Терри Макмиллан - В ожидании счастья

Робин уже дважды опустошила свою тарелку и выпила вина; тогда же она поведала Саванне о своей жизни, которая, казалось, началась лишь с того момента, как Робин встретила Рассела. Она рассказала о нем все. О Майкле тоже. И о ребенке, которого она хотела бы иметь, пока не стало „слишком поздно". Когда же под конец она упомянула мимоходом, что работает страховым агентом, и рассказала, какие иногда ей приходят в голову идеи, оборачивающиеся миллионными доходами, Саванна пришла к выводу, что мозги у Робин начинают варить как надо только на работе.

— На бумаге все выглядит прекрасно, — пожаловалась Робин, — но больших денег я с этого не имею, стоит, наверное, поискать другую работу в компании покрупнее. Сейчас живу от зарплаты до зарплаты, даже не могу отложить денег на сиделку для отца. — „Обидно". — Она сказала это словно про себя. — И для чего я только получала диплом?

Зал понемногу заполнялся, но Глории и Бернадин по-прежнему не было. Выпив второй бокал вина, Робин вернулась к своей излюбленной теме — ее ненаглядному Расселу. Она готова была простить его интрижки.

— Что же он может поделать, если из-за его внешности на него так и вешаются? Будь я чуть-чуть более терпеливой и не дави на него так, может, он и женился бы на мне. Но раз все, значит все.

Саванна не отозвалась. Слушая всю эту ерунду, ей хотелось стукнуть Робин. Вбить бы чуть-чуть ума ей в голову. Нет, права была Бернадин: при виде штанов Робин просто делалась сама не своя.

Жалко смотреть на нее. Слишком уж она озабоченная. Но все равно Робин ей нравится, думала Саванна, потягивая коктейль. Такая живая, а еще открытая и честная и совсем не понимает, как она глуповата. И болтает без умолку. Сидя с ней тридцать пять минут, Саванна уже выкурила три сигареты.

Робин наклонилась к ней через стол.

— Обещаешь ничего не говорить Глории и Бернадин?

— Обещаю, — кивнула Саванна.

— Я в субботу оставила Рассела ночевать.

— Так ведь это никого не касается.

— Понимаешь, Бернадин говорит глупости, что Рассел просто бабник, поэтому она не поймет. А у Глории хватило ума сказать, что он тянет канитель и вовсе не хочет на мне жениться. Но она же ничего не понимает в мужчинах, у нее ничего стоящего никогда не было! Прямо ужас какой-то. Такая красивая, и чтобы так располнеть…

— Ну не каждой же иметь сороковой размер!

— Понятно, но она вполне бы могла сбросить хоть несколько килограммов. Я все еще надеюсь. — Робин откинулась назад.

— Ты о чем?

— О Расселе. Я же его просто выгнала, он не хотел уходить.

— Так что, он всю ночь оставался у тебя?

— Нет. Наутро он должен был везти мать в церковь. Послушай, ты ничего не знаешь об этих слухах… насчет Рассела, будто он живет с какой-то женщиной и у них будет ребенок?

Саванна покачала головой.

— Рассел сказал, что это неправда, — вздохнула Робин. — А после этой ночи, стыдно признаться, но я ему верю.

Саванне снова захотелось треснуть ее как следует.

— Хорошо бы он вернулся, — сказала Робин. — Я собираюсь этого добиться.

— Но почему?

— Потому что никогда не встречу второго такого, как он.

— Какого?

— Во-первых, он умеет шикарно одеваться, он самый лучший любовник из всех, что у меня были в Финиксе, он просто классный, и дети от него будут очень красивые.

Это было для Саванны уже слишком!

— Он же тебя обидел! — воскликнула она.

— Есть немного, но любой мужчина может так поступить. Думаю, он не нарочно. Он еще не окончательно повзрослел.

— И ты хочешь, чтобы он взрослел у тебя на глазах?

— Не совсем. Но, по-моему, разлука пошла ему на пользу. В нем, правда, много хорошего.

— Например? — спросила Саванна.

— Он обаятельный, и с ним весело, когда он захочет.

— А еще?

— Ну, он бесподобный любовник, у нас одинаковые вкусы, мы отлично ладим. И я его люблю.

— Слушай, Робин, а почему ты решила, что лучше не встретишь?

— Мы уже год, как расстались, а у меня всего только-то и был этот придурок Майкл.

— Робин, можешь мне объяснить, почему ты думаешь, что он захочет вернуться?

— Он же так сказал.

— И ты ему поверила?

— А почему бы нет?

У Саванны не хватило сил ответить как следует.

— Ну и что же, ты хочешь быть с мужчиной которому не можешь доверять?

— Я ему доверяю, — отозвалась Робин. — Люди не меняются. И нечего попрекать человека всю жизнь старыми ошибками.

— Верно. — Саванна слизнула соль с верхушки бокала. Какими же дурами бывают некоторые женщины! Все готовы простить мужчинам, которые о них ноги вытирают, оправдывают все их поступки и зовут их обратно, хотя те уже разбили им сердце. И это называется любовью? Это нормально? Это так они представляют себе семейную жизнь? К счастью, хоть она-то не такая. А Робин уже села на другого конька: теперь она говорила о себе.

— Надо бы сделать несколько пластических операций, чтобы все было в порядке.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, зад у меня слишком плоский, нос просто безобразный, губы слишком тонкие, а бедра и вовсе какие-то дряблые. И мешки под глазами появляются, видишь? — Робин оттянула кожу на лице.

— Ты выглядишь прекрасно.

— Но раньше-то я была красивее. Не нравится мне стареть, ой как не нравится.

„Робин все еще привлекательна", — думала Саванна. С ее-то внешностью терзать себя мыслями о своем возрасте, лице и фигуре. Единственное, что ей надо сделать, — это избавиться от завитушек и перестать пользоваться этими красными румянами — слишком уж они ярки для ее кожи.

— До того как мне стукнет тридцать шесть, я хотела бы завести ребенка, — сказала Робин. — А ты?

— Мне уже тридцать шесть, и я об этом не задумываюсь. Своих у меня точно не будет, так что с этим все ясно.

— А я бы смогла. Если бы пришлось, конечно. У тебя какой знак?

— Ты о чем? — не поняла Саванна.

— Когда у тебя день рождения?

— Четырнадцатого октября.

— Значит, ты Весы. Спокойный знак. Я хорошо лажу с Весами. Ты, конечно, не знаешь, когда твой знак входит в апогей?

— Нет. — Саванна признала свое невежество в этом вопросе.

— Но в какое время дня ты родилась, ты хотя бы знаешь?

— Да.

— Тогда я составлю твой гороскоп.

— Я не хочу, — сказала Саванна.

— Но это тебе поможет ориентироваться в жизни!

— Я и так в ней ориентируюсь. А тебе сильно помогли твои гороскопы?

Робин не ответила: в зал входили Бернадин и Глория, и тот же человек спешил им навстречу.

— Для тридцати шести лет ты выглядишь шикарно.

— Спасибо, — кивнула Саванна.

— Ты какой крем употребляешь?