Шэрон Нейлор - Это не моя свадьба (но я здесь главная)

Звякнул звоночек. Створки лифта разошлись. В свое оправдание могу лишь сказать, что я не свернулась комочком.

— Мили?

Рассел… и какая-то женщина.

Я быстро поднялась, вытерла глаза и на всякий случай нос.

— Мили, что ты тут делаешь? — спросил он, озабоченно глядя на меня. В руках — пакеты с продуктами.

— Я… я… — Мой взгляд приклеился к брюнетке, которая тоже держала пару пакетов. Ревность. В моем состоянии даже малая ее доза могла вывести меня из равновесия, подтолкнуть к краю. Стоило лишь сорваться, и я сломя голову умчалась бы в свое убежище, навсегда похоронив себя в мире работы.

— Это Карла. Проходит у меня практику, — объяснил Рассел, увидев, наверное, что-то у меня в глазах. Увидев и, возможно, испугавшись.

— Карла… — выдохнула я. — Привет.

— Ты в порядке?

— Утро не задалось, — призналась я и развела руками, признавая полное свое поражение в столкновении с жизнью.

— Хочешь отменить обед? — Он настороженно отступил. Еще не знает? Еще не получил мою голосовую почту.

— Нет, нет, просто не дождалась обеда. — Я криво улыбнулась сквозь рвущиеся изнутри всхлипы. — Планы остаются в силе.

— Но что происходит? Ты выглядишь немного… странно. — Рассел выгнул бровь и сунул руку в карман — за ключами. Я забрала у него пакеты, чтобы он смог открыть дверь, и мы втроем вошли в сияющую студию, занятую по большей части кухней.

Я выдохнула. Не такой мне хотелось прийти к нему, не заплаканной и разбитой. Сейчас я всего лишь принесла к нему свою проблему.

— Таблоиды напечатали одну некрасивую и лживую историю, и мне бы не хотелось, чтобы у тебя сложилось неверное представление.

Карла улыбнулась и, отвернувшись, принялась складывать в холодильник. Была она загорелая, в коротенькой блузке, а когда наклонилась, я увидела татуировку в самом низу спины. Еще одна татушка красовалась на лопатке: переплетенные «Карла» и «Дженнифер» в сердечке с розами.

Рассел, освободив наконец руки, взял меня за плечи.

— Знаю. Рената мне звонила.

Напряжение вдруг ушло — из каждой клеточки, каждой мышцы, каждого позвонка, — и я прислонилась к нему.

— Я так беспокоилась, места себе не находила. — Призналась и хватит. Если все в порядке, какой смысл в словах и предположениях, которые могут только испортить ситуацию.

— Рен тоже беспокоилась, и она все мне объяснила, — успокоил он, поглаживая меня по спине. — Я ведь знаю, как работает бизнес. Меня однажды щелкнули с Катериной Зета-Джонс, так она подала в суд и устроила для них настоящий ад. Мы просто покупали белые грибы, а они всегда выискивают такой момент… момент двусмысленности, когда кажется, что есть что-то еще. Так что мне это знакомо.

— Я просто не хотела, чтобы ты подумал…

— Что ты после разговора со мной повесила трубку и пригласила Кика Лайонса перепихнуться по-быстрому? — Он рассмеялся. Карла тоже рассмеялась. — Нет, я так не думал.

— Хорошо.

— Но должен тебе сказать… — Рассел отстранился и посмотрел мне в глаза, — кое-что меня очень расстраивает, и это кое-что может поставить в наших отношениях точку.

Что?

— Джемпер «Дерек Джетер». — Он вздохнул, по улыбке, притаившейся в уголках губ, я поняла — шутит. — Я — болельщик «Сокс», и встречаться с фанатом «Янкиз» выше моих сил. Извини.

— Наглец. — Моя улыбка растаяла в его поцелуе.

— А теперь убирайся отсюда. — Он развернул меня лицом к двери и похлопал пониже спины. — Мне нужно приготовить особенный обед. А для этого нам необходима полная концентрация. Тебе же, дорогая, лучше вернуться в офис и разобраться со стервятниками. Уверен, ты справишься.

У двери он поцеловал меня еще раз, и я даже не успела рассмотреть, что было в тех пакетах, которые разгружала Карла. В ожидании лифта я твердо решила перестать беспокоиться из-за того, что выгляжу в его глазах невротичной дурочкой. Пусть привыкает. В конце концов, как выразилась моя мама, это лишь придает мне дополнительного очарования.

— Вот и она, — с улыбкой объявила Зои, поворачиваясь к пяти сердитым джентльменам, уже сидевшим за ее столом.

Зои — просто чудо. Приняла огонь на себя, и эти размахивающие контрактами барракуды так и не смогли ничего с ней поделать. Не обвиняя напрямую, она свалила всю вину на Кика Лайонса. Заверила, что подаст в суд на газету, а выигранные деньги компенсируют Кику и Селии моральные издержки.

— У нас есть все основания предъявить обвинение так же и лично Брайану.

Отлично!

— Я уже поговорила с Киком и Селией, джентльмены, и они не желают разрывать с нами контракт. Так что прошу извинить, у нас еще много дел. — В этой своей роли она была спокойна, сосредоточенна и уверена в себе. — Ваши клиенты перенесли дату свадьбы, что может считаться нарушением первоначальных условий контракта. Но мы претензий заявлять не станем. Мы не мелочимся.

Акулы переглянулись. И поскольку юристы, как всем известно, живут в особом мире кодексов, приложений и примечаний, а не в мире человеческих нюансов, их крохотные мышиные мозги моментально включились, просчитали десяток потенциальных вариантов с судебными разбирательствами и денежными исками в нашу пользу и выдали итог. Они поднялись, кивнули Зои и гуськом потянулись к выходу.

— Все улажено. — Зои помахала руками, как будто стряхивая мел с ладошек и повернулась ко мне. — А теперь, Мили, приготовь мне кофе.

— Хорошо, — легко согласилась я. Она снова стала моим боссом. И я не могла не восхищаться тем талантом, который просыпался в ней время от времени. Улыбаясь и чуть ли не подпрыгивая, я отправилась за кофе.

Глава 29

— Ты выглядишь намного лучше.

Вообще-то я надеялась на кое-что другое — например, «ты выглядишь чудесно» или «Какая ты красивая», — но ничего не поделаешь, сама виновата. А потому мне ничего не оставалось, как посмеяться над собой, покачать головой и принять бокал, с которым Рассел предусмотрительно встретил меня у двери.

— Все утряслось, — улыбнулась я. — Продолжай.

Он рассмеялся и обнял меня.

— День получился не такой уж плохой, да? Личико не распухшее, безумный блеск в глазах пропал.

— А ты знаешь, как произвести впечатление на женщину. — В его объятиях было так уютно.

— С тобой это так просто. — Он отстранился немного и, наклонившись, поцеловал меня в губы. Как же приятно. Я просто таяла. Еще чуть-чуть и уронила бы бокал. Вот было бы здорово. Не успела войти в дом, а уже пролила каберне на ковер. К счастью, он наполнил бокалы лишь наполовину.

— А где Эмма? — опасливо оглядываясь, спросила я. Не хватало только, чтобы маленькая чертовка выскочила из-за угла с разделочным ножом в руке.