Людмила Белякова - Любовь. Офисная версия

— Давай поедем. Я же знаю, что ты здесь. Откуда-то из-за угла выползла помятая и словно побитая Анжела. Они вместе вошли в лифт.

— Да, хорошо ты его умыла.

— Небось руки на себя не наложит. Не тот человек — аккурат к пятнице утешится. А ты языком не трепи. Мне слава победительницы чемпионов ни к чему. Поняла? Мишеньку не позорь, если он так уж бесконечно тебе дорог.

Они молча доехали до вестибюля и, не прощаясь, разошлись у подъезда.

«Расставание, версия 0.3. Окончательная».

Остаток постюбилейной недели они с Мишей не виделись. Сообщений он не присылал, домой не звонил. В дирекцию ходить и вообще светиться на людях после дурно пахнущего скандала он, скорей всего, избегал, да и у Жанны не было никакого желания искать встреч. Кроме того, вся фирма старалась ликвидировать незавершенку до июльско-августовского каникулярного штиля, и Жанна не могла поднять головы от клавиатуры. Потом коллективу выдали зарплату плюс полугодовую премию согласно индивидуальному вкладу в дело процветания инвестиционного бизнеса. Жанна, как следствие, двинулась по магазинам, стараясь загладить пакостный, липкий след, оставленный в ее душе длинными звездуньиными ногами.

«Да, лучшее лекарство от стресса — это хороший драйв по бутикам, — думала вечером в пятницу Жанна, поднимаясь по лестнице. — Где у женщины находится любовная точка Г? В конце слова шопинг».

Ввалившись в квартиру с пакетами и плюхнув их в прихожей, Жанна ринулась на кухню ставить чайник и, как это часто случалось, не заперла за собой дверь. Когда она выглянула на шум в прихожей, Миша уже был в квартире и, брезгливо кривясь, перешагивал через ее покупки.

— А может, стоит спрашивать разрешения у хозяев?! — буквально завопила Жанна, возмущенная скорее собственной несобранностью, нежели бесцеремонным Мишиным вторжением.

Он поморщился от звука ее голоса, словно у него болела голова. Костюм на чемпионе был дешевый, вид — осунувшийся, даже у рта залегли складки.

— Не кричи, пожалуйста. Просто послушай — в последний раз, а?

— Да все я уже слышала! Ты просто безмозглый, необузданный маньяк! Убирайся! Ничего нового ты мне не скажешь!

— А ты хоть старое до конца попробуй понять.

— А зачем? Я не строю на твой счет никаких планов. И что вообще должна в тебе понимать? Что ты — истинный сын своего отца и не можешь видеть ни одной бабы, чтобы не задрать юбку? Я это уже поняла, и если это наследственное, то и неизлечимо…

— Я стараюсь…

— И это слышала.

— Пожалуйста, дай последний шанс…

— Хорошо. Шанс я тебе дам.

Миша, похоже, не ожидал такой легкой победы. Глаза его блеснули надеждой, губы растянулись в чуть жалкой, но откровенно радостной улыбке, он даже моментально похорошел. Но все-таки он плохо знал Жанну. Она ведь тоже папина дочка.

— Только ответь на один вопрос.

— Да? — чуть напрягся он.

— Ты с этой «звездой» предохранялся? Было у тебя время резиночку-то продуть? А то, по-моему, вся эта история целиком, включая турнир по кикбоксингу, заняла не больше пятнадцати минут? А?

— Нет, не предохранялся, — нехотя признался он, мгновенно потухнув и отведя глаза.

— И что ты принес мне от нее «звездного»? СПИД или что-нибудь попроще? Генитальным герпесом не наградишь мимоходом? Не слышу?

— Ну, — нехотя заговорил Миша, — а почему она обязательно должна быть заразной?

— Я не говорю, что она заразная. Я говорю, что не хочу рисковать, потому что она сама не помнит, с кем и что у нее было на предыдущем концерте. Так что через три месяца сделаешь анализ на СПИД и придешь ко мне со справкой. Устраивает такое условие?

Он пожал плечами, глядя в пол.

— Ладно. У тебя вообще-то какие жизненные планы?

«Ох, ну ты и спросил! Ох, вот я тебе и отвечу!»

— Вообще? Вообще я хочу выйти замуж за нормального парня и до тридцати лет в законном браке родить хотя бы одного здорового ребенка, пусть даже его отец и не будет слишком красив, богат и знаменит.

— И что — есть варианты?

Он поднял на Жанну загоревшиеся мрачноватым недовольством глаза.

— Будут — когда я так решу. Отец зовет меня к себе — преподавать в Академию ФСБ. Там много весьма приличных молодых людей. И спортивных, и без психических заскоков. Комиссию они проходят очень серьезную, знаешь ли… Все, Миша, тебе следует отдыхать после напряженной трудовой недели. Мне, кстати, тоже.

Жанна бочком прошла мимо Миши, который так и стоял в прихожей среди пакетов с покупками, открыла дверь и жестом показала — выметайся!

— Погоди еще минуту, — произнес он глухо, толкнув дверь назад.

— Господи, да что ж еще! — театрально заломила руки Жанна.

— Жанна, я… я должен выступить в двух-трех коммерческих турнирах…

— Я-то здесь при чем? — скривилась в ироничной улыбке Жанна. — Парой, что ли, выступать будем? Ух, я и отметелю кого-нибудь из твоих! Опыт есть!

Она откровенно и весело рассмеялась собственному предположению. Мише пришлось это стерпеть.

— Нет, парой мы метелить никого не будем, — терпеливо сказал он. — Я справлюсь один. Но осенью я куплю хорошую квартиру, и мы… сможем пожениться… Будем жить как нормальные люди…

Он опять жалко улыбнулся.

— Детишек заведем… Вот мне и родишь сына…

— Че-е-е-го-о?!

Жанна ожидала многого, но только не этого… Мишка Дареев делает кому-то предложение руки и сердца?! И этот кто-то — она?! Ее просто подбросило от возмущения. Как ему могло прийти в голову такое?

— Чтобы я, вроде твоей мамы, годами и десятилетиями терпела измены?

— Гулять я не буду, обещаю, — решительно мотнул головой Миша.

— …Чтобы мой сын сделал несчастными полсотни девчонок, которые еще на свет-то не появились? И как же ты сможешь «не гулять», когда твоя бедная жена на сносях будет?

Он безнадежно вздохнул и отвел глаза.

— Нет, извини, Миша, но с этим не ко мне. К Анжелке присвататься не хочешь? Она-то на что угодно ради тебя готова — на край света, говорит, пойду босиком!

— Мне не нужна женщина, которая за мной бегает. Я хочу, чтоб она меня в руках держала.

— Миша, я твоим воспитанием заниматься не буду. Мне это явно не под силу. Слишком запущенный случай.

Он что-то хотел сказать, но Жанна его опередила:

— Даже пробовать не стану.

— Тогда зачем все это было? — поджав в нарастающем раздражении губы, спросил он.

— Что «это»?

— Ну, наши встречи…

— Ну, встречи и встречи. Пока меня это хоть как-то устраивало, встречались…

Жанна развела руками.

— А теперь не встречаемся.

— Значит, все это время ты просто разрешала мне себя трахать, да? — уточнил начавший мелко вибрировать Михаил. — Есть мужик — хорошо, а нет — тебя и не колышет? Так?