Тайная беременность. Девочка Громова - Виктория Вишневская

– Я не хочу смотреть на полуголых девиц, – заявляет мне эта соплячка, когда мы оказываемся в клубе и уже поднимаемся в комнату, где будет происходить демонстрация.

Мне плевать, что она там не хочет.

Это её работа.

– Они мне не нравятся. Почему их не можешь выбрать ты? Я не мужик, и у меня ничего не болтается между ног. Как я узнаю, что она подходит?

Запускаю её в зал, где стоят несколько диванов и пилон в центре. Чуть подальше – разнообразный бар.

Ярослава в этой концепции смотрится жутко соблазнительно. Голубой свет падает на её тельце, придавая нотку эротичности.

– А ты смотри не как девушка, – даю указания, – а как владелица, что получит с неё бабки.

Яра падает на диван, морщится. Дотрагивается ладонью до чёрной кожи и тут же отдёргивает руку. Резко встаёт, брезгливо вытирая пальцы о свою одежду.

– Здесь ведь никто не занимался ничем таким? А то вдруг у вас странно такие отборы проходят…

Усмехаюсь, прохожу следом за ней, закрывая дверь на замок. Для кандидаток вход сюда другой. Сразу к пилону. Они все уже прошли собеседование с моим помощником. Осталось только оценить внешние данные, умения и выгоду.

– Никто. Диван девственно чист. Или хочешь исправить?

От моего безобидного намёка теряется. Никак не комментирует, возвращается обратно на место. Закидывает ногу на ногу и, насупившись, смотрит вперёд.

– Это всего лишь танец. Я ничего не пойму.

– Попробуешь.

Вальяжно располагаюсь на диване рядом с ней, закидывая руку на спинку. Расслабляюсь, расставив широко ноги.

Включаю кондиционер от жары и звоню Давыду, чтобы запускал кандидаток.

Спустя несколько секунд Ярослава неожиданно встаёт, направляется к бару.

Смело. И дерзко.

– Нальёшь себе алкашку, пойдёшь на пилон, – кидаю предупреждение. Знает, что легко заставлю её танцевать на нём. А если не умеет – тупо разденется. И будет стоять так, пока мне не надоест.

Она резко разворачивается, возвращается обратно, в этот раз скрестив руки на груди не просто так, а обижаясь.

– Чтобы у тебя весь вечер стоял, а тебе никто не дал.

Ладонь сама опускается ей на затылок, скользит вниз, к шее. Сжимаю её вместе с волосами и притягиваю к себе. Стараюсь не сделать больно, но держу крепко.

Наклоняюсь и тихо шепчу ей на ухо:

– Тогда мне поможешь ты.

Взгляд сам скользит на девчонку рядом. Замечаю лёгкие мурашки на плечах, вставшие волоски на предплечье. И пальцы, сжимающие юбку до белых костяшек.

И грудь. Эту блядскую грудь без лифчика.

Она это делает специально. Начинаю в этом убеждаться ещё больше. Одевается так, чтобы меня побесить.

Яра вырывается, отодвигается от меня и тихо, как обозлённая кошка, шипит:

– Девушка есть, ей позвонишь.

Есть, только не девушка, поэтому угрозы Яры меня совсем не пугают.

Вдалеке открывается дверь, и на пороге появляется девушка, закрывающая за собой дверь на замок. Они все так делают. Боятся, что кто-то может войти, и их увидит кто-то ещё. Например, конкурентки или мужики… Бесплатно. Они такое не любят.

Фигурка… Отличная.

Грудь тройка, зад неплохой, бёдра хорошие, соблазнительные. Пошла ва-банк – надела шорты покороче.

Раздеваться у нас не надо. И так будут танцевать в одном белье.

– Здравствуйте, – не отрывая от меня взгляда, облизывает губы и резко дёргается, качая сиськами. И если она думает, что меня они привлекли – ошибается. Такой размер мне не нравится. – Меня зовут Полина, мне…

– Танцуй, – киваю на пилон и прибавляю музыку на пульте. Оценивающе разглядываю неуверенную и испугавшуюся девицу. Пыл её немного угас. Но танцует. Хоть и тело есть, и пользоваться умеет, но косячит.

Нужно будет подумать.

Убавляю музыку, и девушка останавливается, даже не запыхавшись. Поправляет на себе одежду и приоткрывает губы, чтобы что-то спросить, но я опережаю её:

– Итоги позже. Следующую зови.

Она недовольно кивает и демонстративно гордо разворачивается, уходит. Когда за ней хлопает дверь, знаю, что у нас есть как минимум минута.

– И как тебе? – наклоняюсь, посматривая на соплячку рядом с собой. По-прежнему держит соблазнительные ноги вместе и уже не теребит юбку. Закрыла руками грудь и продолжает сверлить пилон взглядом.

– Мне кажется, – говорит сипло, неуверенно, – это было красиво. Но я всё равно не разбираюсь в этом. Разве они не должны раздеваться?

– А ты хочешь? Сейчас устрою.

Только ради того, чтобы она покраснела.

– Нет! – она теряется, ёрзая на диване. – И так нормально. Мне показалось, у неё очень эффектная внешность.

– Эффектная, – киваю, соглашаюсь. Только у меня ничего не шелохнулось. Член не встал. Но Яре этого я не скажу. Не я ли пять минут назад говорил ей, что надо смотреть на них как на объект заработка, а не как мужик? Поэтому промолчу. Вот если какая-нибудь вызовет стояк… Значит, подходит. – Но неуверенная. И грудь перевешивает, из-за чего придаёт ей неуклюжести.

– Ясно, – сухо отвечает, облизывая губы. На мгновение вновь замечаю странные мурашки на её коже. И грудь, на которую снова скользит взгляд. Уже который день. Прикрывает её, но на секунду убирает, одёргивая юбку. И нечётко выделяющиеся соски через тёмную ткань её топика вызывают острое желание дотронуться до них.

Но вместо этого…

Пальцами отодвигаю её волосы и заправляю за покрасневшее ушко. Дотрагиваюсь до него пальцами, аккуратно лаская раковину. Наклоняюсь ещё сильнее, опаляя горячим дыханием её кожу и ехидно спрашивая:

– А я смотрю, тебе понравилось.

Глава 42

В медового цвета глазах сверкают молнии. Зрачок становится шире, закрывая радужку, и всё это – от её возмущения.

– Я сказала, что это красиво. Но девушка отталкивающая.

Втягивает голову в плечи от того, что массирую её красное ушко. Несмотря на голубое освещение в комнате, оттенки мочки и вершинки отличаются.

Точно покраснела.

– А реакция твоего тела говорит об обратном. Уши покраснели. Соски затвердели.