Хейли Норт - Еще один шанс

– Теперь ты говоришь непонятно, – сказала Эбби. – И я сбилась и не знаю, сколько чашек уже отмерила. Вот увидишь, этот пирог будет испорчен, как и все остальное.

– Ничего не ис… – Марта осеклась. – Я знаю, в это трудно поверить. Иногда мне приходится ущипнуть себя. Ты знаешь, как я люблю собирать тарелки «Голубые ивы». Он хотел продать одну через Интернет, и я написала ему, ну и мы начали разговаривать в сети, ну и вот так, слово за слово…

– Мужчина, коллекционирующий тарелки? – Эбби покачала головой. – Он выглядит каким-то слишком суровым для такого занятия.

– Тарелка принадлежала его матери, он не слишком интересовался этим, поэтому и продавал, – объяснила Марта, хотя чувствовала, что Эбби откажется понимать, что бы она ни сказала ей. – Он знал, что ему придется переезжать, поэтому разбирал вещи. Он очень аккуратный и организованный.

Эбби вытаращила глаза и испачкала подбородок мукой.

Марта снова принялась рисовать. Она собиралась заняться повседневной работой, но ничего невозможно было начать делать, пока они с Эбби не закончат этот разговор.

– Ты не хочешь, чтобы я была счастлива?

– Только не говори, что все эти годы была несчастлива. Я знаю, что к чему. Ой, да весь город называет тебя Милой Мартой. – Она уперла руки в бока, еще больше пачкаясь мукой. – Если бы ты была так несчастна, как такое могло бы случиться?

– О, Эбби, я не была несчастна, но я не знала, насколько счастливее я могла бы быть. – Она встала и затанцевала вокруг стола. – Тед такой чудесный! Мы разговариваем, и разговариваем, и разговариваем, и мне становится весело и хочется смеяться. Я чувствую себя девчонкой, как ни глупо это звучит. У меня появился шанс… – Она умолкла, не в силах выразить словами, что означала для нее жизнь, которой она никогда не знала. И разумеется, она не могла рассказать сестре о том, что чувствовала, как трепетала и оживала, когда Тед целовал ее. Она покраснела. – Появился шанс пожить жизнью, которой я раньше никогда не знала, – закончила она.

Эбби стояла, опустив голову, наклонившись над своей миской. Ее челюсть двигалась, как будто она жевала табак, то, к чему, знала Марта, ее сестра не приблизится и на пушечный выстрел. Эбби орудовала деревянной ложкой, а потом, к ужасу Марты; из глаз Эбби полились слезы и стали капать в миску.

Эбби швырнула ложку в миску и вытерла лицо тыльной стороной ладони.

– Ну вот, теперь посмотри, что я из-за тебя наделала, – сказала она. – Нам придется обойтись печеньем и лепешками, потому что сейчас я не могу замесить другой пирог. – Она сорвала с себя фартук как раз в тот момент, когда кошка вспрыгнула на стойку. – Ну-ка убирайся отсюда! – крикнула она и махнула на нее фартуком. Кошка спрыгнула на пол.

– Если ты расстроена из-за того, что я сказала тебе, – заметила Марта, выпуская кошку на улицу, – ну так и отыгрывайся на мне.

Эбби посмотрела на нее:

– Ну, я надеюсь, что ты опомнишься до того, как совершишь ошибку, о которой будешь жалеть всю оставшуюся жизнь.

– Я уже, – ответила Марта. – И совершенно точно знаю, что делаю!

Эбби кивнула.

– Ну и когда свадьба?

Марта глубоко вдохнула.

– В канун Нового года.

Эбби открыла рот.

– В канун этого Нового года?

Марта кивнула.

– И где вы будете жить? – спросила Эбби.

– Мы еще не решили.

– Ну, не думаю, что он переедет сюда. – Эбби бросила фартук на спинку стула. – Я не потерплю, чтобы тут командовал мужчина.

– Он не будет командовать, – сказала Марта.

Эбби подняла брови так высоко, что они как будто вылезли на лоб.

– Вот подожди, пока вы поженитесь. Все мужчины меняются. Вспомни, что нам говорила мама.

– Если бы она не вышла замуж, ни одной из нас не было бы на свете, – заметила Марта. – Боже мой, ну почему тебе обязательно надо все так усложнять?

– Мне? – Эбби хлопнула рукой по столу. – А как насчет тебя, которая в последнее время не думает ни о ком, кроме себя? Я знала, что с тобой что-то произошло, но я ни минуты не думала, что это из-за мужчины.

– Ты говоришь так, будто мужчина хуже, чем марсианин.

Эбби фыркнула:

– Мне неинтересны ни те, ни другие.

– Я никогда не слышала, чтобы ты была такой резкой. Ты же дружишь со многими мужчинами. Боже мой, да вы с Диконом Мартинсоном много лет играете в бридж в одной команде.

– Это другое, – сказала Эбби.

Марта пожала плечами. Ей не хотелось спорить об этом.

– Пойду убираться в комнатах. Скоро зазвенит таймер кексов. И мне жаль, что так получилось с пирогом. Если хочешь, я попозже сама сделаю.

– Позже? – Эбби подозрительно взглянула на нее. – Полагаю, это после того, как вы с мистером Портером съездите туда, куда вы там собирались поехать.

Марта встала.

– Да, именно это я и хотела сказать.

Эбби отряхнула руки.

– Если ты доведешь это до конца, нам с тобой придется сесть и обсудить наш бизнес. – Ее губы дрожали, когда она говорила.

Марта подошла к ней и обняла. Это было все равно что обнимать доску, но тем не менее она это сделала.

– Ну, Эбби, я не хочу, чтобы ты печалилась. Ты всегда будешь моей сестрой.

Зазвенел кухонный таймер. Эбби вырвалась.

– Мне надо достать кексы, – сказала она и отвернулась.

Глава 26

Семейные узы

Учитывая, что Харриет находилась в больнице, а ему было нечем заняться, Джейк решил, что может поехать вместе с отцом, Мартой и риелтором, показывающим им окрестности. Он встретился с ними на площади.

– Запрыгивайте, – позвала женщина, которая представилась как миссис Болл. Она была за рулем старинного «кадиллака». Марта занимала середину переднего сиденья, а его отец сидел рядом с ней. Агент вытянула шею и смотрела, как Джейк устраивается на заднем сиденье.

– Боже мой, да вы просто копия своего отца!

Джейк кивнул. Это наблюдение было для него отнюдь не ново. Он вытянул ноги и приготовился к трудному дню.

– Вы пропустили нашу поездку в Дулитл-Виллидж, – сказала она Джейку, переключая машину на задний ход. – Я рассказывала вашим родителям, что это одно из первых в округе поселений для вышедших на пенсию пар. Ой, да к нам сюда переезжают люди отовсюду. Вот только на прошлой неделе я продала дом паре из Дулута.

Джейк хотел было прояснить агенту их семейные отношения, но потом передумал.

Марта пристально посмотрела на миссис Болл:

– Патти, вы прекрасно знаете, что я не мать Джейка. И вы думаете, меня интересует, что нравится кому-то там из Дулута? Я всю жизнь прожила в Дулитле, и если бы я не любила его, я могла бы уехать в любое время, когда захочется. Я осталась, потому что это мой дом и потому что другого такого места нет нигде на земле:

– Я согласен с Мартой, – сказал отец Джейка. – Одного взгляда на ту деревню было достаточно, чтобы у меня появилось чувство, какое было всегда, когда я приезжал на новую базу, и будь я проклят, если она не выглядела точно так же, как моя последняя база.