Фиктивная семья для босса - Николь Келлер

тоже вопрос решаемый. Что за обязательства перед Лией? Куколка, давай все сама расскажи, не заставляй вытягивать клещами, а? Меня в конференц-зале ждут.

– Иди, Роберт, на совещание. Это наше с Лией общая договоренность…

– Сабина! – неожиданно рычит Штефан, чем заставляет меня вздрогнуть. Кажется, я исчерпала лимит терпения своего мужа…– Ты включаешь гордость там, где не нужно! Лия и моя дочь тоже, у меня даже результаты теста ДНК есть, подтверждающие это! Я такой же родитель, как и ты, и заботиться буду наравне! Я, кажется, уже говорил это. Так что смирись и прими, как данность. И не вставляй палки в колеса, а лучше подсказывай, что и как. Мне многому придется научиться. Так что там за обязательство?

Тяжело вздыхаю. Роберт, конечно же, прав. Я сама дала ему зеленый свет, рассказав о дочери. Но…просто эти перемены в нем, все так стремительно. Он ворвался в нашу жизнь, как ураган, и мне сложно привыкнуть к тому, что мы больше не одни. Что он так заботится о нас, что на него можно положиться…

Но Роберт прав. Мне придется, как и ему, многому научиться. Например, доверять этому мужчине. И начать лучше прямо сейчас.

– В прошлый день рождения Лии я обещала ей, что в качестве подарка свожу ее в Диснейленд. Ну, как только накоплю достаточно…

– И все?

Я снова раздраженно вспыхиваю.

– Для тебя это, может быть…

– Понял, не продолжай. Поездку беру на себя. Как только разгребусь с делами, с фирмой, сразу же полетим. Сто лет в отпуске не был! Паспорта у вас есть?

– Нет, – растерянно хлопаю глазами. Вот так просто бывает в жизни? Стоит озвучить свое желание мужчине, и он его исполняет?

– Вот и займись ими. Подготовь все документы, а с меня культурная программа. Все, Куколка, не могу больше говорить, пора бежать. До вечера.

Я отключаюсь и растерянно смотрю перед собой. Но потом резко встряхиваю головой и решаю относиться к происходящему философски. Ведь для чего-то нужна была эта болезнь: наверно, кто-то сверху решил, что мне нужно остановиться, замедлиться, отдохнуть и оглянуться по сторонам. Что нужно стать ближе к дочери, и что действительно пришел конец моему одиночеству. А, главное, пришла пора научиться доверять одному наглому и властному мужчине. Потому что сегодня мы сожгли все мосты, дороги назад нет, и нам волей – неволей придется стать одной семьей. Хотя бы для счастья нашей малышки. Которую мы оба, несомненно, любим.

Благодаря Роберту, у нас с Лией потрясающий день: мы валяемся, смотрим мультики, едим вкусняшки, много болтаем. Лия притаскивает ко мне на диван все свои игрушки и настольные игры, и время до вечера протекает незаметно. К своему удивлению, мы обе с нетерпением ждем возвращения Роберта с работы.

Но, оказалось, это еще не все сюрпризы на сегодня…

Глава 40

Сабина

«Кредит по ипотечному договору полностью погашен. Спасибо, что выбрали наш банк».

Сообщение, которое мечтает получить восемьдесят процентов страны. И я тоже в их числе. Была. А теперь я свободна от обременения. Потому что, судя по полученному сообщению от банка, мой кредит на квартиру погашен. И я даже знаю, кем.

В непонятных чувствах набираю Роберту. Он отвечает после второго гудка.

– Извини, дел было по горло. Пришлось задержаться на весь день. Заехал по делам, но уже еду домой. Только по пути заеду в ресторан. Что вам с Лией взять? – Я слышу в его голосе улыбку и невольно начинаю улыбаться сама. Что этот мужчина творит со мной? Он очень странно на меня воздействует, такое со мной впервые. Хотя и впервые в жизни для меня делают столько всего. Просто так, ничего не требуя взамен. По крайней мере, хочется в это верить.

– Я даже знаю, по каким делам. Банк уже прислал мне уведомление, – я нервно запускаю пальцы в волосы и резко выдыхаю. Признаться честно, ощущение, что я сейчас должна денег за закрытую ипотеку Роберту, душит меня сильнее, чем если бы я была должна банку. Потому что я не хочу быть ему должной. Потому что…банально боюсь увязнуть в этих отношениях. Если не уже… – Зачем ты это сделал?

– Что «это», Саби?

– Закрыл мою ипотеку. Я знаю, что у тебя проблемы в бизнесе, еще и из-за меня…Да и ты не обязан…

– Сабина, – Роберт моментально становится жестким и серьезным. Таким, каким я его знаю. Таким, какой он со всеми своими подчиненными. – Я уже говорил: ты – моя жена. И моя обязанность обеспечивать тебя и нашу дочь. Я – глава семьи. И я не могу себе позволить, чтобы у тебя были какие-то кредиты. Тем более, ты влезла в него из-за меня. Из-за моего раздолбайства в прошлом. Я не обещаю, что изменюсь в одночасье, но я стараюсь. Правда. Ради нас. Ради Лии. Ради тебя, Саби. И почему я не могу что-то сделать для женщины, которая мне очень нравится?

Его слова заставляют меня покраснеть. Я слышу в них особый, скрытый подтекст. Хочется верить, что я и правда что-то значу для Роберта. Потому что, кажется, успела впустить его в свое сердце…

– Не стоило, правда. Я найду другую работу…тем более, твои проблемы…

– Сабина, – в голосе Штефана слышатся нетерпеливые и стальные нотки. – Я высказался по поводу «другой работы». Мое мнение не изменилось: нет. А мои проблемы…Я сам виноват в них, и я не первый год в бизнесе, справлюсь. Тебе не стоит об этом беспокоиться. И давай мы больше не будем возвращаться к этому вопросу, хорошо?

– Хорошо, – отвечаю тихо, прикрывая губы кончиками пальцев, скрывая расползающуюся улыбку.

– Итак, вернемся к главному вопросу: что хотят мои девочки на ужин?

– Твои девочки хотят, чтобы папа скорее приехал домой. Мы с Лией приготовили ужин, и она ждет не дождется тебя, чтобы накормить.

В трубке повисает тишина. Я бы сказала даже, что зловещая. Я не вижу Роберта, но живо представляю, как он сжимает губы в тонкую линию, опасно прищуривает глаза и глубоко дышит, сдерживая гнев.

– Помнишь, что я сказал насчет того, если ты нарушишь постельный режим? – спокойно и ровно интересуется муж. Но я точно знаю, что спокойствие Роберта притворное, надуманное. И я знаю, что играю с огнем и хожу по краю. Но неожиданно ловлю себя на мысли, что мне чертовски нравится бесить Роберта.

– Отлично помню. Поэтому и нарушила. А то все угрозы и угрозы, а до дела так и не дошло…, – тяну, закусывая губу, чтобы не засмеяться в голос,