(Не)военная тайна, или Выжить в тайге и не забеременеть - Вероника Касс

уехать, а мы проветримся и поговорим, если ты так хочешь.

– А ты не хочешь? – слегка повысив голос, возмутилась я. Вместе со словами изо рта повалил пар, еще чуть-чуть – и вечерний мороз начнет обжигать.

– Да, ты права, мне и так ничё.

Вика спрятала голые руки в карманы короткого пуховика и прибавила шагу, я же собралась с мыслями и выкрикнула ей в спину:

– Опять будешь Роману обо всех своих бедах рассказывать?

Вика остановилась и молча подождала, пока я её нагоню. Лишь потом девушка, поймав мой взгляд, сказала:

– Кажется, я уже тебе говорила, что нет смысла его ревновать.

– И все же, – продолжила я гнуть свою линию.

– Уж прости, но с тобой откровенничать мне как-то не с руки. Ты правда неплохая девчонка, и, если у вас все сложится с Ромкой, я буду искренне за него рада, ну и за тебя, само собой, – усмехнулась Куркова, а я поняла, что ей глубоко фиолетово на меня и на то, как сложится моя жизнь. Тогда как будущее Романа её действительно волновало.

– Почему, Вик?

– Что почему? – мотнула головой моя собеседница и пошла дальше, я не отставала.

– Почему ты так о нем заботишься, почему вы так близки?

– Слушай, Ворон, не нуди. Я тебе еще в сентябре говорила об этом. Мы дружим с детства, мы не просто одноклассники. Еще одна девочка и два парня, и спроси у каждого из нас, никто не даст другого в обиду.

– И все же?

– Да что ты заладила как мартышка? – Вика в очередной раз остановилась и, достав покрасневшие от мороза руки из карманов, схватила меня за плечи крепкой, практически мертвецкой хваткой. – Ты не на том акцентируешь внимание, – жестко и зло проговорила она, глядя мне в глаза. Её ореховые омуты казались сейчас расплавленным оловом, бездонные, затягивающие в свою бездну провалы. – Давно подошла бы к нему и все прояснила. Бери свое счастье и свою судьбу в свои руки. Калинин – золотой мужик, упустив которого единожды, второй раз вернуть уже не сможешь. Но он дал тебе шанс. Так и используй его, не тупи, Ворон.

– Да что ты… – запнулась я, до того было неожиданным поведение Курковой. – Шанс он мне дал, – сквозь губы съерничала я, – я ничего такого и не…

Куркова меня тряхнула, капюшон, так же как и шапка, слетел с головы, и я только сейчас поняла, что Вика для своей комплекции достаточно сильная девушка. Плюсом ей, конечно, шел её бесконечный для девушки рост, но несмотря на это я могла сделать ей подсечку или вывернуть руку – да уйму приемов я могла использовать, чтобы освободиться от её захвата. Разозлила для этого меня соседка уже достаточно, но следующие её слова заставили меня затаиться.

– Ромка терпеть не может таких вот выскочек, пострадал от одной уже, я вообще удивилась, что он переступил через собственные принципы не связываться с такими, как ты. – Рыжая зло улыбнулась. – Особенно после того, что ты отчебучила.

– Какими, как я?

– С родословной непростой, особенно военной.

– Но у него же у самого родители…

– Да при чем здесь это? Дело в том, что вас, таких вот золотых девочек, совсем по-другому воспитывают.

– Неправда, – мотнула головой, пытаясь сделать свои слова более убедительными.

– Неправда? – приподняла рыжие брови Куркова.

– Неправда!

– Не уверена.

– Неправда! – закричала ей в лицо, пытаясь выплеснуть всю ту боль, которая скопилась во мне, стоило лишь вспомнить родителей и то, как они меня воспитывали, точнее сказать, дрессировали. – Неправда, Вика!

– Отлично, – девушка меня отпустила и отвернулась, – доказывать будешь.

– Что? – Я не стала её догонять, опустилась, чтобы поднять шапку. Пусть Куркова для начала все объяснит.

– Как что? Что ты у нас не такая. Родилась не в золотом подгузнике и ручки замарать не боишься.

– Вообще-то ложка!

Я все же пошла за ней.

– Я знаю, как говорится, но мне нравится моя личная интерпретация. Ты идешь?

– Да иду я, иду! Ты скажешь, что хочешь?

– А то! – засмеялась девушка и ускорила шаг, – Давай быстрее, иначе еще десять минут таких прогулок – и я окоченею.

Не прошло и пяти, как мы добрались до КПП. Это было странно, если учесть, что на машине мы ехали бы примерно столько же. Вот что значит кроличья тропка, которая действительно сокращает путь.

– Ты так и не объяснила мне, зачем мы сюда пришли, – в последний раз спросила я, но Вика от меня отмахнулась и пошла к двери небольшого строения.

Куркова успела лишь взяться за ручку, как дверь сама по себе открылась, чуть не ударив рыжую стерву по лбу.

– Виктория? – шагнул из помещения начальник Калинды. Ну конечно, дверь вряд ли открылась бы сама по себе, а вот с посторонней помощью – пожалуйста.

Самойлов Виталий Сергеевич, еще один образец прекрасного генофонда. Высокий широкоплечий брюнет с волевым подбородком, шоколадными глазами и крепкими руками – казалось, что он одной ладонью сможет обхватить Вику за талию, несмотря на пуховик, чтобы сдвинуть со своего пути.

– Здравствуйте, Виталий, – кротко улыбнулась Вика, и я еле сдержалась, чтобы не открыть рот от удивления.

Куркова в таком неожиданном амплуа… это как-то уже слишком для сегодняшнего дня.

Я молча кивнула мужчине, потому что уже виделась с ним, как раз из его кабинета звонила на Ольховскую Роману. Виталий сказал закрыть дверь и оставить ключи в дежурке – значит, вот куда он поехал.

– Мы тут с Настей гуляли, в магазин ходили. – Что она плетет? Мужчина коротко глянул на меня и опять перевел взгляд на Вику. – Жуть просто, как замерзли, а потом увидели вашу машину. Вы же нас подвезете обратно на заставу? – протараторила Вика и сногсшибательно улыбнулась.

А я не знала, куда себя деть. Потому что мужчина был действительно на своей личной машине, не служебной, и он прекрасно знал, что мы не могли все это время гулять и ходить по трем несчастным магазинам этого села. Ведь я еще двадцать минут назад была в его кабинете.

Самойлов кашлянул и все же шагнул на улицу. Рыжая провокаторша не отступила, держалась за ручку и смотрела мужчине в глаза.

Вот это да! Да она же… она…

– Да, я вас подброшу, все равно уже домой. – И стоит на месте, смотрит на нее сверху вниз – пожалуй, он не ниже её мужа. Все же они тут и правда все какие-то генномодифицированные, радиация скорее их всех сделала бы лилипутами, хотя…

– Спасибо, – тихо и растянуто произнесла Вика и тут же отпустила дверную ручку, шагнув назад. Еще пару секунд она