобы «Звездный Лимузин» отвез меня в аэропорт?

— За мой счет, я полагаю! — засмеялся он. — Во сколько тебе завтра нужно быть в аэропорту?

— Около четырех.

— Хорошо, я мог бы это организовать, — ответил он, откидываясь на стуле. — Но только не в понедельник. Тебе придется разделить машину с Дэвидом.

— О, в понедельник ты возвращаешься в Шотландию, Дэвид? — поинтересовалась Кэрри, и звук ее голоса прозвучал громко и ясно, внезапно нарушив глубокую тишину вечера. Мужчины посмотрели друг на друга, слегка улыбнувшись.

Ричард откашлялся и нервно потер свой подбородок.

— Надеюсь, все в порядке, Дэвид. Я просто звонил твоей маме в среду, чтобы сказать, что с тобой, и я подумал, что ты, вероятно, захочешь как можно быстрее вернуться в Шотландию. Поэтому я подумал, что вечерний полет в понедельник был бы лучшим вариантом. Твоя мама пообещала, что кто-то будет в Глазго во вторник, чтобы встретить…

Ричард замолчал, не закончив фразы, понимая, что Дэвид не слушал его. Он наклонился вперед и сложил руки перед собой на столе.

— Друг мой, послушай, — тихо продолжил Ричард, — я бы не хотел, чтобы ты думал, что я что-то делаю за твоей спиной. Я так поступил только потому, что переживаю за тебя, и не совсем понимаю, чем могу тебе помочь.

Дэвид поднял глаза и взглянул на Ричарда.

— За эти несколько дней вы очень многое сделали для меня, и я благодарен вам за это. — Он поерзал на стуле. — Просто… — Он замолчал и погладил свои волосы, — Послушайте, я должен кое-что сказать вам, что, без сомнений, вызовет у вас удивление. Дело в том, что сегодня утром я был в бюро по трудоустройству, в Лиспорте, и подыскал себе место садовника. И я, э… начинаю в понедельник.

Повисла полная тишина, и Дэвид почувствовал на себе взгляды, полные недоверия и непонимания.

— А как же твое возвращение домой? — спросил Ричард. — Я имею в виду Шотландию.

Дэвид вздохнул:

— Если быть откровенным, Ричард, на самом деле не думаю… В общем, мне кажется, я не готов к тому, чтобы вернуться сейчас в Шотландию. Я сегодня гулял по Лиспорту и не знаю, что именно вызвало это состояние, вероятно, дело в атмосфере этого места… Но впервые с тех пор, как умерла Рэйчел, я смог заглянуть в свое будущее, проанализировать, и я осознал, что возвращение домой прямо сейчас не станет верным решением. Я знаю, что у меня есть обязательства, но вместе с тем я совершенно отчетливо осознаю, что за последние дни я опустился на самое дно, и когда я думаю о возвращении домой, то понимаю, что окажусь снова в прошлом. А это не принесет блага ни моим родителям, ни моим детям. — Он глубоко вздохнул и продолжил: — Вы, вероятно, не знаете, что с тех пор, как Рэйчел заболела, я не работал. Я сделал перерыв, чтобы ухаживать за ней, а потом, на самом деле, только ради формальности, ну, в общем, чтобы убежать от действительности, я начал восстанавливать часть сада моих родителей, именно с тех пор я этим и занимаюсь. Сюда я приехал по делам компании и… Что ж, оставшуюся часть этой истории вы знаете. Так или иначе это была просто счастливая случайность, что я увидел объявление об этой работе, и, как я уже сообщил, приступаю к ней в понедельник. — Дэвид посмотрел на Ричарда и Кэрри, сидевших молча и взирающих на него грустными глазами. Он еле заметно улыбнулся. — Я не думаю, что все это слишком затянется, — добавил он радостным голосом, — но благодаря этому у меня будет необходимое время, чтобы прийти в себя. И обещаю вам, тебе, Ричард, и тебе, Кэрри, что больше не намерен обременять вас своим присутствием.